Анна Одувалова – Новички в академии (страница 34)

Я шла чуть позади Ингольва, с отвращением вдыхая затхлый библиотечный воздух, в котором плотной пеленой висела пыль. Очевидно, здесь редко бывают посетители. Я напрягала слезящиеся глаза, разыскивая Книгу мёртвых, которую до этого никогда не видела. Ингольв двигался уверенно, и это внушало мне спокойствие. Он знал, что делает.

Неожиданно парень остановился. Я встала на цыпочки и выглянула у него из-за плеча. На отдельном столе перед ним лежала небольшая плита из чёрного блестящего камня.

– Это и есть Книга мёртвых? – озвучила я свои мысли.

Ингольв кивнул, но не сдвинулся с места.

– Что такое?

– Странно, что Книга лежит вот так, без всякой охраны. Подозрительно.

– Ну, возможно… – Я не знала, что сказать. – Думаешь, это ловушка?

Ингольв неопределённо пожал плечами, а затем быстрым движением взял Книгу в руки.

Ничего не произошло. Ни защитных чар, ни ловушек… Очень странно.

Теперь я могла внимательнее рассмотреть этот артефакт.

– А где страницы? – воскликнула я.

Книга представляла собой гладкую каменную плиту: ни страниц, ни надписей не было. Ингольв был удивлён не меньше меня. Он долго вертел Книгу в руках, но так ничего и не нашёл.

– Что же делать? – Я с надеждой посмотрела на Ингольва.

Он нахмурился.

– Попробую применить силу огня, – сказал он.

Я отошла подальше. Книгу охватило алое пламя, мощи которого было достаточно, чтобы обратить в пепел целый дом, но чёрная плита даже не нагрелась. Пару мгновений ничего не происходило, а затем на камне появились сверкающие буквы:

«Пусть живые услышат голоса мёртвых».

Буквы загорелись и тут же потухли.

– Что это может значить? Какая-то загадка? – спросила я.

Ингольв кивнул, беззвучно шевеля губами. Я тоже задумалась.

«Что могут означать эти слова? Живые… мёртвые… Может, Книгу нужно отнести на кладбище? Или прочитать её способен только призрак? Стоит ли звать на помощь некроманта? Нет, тут речь о живых. Только живые могут услышать голоса мёртвых. Живые… Возможно, нужно доказать, что ты из мира живых. Но как это сделать? Что отличает живых от мёртвых? Биение сердца и… кровь!»

– У меня есть идея, – воскликнула я и вытащила из волос шпильку с острым концом. Затем проткнула указательный палец и, поморщившись от боли, выдавила каплю крови на Книгу.

Камень затрещал, и появились страницы. Сработало! Я торжествующе посмотрела на Ингольва. Он улыбнулся, осторожно прижав к моей ранке платок.

– Нужно было мне.

Я отмахнулась и стала быстро листать страницы.

Здесь было всё: богатство, власть, любовь. Человек, владеющий этой Книгой, мог получить власть над всем миром. Почему же никто до сих пор не воспользовался этим?

Я продолжала шуршать страницами, пока не нашла ритуал, позволяющий отправиться в прошлое. Если я его проведу, то смогу вернуться в утро перед дуэлью и предупредить брата. Тогда Марк будет жив!

Моё сердце радостно забарабанило в груди. Я могу всё исправить.

– Теперь понятно, почему никто ею не пользовался, – сказал Ингольв у меня над ухом.

Я подняла на него удивлённый взгляд. В ответ мой бывший жених молча указал мне на текст после описания ритуала. Я пробежала его глазами и почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота.

У каждого ритуала из Книги мёртвых была высокая цена. Тот, кто решит повернуть время вспять, должен будет отдать год жизни за минуту, провёденную в прошлом.

Год за минуту.

Я несколько раз перечитала текст, надеясь обнаружить какую-то лазейку, но её не было. Всё верно. Чтобы что-то получить, надо что-то отдать. Так устроена могущественная магия.

У меня задрожали губы. Как бы я ни хотела спасти брата, мне было страшно.

– Ты не можешь этого сделать, – твёрдо заявил Ингольв.

– Что?

– Ты не должна жертвовать собой даже ради спасения Марка.

В ответ в моей душе горе, боль и страх смешались во взрывоопасный коктейль ярости.

– Неужели?! Кто ты такой, чтобы мне указывать? Это из-за тебя Марк погиб, а теперь ты мешаешь мне его спасти? – крикнула я. – Ты всегда его ненавидел. Воротил нос, будто он недостоин твоей дружбы. А Марк в сто раз лучше вашей аристократической компашки! Ты просто бесчувственный эгоист! Если бы не твой титул и богатство, я бы ни за что не согласилась выйти за тебя!

Отголоски моего крика ещё долго висели в воздухе.

Ингольв поморщился, словно получил пощёчину. Но мои слова ранили его гораздо сильнее. А я после вспышки гнева ощущала только опустошение.

Какое-то время мы молчали. Наконец Ингольв заговорил:

– Жаль, что ты так думаешь обо мне. – В его голосе не было злости. – Пожалуй, в этом есть и моя вина. Видя твои улыбки и нежные жесты, я решил, что мои чувства взаимны. Теперь понимаю, это была лишь вежливость по отношению к выгодному жениху. Если бы я знал об этом с самого начала, то вёл бы себя иначе. Попытался бы завоевать твою любовь.

Меня кольнуло чувство вины. Я всё время обманывала Ингольва. Мои родители с детства внушили, что я лишь красивая кукла и главная цель моей жизни – удачно выйти замуж. Пока других учили использовать магию, меня – делать макияж и причёску. Мои подруги наслаждались вкусной едой, а я сидела на строгой диете. Даже в академию меня отдали лишь с одной целью – подцепить хорошего жениха.

Когда Ингольв стал оказывать мне знаки внимания, я не пыталась лучше его узнать, не дала шанса. По требованию родителей сразу же стала играть роль влюблённой девушки, а потом без раздумий приняла его предложение.

Да, я обманщица.

– Ингольв… – проговорила я, но он жестом меня остановил:

– Позволь мне закончить. Ты любишь Марка, поэтому слепо защищаешь его. Но взгляни правде в глаза: конфликт начал не я и не Луций, а Марк. Он считал себя лучшим и первым стал цепляться к нам, отпуская едкие шуточки перед другими студентами. А потом дошёл до недвусмысленных намёков на то, что мы поступили в академию благодаря деньгам. Разве это не оскорбило бы любого? Я сдавал экзамены наравне со всеми и заслужил своё место в академии. Почему я должен молчать, когда кто-то распускает слухи, порочащие меня и мою семью?

– Марк же просто шутил, – прошептала я.

Ингольв ничего не ответил на это.

– Несмотря на твои слова, я всё ещё тебя люблю и хочу помочь. У меня есть старший брат Ингвальд, и если бы с ним случилась беда, я бы сделал всё для его спасения. – Ингольв посмотрел на меня. – Я готов провести ритуал и пожертвовать своими годами жизни.

Я вздрогнула, услышав его слова.

«Что? Ингольв хочет пожертвовать собой ради меня?»

– Ты не должен этого делать, – сказала я.

– Да, я не должен. Но я хочу. Так поступают люди, которые любят. – Парень был спокоен и уверен.

У меня защипало глаза. Ингольв не бесчувственный эгоист. Я была так увлечена, изображая жертву обстоятельств, что не сумела разглядеть человека рядом с собой.

– Спасибо за твои слова и прости, что была несправедлива к тебе, но это мой брат. Значит, и ритуал проводить мне, – твёрдо произнесла я, – и не спорь.

Ингольв покачал головой, но больше ничего не сказал.

Ритуал нужно было провести на кладбище в самый тёмный предрассветный час. Мы пришли в старую часть некрополя, где мёрзлая земля почти поглотила безымянные могильные плиты. Здесь же рос молодой костяной дуб, одна ветвь которого клонилась к земле, образуя подобие арки. К этой ветви я привязала небольшой медный колокол.

Я дрожала, но не от холода, хоть ноябрьский воздух и кусал щёки. Мне было страшно. От моих действий сейчас зависели жизни Марка и моя. Ещё никогда на мои плечи не ложилась такая ответственность. Я же просто красивая кукла, как мне с этим справиться?

Непослушными пальцами я закрепила верёвку и взглянула на часы: почти четыре. Пора.

– Если я не вернусь через час, значит… – Я не закончила фразу, но Ингольв и так всё понял. Он ободряюще улыбнулся и обнял меня. Пусть и на краткий миг, но я почувствовала себя защищённой.

– Всё будет хорошо, – сказал Ингольв, – и, пожалуйста, не злись на меня.

– За что?

Прежде чем я успела среагировать, Ингольв оттеснил меня в сторону, подошёл к колоколу и потянул за верёвку. Колокол пришёл в движение, и кладбище наполнил низкий звон, от которого задрожали старые плиты. В следующий миг всё замерло, и арка замерцала светом.