Анна Одувалова – Новички в академии (страница 35)

– Что ты наделал?! – закричала я, но было поздно. Ингольв провёл ритуал вместо меня.

– Прости, но если бы я позволил тебе пожертвовать собой, то перестал бы уважать самого себя.

– Но… – Я открывала и закрывала рот, как рыба, не в силах подобрать слова. – А если я не справлюсь? Ты же можешь погибнуть!

– Я взрослый человек и знаю, на что иду. – Голос Ингольва звучал твёрдо. – Спасай брата и возвращайся.

– Но что же ты… – прошептала я, понимая, что уже ничего нельзя изменить. – Я скоро вернусь!

С этими словами прошла через арку.

В глаза ударил яркий солнечный свет. Я стояла посреди кладбища, но на часах было утро 31 октября.

Скорее, надо найти Марка!

Я сорвалась с места и побежала к зданию академии. Длинная юбка мешала, я пару раз наступила на подол и чуть не упала. Пришлось использовать заклинание и укоротить её по колено.

Взлетев по ступеням, я вломилась в здание. По пути попадались знакомые, пытавшиеся заговорить со мной, но я отмахивалась от них.

Марк. Нужно найти Марка.

Побегав по коридорам, я наконец добралась до его спальни и забарабанила в дверь.

Лёгкие горели, пряди волос прилипли к потному лбу, я жадно хватала ртом воздух.

– Да что там случилось? – послышалось за дверью. – Антея? Что с т…

Я не дала брату договорить, бросившись ему на шею.

Живой. Марк живой.

В этот миг я была самым счастливым человеком на свете. Но нельзя было забывать про Ингольва.

Я втолкнула Марка в комнату и закрыла дверь.

– Ты чего? От волков убегала? – засмеялся Марк.

– Ты должен отказаться от дуэли! – потребовала я, пытаясь отдышаться.

– С чего бы? Они тебе угрожали? – засыпал меня вопросами Марк.

– Ты должен отказаться от дуэли, потому что тебя там убьют. – Марк удивлённо на меня посмотрел. – Я пришла из будущего, чтобы тебя спасти.

Пару секунд Марк молчал, а потом расхохотался:

– Дурацкий розыгрыш, могла бы придумать что-то получше.

Я схватила его за плечи и тряхнула.

– Это не шутка! Вчера на дуэли защитный барьер не сработал, и ты погиб! – Марк всё ещё не верил мне. Тогда я достала из кармана пуговицу. – Вот. В тот день я оторвала её от твоего блейзера.

Марк взял пуговицу. Её «сестра» сейчас была прочно пришита к его блейзеру. Сомнений быть не могло – это наша фамильная пуговица с изображением лисы и папоротника. Наш прадед заказал партию у местного мастера, когда в семье ещё имелись деньги. С тех пор пуговицы переходили с парадного блейзера отца на парадный блейзер сына.

– Но как ты смогла вернуться в прошлое?

– Книга мёртвых, – ответила я. – Теперь ты мне веришь? Ты должен отказаться от дуэли и извиниться перед Луцием и другими.

Но Марк покачал головой:

– Зачем мне отказываться? Я не собираюсь унижаться перед этими богатеями. Ты говоришь, что я погиб, потому что барьер не сработал. Значит, нужно просто его починить, и всё.

В отчаянии я влепила Марку пощёчину.

– Очнись! Вчера ты умер, понимаешь? Умер! Ты хоть представляешь, как я себя чувствовала?! Я чуть с ума не сошла. А родители… Ты хочешь рискнуть жизнью ради своей гордости? – Я сжала кулаки так, что ногти больно впились в кожу. – И к твоему сведению, если бы не Ингольв, ты бы так и оставался мёртвым!

Марк потёр ушибленную щёку.

– При чём тут он?

– При том! Думаешь, почему никто не пользуется Книгой мёртвых? За каждый ритуал нужно дорого заплатить. Тот, кто захочет отправиться в прошлое, должен отдать год жизни за минуту, проведённую там. – Марк вздрогнул, а я продолжила: – Ингольв хотел меня защитить, поэтому сам провёл ритуал, и сейчас, пока мы тут болтаем, он теряет годы жизни! Теперь понимаешь?!

Пару секунд Марк переваривал мои слова.

– Я не знал, – тихо сказал он.

– Да, я тоже ошибалась на его счёт. Послушай, я помню, как в детстве богатые дети смеялись над нашей бедностью. Понимаю, как унизительно тебе было раз за разом просить директора школы об отсрочке с оплатой. Но не надо переносить детские обиды на других людей. Ингольв и Луций достойные люди, они не стали бы над тобой смеяться. А ты сейчас ведёшь себя как те богачи из нашего детства – своими насмешками бьёшь по больному, унижаешь. – Я посмотрела на брата. – Пожалуйста, хотя бы ради меня откажись от дуэли и извинись.

Марк опустил голову, так что я не могла видеть его лица.

– Хорошо. Обещаю.

Я улыбнулась и, обняв брата напоследок, побежала обратно к кладбищу.

Казалось, дорога заняла вечность. Раньше я не задумывалась, какую огромную территорию занимает академия. Но наконец передо мной был молодой дуб и сияющая арка. Не замедляя бег, я пролетела сквозь неё и врезалась в широкую грудь Ингольва. От неожиданности он покачнулся, но устоял на ногах.

– Всё нормально? – спросил он.

– Долго? Сколько я пробыла там? – Не дожидаясь ответа, я выхватила часы у него из рук.

Десять минут. Я пробыла в прошлом ровно десять минут. А это значит…

– Нет. Я не… – Я почувствовала, что падаю, но Ингольв успел меня подхватить.

– Всё в порядке, не волнуйся. Главное, у тебя всё получилось, – сказал он, заключая меня в объятия.

Я разрыдалась, намочив его рубашку своими слезами.

– Я отняла у тебя десять лет жизни. Как же так!

– Десять лет за возможность спасти человека – не такая уж большая цена, – спокойно ответил Ингольв, – я ни о чём не жалею, правда.

Но я никак не могла успокоиться:

– Прости, я так виновата перед тобой.

– Ничего. Я рад, что ты стала думать обо мне лучше, – сказал Ингольв, и я почувствовала его тёплое дыхание у виска. – Кстати, твоя новая юбка просто нечто.

Я засмеялась. Да уж, выгляжу как пугало.

Сбоку хрустнула ветка, я обернулась и увидела Марка. Он переминался с ноги на ногу, не решаясь подойти к нам.

– Простите, не хотел вам мешать.

Ингольв улыбнулся и жестом подозвал его к нам. Я тоже улыбнулась, но теперь это была уже не «улыбка-хорошей-девочки». Я чувствовала себя по-настоящему счастливой.

Я вертелась перед зеркалом, любуясь свадебным платьем.

Сидит идеально, но не слишком ли закрытое? В Норланде, конечно, холодно, но, может, хотя бы укоротить рукава?

– Вот это да! – воскликнул Марк, успевший незаметно пройти в примерочную. – Шикарно выглядишь, впрочем, как и всегда!

– Правда? – Я снова покружилась, наблюдая, как красиво струится белый шёлк.

– Ну конечно! Стал бы я тебе врать. – Марк был в парадном костюме, который визуально делал его стройнее.

– Марк прав, платье тебе идёт. – В примерочную вслед за Марком вошёл Ингвальд. – Моему брату очень повезло.

– Так, я, конечно, очень благодарна вам за комплименты, но это… – я обвела пальцем примерочную, – территория невесты, и друзьям жениха тут делать нечего.