Анна Неделина – Хранитель Книги тумана (страница 6)
Фигура из тьмы вытянула руку, будто указывала на меня. Что бы это значило? Я — причина его недовольства?
— Да-да, я плохо приглядывал за Домом, — проворчал я и осекся. Ну, точно! Хитрый фантом все же на меня воздействует.
— Знаешь, Ух, — заметил я. — Было бы неплохо, если бы Дом мог передавать свои мысли также как ты. Хоть иногда.
Ух молчал. Никаких новых мыслей или ощущений у меня не появилось. Прислушивался я к себе, но различил лишь эхо тихих шагов в коридоре. Кто-то подслушивал наш разговор? По спине побежал холодок.
Призраки бесшумны, эльфийке нет причин таиться, а вот Таро, должно быть, уже проснулся. И тоже решил заглянуть в столовую в поисках еды?
Шаги стихли или, может, мне все же показалось. Я взглянул в угол, но Уха там уже не было.
Раньше мне казалось тягостным одиночество. А теперь выяснилось, что наличие в доме соседей не обязательно приносит облегчение!
Глава 3. В которой Даль принимает солнечные ванны, а я донельзя смущен
«Не Тиббс?» — Ответ его поблек На тон или полтона.
«Что здесь такого? — Я изрек. — Я Тиббетс». «Тиббетс?». «Лишний слог!» «Так вы НЕ ТА ПЕРСОНА!»
Льюис Кэрролл. Фантасмагория
Прежде остальных утром я увидел Даль. Эльфийка сидела на краю полуразрушенного, заросшего мхом колодца неподалеку от крыльца Дома-в-тумане. Ноги она вытянула, из-под запахнутого плаща видны были мягкие сапожки с отворотами. В лучах восходящего солнца волосы Дали казались золотым водопадом. Если бы еще не чересчур острый нос, она была бы идеальна… и стала бы похожа на куклу.
Даль подняла голову и заметила меня. Я застыл вместо того, чтобы отшатнуться от окна. Эльфийка улыбнулась, приветственно взмахнула рукой. Прежде, чем я сообразил, что делаю, моя ладонь тоже оказалась поднятой в приветственном жесте.
Даль легко поднялась на ноги. Волосы полыхнули. Эльфийка шагнула по направлению к дому. Тут под ногу ей попалось что-то — камешек или корешок — и она, взмахнув руками, упала в росистую траву.
Это Даль и спасло. За ее спиной из колодца уже успел наполовину выбраться Косматый Ругр.
Я способен справиться с проклятьем, но не слишком-то хорош в бою против нечисти. Потому сперва я оторопел. Со мной такое случается. Я не из тех, кто молниеносно осознает опасность и решительно бросается в бой. В голове моей промелькнула мысль, что придется преодолеть два лестничных пролета и коридор, прежде чем я доберусь до Дали.
Эльфийка что-то почувствовала и плавно развернулась. Ругр тянулся к ней, и глаза его сверкали безумием. Даль отступила. Плавно и недалеко.
Тут я пришел в себя. Не знаю, что подтолкнуло меня заорать на весь дом:
— Таро!
Потом я несся по ступеням, перепрыгивая сразу через две, и продолжал орать:
— Таро! Таро!!
Когда я распахнул входную дверь, меня схватили сзади: тяжелая рука вцепилась в плечо и дернула назад, вжимая в стену. Выглянув из-за плеча остановившегося на крыльце вурдалака, я увидел невероятное.
Свой просторный плащ Даль сбросила. На ней была рубашка с широкими рукавами, перехваченными массивными браслетами, бархатные короткие штаны и высокие сапоги… В каждой руке у Дали было по недлинному клинку, и оба — измазаны в черной крови лесного духа…
Эльфийка двигалась плавно, словно танцевала. Вот Ругр с рычанием бросился вперед, уже не в первый раз — один рукав рубашки Дали был распорот и висел лоскутами. Эльфийка прыжком взметнулась на кромку колодца, уходя от удара, приняла на скрещенные клинки когти, целившие в горло. Оттолкнула с силой, метнулась в сторону. И внезапно развернулась. Сверкнули клинки, один за другим полосуя бок Ругра. Лесной дух озверел, выгнулся и неуклюже — от боли — бросился за Далью, которая легко повела его вокруг колодца. Будто дразнила.
Таро привалился плечом к дверному косяку, выйти я бы не смог — он загородил путь основательно, но сделал это так, словно не замечал моего присутствия.
Ругр ревел. Даль порхала вокруг него, то и дело задевая клинками. Таро вдруг посторонился, прижав меня рукой к стене. Сумрак скользнул мимо нас. На меня дохнуло зимней стужей, и почти тут же между Далью и Ругром вспыхнул огненный смерч. Огонь был холодный и отливал серебром. Ругр заревел, ослепленный, закрыл лапами морду и, кажется, сам себя исцарапал. Опрокинулся назад, потом вскочил на четыре лапы и бросился прочь от Дома.
Даль остановилась, тяжело дыша.
— Благодарю, Ух, — произнесла она неожиданно низким голосом. Стан ее был стройный, но уж больно прямой. А когда эльфийка повернулась к нам, разорванная рубаха распахнулась, обнажив блестящий от пота мужской торс. Из многочисленных порезов текла кровь.
— Медленно, — проговорил Таро недовольным голосом.
Даль же счастливо и слегка безумно улыбался.
— Ничего, быстро нагоню.
Таро пожал плечами.
— И чего было орать, — буркнул он, шагнув мимо меня в глубину дома. Я так и стоял, ошеломленный, щеки мои пылали.
Даль подошел. Когда он поднялся по ступеням крыльца, я невольно попятился и вжался в стену.
— Даль, как не стыдно разыгрывать господина Терна, — проговорил Люций, появляясь из пустоты. Эльф засмеялся.
— Я и не разыгрывал. А вы, если видели, что господин в затруднении, должны были его переубедить.
— Я Марн, — с трудом приходя в себя, выдавил я. Больше-то мне и в голову ничего не пришло.
Даль спрятал клинки в заплечные ножны. Над крыльцом, мягко мерцая, заклубилась серая дымка. Лицо фантома, проступившее в этой дымке, смотрело едва ли не с укором.
— Да, Ух, Дом нуждается в очищении, — протянул эльф. — Иначе скоро начнут оббивать пороги высшие демоны. С непристойными предложениями запродать душу и отдать Книгу.
Я вздрогнул.
— Даль преувеличивает, — неодобрительно произнес Люций. Эльф покаянно опустил голову. Сверкнули серьги, одна из которых была короче другой вполовину: наверное, порвалась во время боя.
— Дом всегда был таким! — произнес я.
Хотя к хранителям Дом-в-тумане отчего-то относился с большим терпением, чем к любым другим гостям. Они ведь все еще не порывались сбежать!
— Характер у него, безусловно, скверный, — вынужден был согласиться Люций. — Ваш род деятельности, присутствие Книги тумана приводят к накоплению злой энергии. А уже она — притягивает все скверное, что обитает в округе. И Даль прав, лесной дух — не самая большая угроза. По правде сказать, я по-прежнему не понимаю, в чем причина его ярости…
— По-вашему, я на него плохо влияю? — возмутился я. — Ну, извините! Не могу же я переехать…
— Это будет весьма опрометчивый шаг, — согласился призрак. — Просто у каждого Отменяющего есть хранители. Прискорбно, что ты не призвал нас до того, как начал практиковать отмену проклятий. Твои действия питают Книгу, Книга влияет на Дом. Тебе известно, что некоторые Отменяющие сходили с ума?
Я кивнул.
— Потому я и не хотел становиться Отменяющим. Незадолго до смерти дядя все больше говорил сам с собой и практически не спал. А у Глориана не сложились отношения с Домом и…
— Это не совсем то, что я имею в виду, Ольден, — мягко возразил Люций. — Неудобства, возникшие у ваших родственников, были больше от того, что они не располагали истинной силой Отменяющих. Они были слабы. И близость мира демонов довлела над ними. Это ноша, которую несут все владельцы этого Дома, и я еще не знал ни одного из ваших родственников, который не слыл бы нелюдимым и не относился к людям с подозрением. При всем моем уважении к вашему дяде… он не смог бы воспользоваться Книгой тумана. Лишь приглядеть за ней до возрождения силы Тернов, которая проявилась именно в вас.
— Но почему? И откуда вы знаете об этом?
— Мы ведь здесь, — мягко заметил Люций. — Король эльфов предсказал ваше возвращение. Ваши силы проявились, но обряд вступления в должность не был совершен как следует, поэтому король эльфов узнал о вашем появлении слишком поздно. Он видел знаки, но не понял их значения. Когда же все выяснилось, мы прибыли.
— Король эльфов? — повторил я.
Даль рассмеялся.
— Разумеется. Наша магия — магия природы. И у него самый сильный дар, потому он почувствовал первым. Как и Ругр, разумеется.
Ну вот. Сначала король эльфов, потом Звонкий бор вместе с Косматым Ругром…
Я совсем ничего не понимал. Люций и Даль явно это поняли. Призрак неодобрительно покачал головой.
— Тебе известно, что собой представляет Звонкий бор, Ольден?
Я кивнул.
— Это лес из особых деревьев — черных ясеней. Они очень редки и растут обычно там, где истончается грань между нашим миром и Страной За Туманом, землями демонов.
— Растут, — передразнил Даль. — Эльфы выращивают их при помощи магии, эль-ло! И нигде больше нет второго Звонкого бора. Когда-то там, где сейчас шумят черные ясени, были созданы врата в Страну За Туманом, и в Ладимирру проникли жуткие твари. Твой предок, Алоиз Терн, был так силен, что смог остановить их на время. А пока он сдерживал демонов, его друг Амарант создал лес из черных ясеней, чтобы запечатать разрыв навечно. Амарант был эльфом из клана Четырех стихий. Сейчас его уже не существует. Все оттого, что Амарант использовал слишком много жизненной сипы, взяв ее у всего клана. И сила эта никогда не была возвращена. Потому что Звонкий бор стоит поныне. Таково предание.
— Никогда не слышал ничего подобного, — пробормотал я. — To есть, я знаю, что Алоиз Терн призвал Косматого Ругра, воспользовавшись Книгой тумана, чтобы остановить орду демонов, бесчинствующих в Ладимирре, но…