Анна Николаева – Большая книга мифов России (страница 83)

Принес он кусочек солнечный в свое селение, а люди смотрят на него, надивиться не могут. Отпустил юноша кусочек — и тот поднялся в небо, осветил реки, луга и леса. Увидели наконец люди, как красива их земля, когда озаряет ее солнечный свет. Разозлились они на черных братьев, что те столько лет не давали никому на солнце взглянуть, пошли и сломали высокий забор. А солнце, которое было за забором черных братьев, поднялось в небо, соединилось с первым кусочком и с тех пор сияет в небе для всех…

В этом мифе — вернее, уже все-таки в сказке — хорошо заметно христианское влияние. Солнце, скорее всего, уже отождествляется не только с небесным светилом, но и с верой, которая озаряет и согревает людей. Веру символизирует и сеть, которую плетет юноша из волос своих соплеменников: люди, не понимая, что такое солнце и зачем оно нужно, тем не менее подчиняются его просьбе…

Наш предок — олень

ЭТО КОНЕЦ СВЕТА!

В числе саамских мифов есть один — о погоне бога грома Айеке за оленем-прародителем саамского народа по имени Мяндаш. Считается, что, когда бог догонит оленя и убьет его, настанет конец земли и времен: все горы начнут извергать лаву, засохнут леса и иссякнут реки, а род человеческий пресечется. Сходные мифы были и у других финно-угорских народов.

В мифологии и в сказках саамов есть множество преданий об олене (вернее, человеке-олене) с золотыми рогами Мяндаше, который считается прародителем всего саамского народа. Ничего удивительного в этом нет — в прошлом жизнь саамов практически полностью строилась вокруг оленей.

Самый распространенный вариант мифа таков. Однажды некой колдунье стало скучно в человеческом образе, она обратилась в олениху-важенку и целый год бродила с дикими оленями в стаде. А потом родила сына, получеловека-полуоленя Мяндаша. Он мог принимать как человеческий, так и олений облик. Жил он среди людей, даже сам ходил на охоту, готовил мясо. А потом женился на обычной женщине. Но недолго Мяндаш выдержал такую жизнь — ушел он вольно жить в тундру. Жене своей он нашел нового мужа, причем обоих обучил делать луки, стрелы и ловить диких оленей. Только наказал, чтобы никогда не убивали они олених-важенок и вожаков стада. От потомков Мяндаша и пошел саамский народ, который лучше всех разбирается в повадках оленей.

Детская люлька (норвежские саамы)

В этих легендах проявился дух древнего тотемизма, когда животное (в данном случае — олень) считалось прародителем целого народа. У саамов не существовало запрета на употребление оленьего мяса, но во время охоты на оленей нужно было соблюдать множество различных правил и обрядов. Саамы считали, что если не истреблять оленей без разбора и часть добычи приносить в жертву богам, то души съеденных оленей вернутся снова на землю в образе молодых животных и таким образом жизненный цикл не прервется.

Самый популярный обряд был таким: когда тушу оленя разделали и употребили в пищу (или, например, засушили или заморозили мясо), кости раскладывали на половинке шкуры в том порядке, в котором они располагались в туше живого оленя. Полученную «композицию» накрывали другой половинкой шкуры, потом все это сворачивали и сжигали в очаге либо закапывали, вознося молитвы богам. Первого своего убитого оленя молодой охотник обычно также приносил в жертву, чтобы ему всегда сопутствовала удача.

В одном из вариантов саамского мифа о мироздании утверждается, что собственно земная твердь с лесами и полями была создана богами из оленьей шкуры.

Кукла в традиционном саамском костюме

В более поздних сказках об олене Мяндаше сохранились мифологические мотивы — например, о двойной природе оленя-человека.

…Жили на свете старик со старухой, и было у них три дочери. Одну они выдали замуж за ворона, другую — за тюленя, а третью — за оленя. Прошло некоторое время, и решили родители проведать, как живут замужем их дочери.

Приезжают они к жилищу ворона; выбегает к ним навстречу дочка, выскакивают дети-воронята, а дома у них есть нечего, кроме какой-то дохлой туши, которую ворон домой притащил. А еще видят старики, что у дочери их глаз тряпкой завязан: это она с мужем поссорилась, а он взял, да и клюнул.

Не понравилось все это старикам, поехали они к той дочери, которая за тюленем замужем. Выбегает к ним навстречу дочь, выскакивают дети-тюленята, а у дочери на руке пальцев не хватает. Поссорилась она с мужем-тюленем, а он взял, да и укусил ее.

Это тоже не понравилось старикам, и поехали они дальше. Прибыли туда, где со своим мужем — оленем Мяндашем — жила младшая дочь. Она выходит им навстречу с детьми-оленятами, в доме у них чисто, опрятно, муж все желания жены исполняет. И остались старики у дочки и ее мужа на несколько дней погостить.

Утром муж-олень на охоту пошел, а жена его, дочка стариков, стала убирать постель из шкур, которую один из детей ночью обмочил. И собралась она обмоченные шкуры сжечь в очаге.

— Что ты делаешь! — говорит ей мать. — Зачем же сжигать? Просто просуши шкуры на ветерке!

Послушалась дочь, развесила шкуру на шестах сушиться. А когда Мяндаш с охоты пришел — потянул носом и говорит:

— Человеческим духом пахнет.

Обернулся из человека снова в оленя и убежал в тундру, а за ним и дети-оленята.

В этой сказке отразились особенности охоты саамов, которые перед тем, как отправляться за добычей, один-два дня проводили в холодном нежилом помещении, чтобы из их одежды выветрился запах дыма, пищи и всего, что сопутствует человеческому жилью.

Все мифы и сказки, где подчеркивается двойственная природа Мяндаша или иного подобного персонажа, олицетворяют, с одной стороны, единство человека и животного (растений, любой другой части природы), а с другой — подчеркивают хрупкость любого природного явления, необходимость жить в гармонии с окружающим. Многие мифы саамов подчеркивали: пока будут на свете олени — будет и саамский народ.

Полярная звезда, центр Вселенной и царство мертвых

Есть любопытный вариант карело-финского мифа о появлении на земле девушки — прародительницы людей.

Однажды утка снесла золотое яичко; из этого яичка вышла девушка, которая получила сразу два имени — Сорсатар (что означает «дочь уточки») и Суометар («дочь земли Суоми» — именно так называют свою родину финны). Этой девушке было суждено стать праматерью финского народа.

Когда девушка стала взрослой, к ней начали свататься женихи. Первым из них стал Месяц. Он предложил Суометар выйти за него замуж, соблазняя ее звездами-монетками, рассыпанными по небу. Но девушка отвергла этого жениха.

— Что за муж из него получится? — сказала она. — Месяц непостоянен, он все время меняет свое обличье. Его лицо то плоское и широкое, как блин, то узкое, как серп. А еще он целый день спит и только ночью появляется на небе. Зачем мне такой муж?

Следующим женихом было Солнце. Но и его предложение девушке не понравилось.

— Не знаешь, чего от него ожидать, — сказала она. — Летом Солнце может устроить засуху и спалить посевы, а зимой у него не хватает сил согревать землю, и все страдают от мороза.

И только сыну Полярной звезды Суометар ответила согласием.

— Ничем плохим он себя не запятнал, — сказала она. — Это достойный сын семизвездной Медведицы [66].

Именно Полярная звезда в финно-угорской мифологии являлась центром Вселенной. У большинства финно-угорских народов Вселенная делилась на три уровня (а иногда какой-либо из этих уровней делился еще и на дополнительные «слои»). Верхний уровень — небесный, центром которого, собственно, и являлась Полярная звезда. К ней была направлена ось, пронизывающая все уровни, — это могло быть гигантское дерево, скала или медный (серебряный и тому подобное) стержень. Небо, покрытое звездами, вращалось вокруг Полярной звезды, поэтому у некоторых народов ее название дословно переводится как «гвоздь мира».

Финн в зимней одежде. Изображение из коллекции Британской библиотеки. Нач. XIX в.

В ряде мифов есть упоминания о том, что дерево, соединяющее миры, уже не первое. Мол, изначальное дерево выросло таким огромным, что застилало свет солнца и луны, поэтому боги (или даже люди — такие варианты тоже есть) срубили его. Упавшее дерево превратилось в мостик между миром живых и миром мертвых, а щепки, которые летели во время рубки дерева, превратились в болезни (ядовитых змей, злых духов и так далее).

На верхнем уровне проживали божества, в первую очередь, конечно, творец (или творцы) Вселенной. Через специальные отверстия верховное божество может наблюдать за тем, что происходит в «человеческом» мире, и при необходимости отправлять туда своих помощников — богов рангом пониже (о богах мы подробнее поговорим в следующей главе).

Второй уровень — собственно, земля — был местом обитания людей. Ее окружал Мировой океан, и по этому уровню протекала река, заканчивающаяся в загробном мире.

А в нижнем мире в большинстве вариантов мифа обитал младший брат творца Вселенной — тот самый, который изначально помог ему сотворить мир и людей, но потом за какие-либо прегрешения был низвергнут и стал покровителем мертвых (злых духов, нечисти и так далее). Обычно именно этот бог насылает на людей болезни и смерть. В тех мифах, где описываются возможности проникновения из среднего мира в верхний или нижний, верхний мир обычно ассоциируется с югом, средоточием тепла, а нижний — с севером, олицетворением мертвенного холода. Два мира соединялись «по земле» рекой, а «по воздуху» — мостиком Млечного Пути, который называли еще «Дорога птиц».