Анна Николетто – Сделка по любви (страница 12)
Я закрыла приложение, бросила телефон на стол и вытерла щеки тыльной стороной ладони. Как я дошла от любви к кому-то, столь сильной, что считала, что он родился на свет ради меня, до этого?
Глава 7
Арон
– Я пошла.
Почти не отрывая глаз от монитора компьютера, заметил, что Матильда подкрасила губы и освежила прическу, собираясь на встречу с подругой университетских времен.
– Ага, пока.
– Сообщишь, если будет что-то срочное?
– Ничего не произойдет, – сказал я, не убирая рук от клавиатуры.
– Да, но если вдруг…
– Расслабься. Ты просто уходишь с работы пораньше. Честное слово, как бы ни было невероятно то, что происходит, это не вызовет апокалипсиса в наших базах данных.
Она остановилась в дверях, сжимая ручку, будто собиралась что-то сказать, но в последний момент передумала и пристально посмотрела на меня:
– Пока, Арон.
– Увидимся, – ответил я сквозь стиснутые зубы, снова уткнувшись в монитор.
Подперев подбородок рукой, я занялся проверкой кода, над которым теперь работал: пока он походил на строительную площадку под открытым небом.
Спустя какое-то время звонок мобильного нарушил тишину маленького офиса.
Наверняка Матильда забыла включить в инструкции на случай катастрофы какой-нибудь важный пункт. Но я едва не поперхнулся слюной, стоило мне прочитать имя на экране.
– Только тебя не хватало, – выдохнул я в трубку.
На другом конце линии раздался беззаботный смех брата:
– Польщен теплым приемом, Арон.
Так и поверил. Как же он не вовремя!
– Забудь. Нет. На этот раз не могу, – запротестовал я.
– А я говорю, можешь. На твое имя уже выписан чек, который остается только обналичить.
– Какая жалость, что на этот раз мне не нужны деньги. У меня есть приложение, которое по-настоящему сработает. Мы идем в гору.
– Арон, ты всегда так говоришь.
– Да, но на этот раз это правда! – воскликнул я.
– Слушай, hermano[16], – завел он свою обычную песню. – Я понимаю, что все запутано, но это работа для двоих, и мне действительно понадобится твоя помощь, чтобы с этим разобраться.
Проклятье.
– Может, я смогу помочь тебе отсюда?
Леви коротко засмеялся:
– Ты правда только что спросил меня, готово ли испанское Агентство информационной безопасности сделать для тебя исключение и разрешить работать на удаленке?
– Почему бы и нет, раз моя персона столь важна для успеха операции? – поддразнил я.
– Ты важен. Но только потому, что нужен мне, и к тому же ты единственный внештатный специалист, которого они одобрили.
Кто-то постучал в дверь.
– Минуту, – крикнул я и вернулся к разговору: – О скольких днях речь?
– Если бы я знал, был бы профессиональной гадалкой, а не консультантом по кризисным ситуациям в области информационной безопасности, тебе не кажется?
– Могу я хотя бы намекнуть Матильде…
– Абсолютно нет! Речь о национальной безопасности. Не просто так мы подписывали соглашение о конфиденциальности. Простыми словами это означает: «Если нарушишь его, сгниешь в тюрьме».
Фыркнув, я откинулся на спинку стула.
– Нет, конечно, если ты хочешь видеться со своей женушкой пару раз в месяц в комнате для свиданий в тюрьме чужой страны… то кто я такой, чтобы тебе мешать? Возможно, в часы посещений она даже принесет тебе прелестный глазированный торт с ядовитой вишенкой на нем…
– Леви, сейчас самый неподходящий момент. Такая путаница на работе…
– К тому же у меня осталось всего шесть месяцев до окончания контракта, а затем я искуплю вину и буду свободен, – напомнил он. – Пожалуйста, помоги мне. Ты же знаешь, я бы не стал тебя просить, если бы не оказался загнан в угол.
Знаю-знаю. Черт бы его побрал.
– На этот раз она будет вне себя от гнева, – пробормотал я.
– Да вы все время ссоритесь! Расстаньтесь уже, por Dios![17]
Конечно. Расстаньтесь. Легко сказать. Как будто мы не пытались.
И вместо этого вот что получилось.
– Когда я должен ехать? – спросил я, сдавшись.
– У тебя чемодан с собой?
– Вообще-то я в офисе. Ты думаешь, я хожу сюда с чемоданом, рассчитывая, что ты можешь позвонить в любой момент?
– А надо бы. Никогда не знаешь, когда какая-нибудь горячая голова решит покуситься на национальную безопасность.
– Это ты о своих бывших «коллегах» по ремеслу или о себе в прошлом? – фыркнул я.
– Последние несколько лет в информационной безопасности отбили у меня всякое желание оставаться в этой сфере. Кто знает, возможно, когда этот кошмар закончится, я вернусь в Италию и стану работать у вас… Представляю, в каком восторге будет твоя женушка.
– Матильда мне не жена, – заметил я раздраженно.
– Странно, что нет. Вы два сапога пара, оба как…
Говорить с ним об этом бесполезно. Между Леви и моей бывшей никогда не было взаимопонимания, и я не мог ничего с этим поделать. Сложно объяснить что-то, не имея возможности назвать ни место работы брата, ни причины, которые привели его туда.
У Леви, как и у меня, с детства сильная тяга к информатике. Правда, в отличие от меня, он решил оставить путь получения официального образования, потому что университет до смерти наскучил ему. Он учился в Испании по программе «Эразмус»[18], когда присоединился к группе хакеров, которые сами не знали, чем на самом деле занимаются и на кого работают. Ошибка юношества, расплата за которую оказалась очень болезненной.
Леви пока ничего не знал ни о нашем с Матильдой разрыве, ни о сделке, на которую я уговорил ее пойти после встречи с Россетти-младшим. И он понятия не имел, насколько эти его «вызовы» повлияли на наши отношения в последние годы.
Но это, конечно, не единственная причина, по которой мы оказались на самом дне.
– Мне нужно иметь возможность связываться с офисом, – сказал я неохотно. – Не хочу бросать ребят на произвол судьбы.
– Сможешь использовать защищенную линию по установленному графику. Арон, хватит терять время: это не первые наши американские горки. Ты нужен мне здесь.
– Так когда я должен выехать?
– Час назад, – хмыкнул он. – Шутка. Билет на самолет на твое имя забронирован на десять минут восьмого.
– Что?! – Я вскочил на ноги. – Но сейчас уже пять! Я едва успею забежать домой и собрать вещи!
– Хочешь пожаловаться, что тебе может не хватить шмоток, в то время как здесь одна правительственная организация недосчиталась кое-каких сверхценных данных?
– Вот же душнила.