Анна Морозова – Взгляд из прошлого (страница 19)

— А хотел?

— Дурная, — качаю головой, улыбаясь от ее заразительного смеха на весь салон. Теперь Диана не выглядит сонной и уставшей, а кажется вполне себе довольной жизнью оптимисткой. И мне, черт возьми, нравится. Нравится видеть ее такой позитивной в этом сексуальном платье, от которого мои яйца гудят, словно колокола. Я ловлю кайф от любого ее движения и наслаждаюсь сладким, манящим голосом. Я точно встрял, потому что иначе бы не смог. Расставшись с ней однажды, я больше не повторю своих ошибок, о которых пожалел уже давно. Будучи молодым сопляком, мне казалось, что мир вокруг меня вертится. Одной меньше, одной больше. Плевать. Зато карьеру построю в самой Италии. И что в итоге? Я взвыл уже через три месяца, когда эйфория от жизненных перемен прошла, а реальность вернулась на место. Написать хотел. Позвонить. Не смог. Ломало жутко. Даже ныл однажды, как девчонка, о чем никому никогда не признаюсь, но все равно не решился. Просрал восемь гребаных лет из-за своих каких-то дурацких принципов, а в итоге жизнь все равно повернула все так, как и было должно.

— Спасибо за сюрприз на крыше, —шепчет Диана, больше не смеясь. — Это было лучшее свидание в моей жизни.

— И мое, — признаюсь честно, заворачивая во двор и останавливаясь напротив ее подъезда. Развернувшись вполоборота, смотрю на Дианку, которая в это время не спускает с меня своих ярких, сонных глаз. Все-таки она нереальная красавица. Натуральная, обворожительная, женственная и невероятно сексуальная. Она приковывает к себе внимание даже когда не выглядит как сошедшая модель с обложки. Я хочу ее поцеловать, хочу опрокинуть сидение и уложить ее на лопатки, хочу спать с ней в одной кровати и просыпаться тоже хочу. Мой мозг кипит от такого количества «хочу», но я ни хрена не могу с этим поделать.

— Мне нужно идти, — вздыхает Дин Дин, всовывая ноги в красные босоножки. — Не хочу, чтобы Лиза ложилась спать, не увидев меня.

— Останься еще, — прошу ее хриплым голосом. — Думаю, Лиза не сильно этому расстроится. А нам нужно успевать наверстывать упущенное.

— Мне льстит твой порыв, но я правда должна идти. Где моя сумка?

— У тебя на коленях, — улыбаюсь, облокотившись руками на руль. — Может, передумаешь?

— Не мо… Ик… Не могу. Этот вечер был просто невероятным, и я хочу повторить это снова, но эм… сейчас я должна пойти домой. Ты ведь не обижаешься?

— А должен?

— Нет. Не должен, но мало ли. Вдруг у тебя слабая душевная организация. Э… ик… Чертова икота. Все, Русь, я пошла. Провожать не надо.

— А поцеловать? — выгибаю я бровь, и Динка тут же тянет ко мне свои губы, свернув их в трубочку. Решаю не охреневать совсем в край и позволяю себя чмокнуть, после чего не останавливаю, когда она выходит из машины и, забрав с заднего сидения букет цветов, мелькает перед глазами своими волосами и упругой задницей.

— Спокойной ночи, Дин Дин, — киваю ей, когда она оборачивается прежде чем зайти в подъезд.

— Спок… ик… и — лыбится маленькая пьяная ведьма, скрываясь за простором железной двери.

Подождав ещё пару минут, я выворачиваю со двора и мчу домой под какой-то хайпожорский трек. А когда, припарковавшись через два дома от своего, поднимаюсь в квартиру, карман жжет телефонный звонок.

— Да, моя хорошая, — улыбаюсь, проходя на кухню. — А ты чего так поздно звонишь? Что-то случилось?

Глава 27

— Привет, — шепчет на ухо Руслан, опаляя своим дыханием кожу и вызывая на ней тонну мурашек. Проведя пальцем по разделочной доске, улыбаюсь как дура, слушая его нежный, вкрадчивый шепот и ощущая спиной его мужественное тело.

— Привет, — так же тихо отвечаю я.

— Как дела у маленькой алкоголички? М? Головушка, наверное, болит?

— Губы болят, — счастливо морщусь, желая ощутить его язык своим. Меня потряхивает от всколыхнувшихся ощущений и от подбрасывающего адреналина. Я сошла с ума, потому что снова влюбилась. И в этот раз мои чувства иные, но намного сильнее прежних.

— Есть у меня один способ, как вылечить твои губы, но, кажется, тебе он не особо понравится. Надо присесть на колени, а потооом…

— Извращенец, — хихикаю.

— Ну, ты бы тоже не осталась без внимания, — тихо воркует мне в ухо, заставляя скрестить ноги и ощутить вибрацию внизу живота.

— Барханов, прекращай совращать меня на рабочем месте, иначе я возьму сейчас незапланированный выходной.

— Я. Ты. Одна кровать на двоих. Ммм. Так сексуально звучит.

— Руслан Романович! — раздается за спиной голос Димки, и я тут же подскакиваю на месте, едва не скинув с доски нож. Сердце колошматит так сильно, будто меня застали за чем-то непристойным.

— Что тебе, Дим? — Голос Руслана собран и сдержан. Я уже не раз повторяла о его умении вовремя переключаться, чего не скажешь обо мне. Уверена, я красная как помидор и возбужденная до предела.

— Мне нужно с вами срочно кое-что обсудить. Это личное.

— Хорошо. Пошли.

Как только Дима и Руслан уходят, я втягиваю носом воздух и, выдохнув, пытаюсь восстановить дыхание и сердечный ритм. Меня колбасит, будто я в центрифугу залезла. Это все адреналин, эйфория, страх быть пойманной на фоне счастливых минут. Я точно сошла с ума, но встреча с Русланом — это лучшее, что со мной могло случиться за последние годы. Я снова начинаю чувствовать себя женщиной, а не только рабочим агрегатом и мамой с кучей функций. Я чувствую свою энергию, чувствую, что нужна и что меня хотят такую, какая есть. Со всеми моими недостатками и достоинствами. И это чистый кайф. Наверное, все-таки годы разлуки пошли нам на пользу. Я уже другая, да и Руслан больше не тот пацан, которому все побоку. Он взрослый, состоявшийся мужчина, который знает, что хочет. Сейчас я ему доверяю намного больше, чем тогда, будучи молодой и неопытной.

— Дин, когда салат с брынзой? — Кричит Кирилл, возвращая меня в реальность. Взяв с магнитного держателя прикрепленный чек, читаю заказ: два салата с брынзой и апельсином.

— Семь минут, — поясняю, залезая в холодильник за ингредиентами. Через пять минут я ставлю тарелки на раздачу и принимаюсь за исполнение следующих салатов.

Руслан возвращается спустя примерно час. Такой же воздушный и довольный.

— Где был? — Любопытствую, поглядывая на него с интересом.

— Да там, — отмахивается и, перекинувшись через мое плечо, смотрит в тарелку с тартаром из помидоров, украшенных гуакамоле и рисовыми чипсами. — Чипсы слишком большие. В следующий раз сделай поменьше.

— Да, шеф! — хихикаю и тут же замолкаю, когда Руслан начинает хмуриться, пусть это и выходит у него с трудом. Изобразив, как я якобы закрываю рот на воображаемый замок, беру тарелку и убираю на стол раздачи.

— Диан, давай пока не будем афишировать наши отношения, — просит он тихо. — Это ни к чему.

— Я и не собиралась, — признаюсь честно, пусть его просьба и обижает. Моему влюбленному сердцу не согласиться с ним было бы глупо. Разговоры за спиной, шепотки, сплетни, недоброжелатели и юмористы… все эти люди появляются в одно мгновение, когда на их горизонте мелькает объект всех этих сплетен и предрассудков. Руслан прав на сто процентов, потому что коллектив, состоящий на семьдесят процентов из девушек, не может держать язык за зубами дольше тридцати минут, если не меньше. Если проколоться сейчас, то завтра нас поженят, разведут, отметят мою внезапную беременность, развод и еще приплетут какую-нибудь неизлечимую болезнь, из-за которой Руслан теперь со мной. У моих коллег фантазия — дай бог, поэтому я ничему не удивлюсь от слова совсем.

— Не обижаешься на меня за это?

— Еще как обижаюсь, Руслан Романович. С вас букет цветов и вечерняя прогулка.

— Принято. Так и запишем: вечерняя прогулка сегодня.

— Сегодня я максимум, что смогу сделать, это вывалить язык после того, как переступлю порог квартиры. Может, в выходные? Не помешало бы еще и Лизу повидать. Она скучает, Руслан, а ты, кстати, так и не рассказал мне суть своего недавнего поведения, хотя обещал это сделать сегодня.

— Раз обещал, значит, скажу, — подмигивает мне, подходя к зовущему его Ярику.

Отвернувшись, принимаюсь за нарезку яблок для закуски, не сразу услышав вибрацию в кармане фартука. Наскоро обтерев руки полотенцем, достаю телефон. Обычно я не отвечаю на звонок с неизвестного номера, но сейчас внутри царапнуло какое-то нехорошее предчувствие.

— Алло.

— Диана Андреевна, здравствуйте, это Лизина учительница.

Глава 28

— Ты можешь быстрее? — едва не кричу, теребя края фартука.

— Я пытаюсь, — вздыхает Руслан, объезжая чертову пробку.

По ощущениям, будто машина стоит на месте. За семь минут мы проехали всего пару метров. Это катастрофически ничтожно, а моя паника уже достигла пика. Я нахожусь в ужасе, не зная что думать, потому что фантазия режет мозг. Когда позвонила Марина Михайловна, Лизина учительница, я почему-то решила, что она просто в очередной раз плохо себя вела на уроке. А как оказалось, она сломала руку. Или не сломала, но получила сильный ушиб при неудачном падении в игру вышибала во время урока физкультуры. Правда, мне от этого ни горячо ни холодно. Я просто хочу как можно скорее увидеть свою дочь. Моё материнское сердце разрывается на куски с каждой проведённой секундой в этой машине.

И как только Руслан паркуется около детского травмпункта, я вылетаю на улицу и несусь к дверям, даже не дождавшись его. У меня в голове стучит, и в груди адски больно. Забежав в приемный покой, спрашиваю у заносчивого администратора, где мне найти рентгеновский кабинет, и пулей несусь туда. Завидев светловолосую макушку своей дочери, ускоряюсь, едва не перейдя на челночный бег. Она сидит на скамейке, прижимая к себе припухлую ручку и тихо скулит, пока её учительница что-то ей вещает. Подхожу и падаю перед ней на колени, наплевав на все вокруг и даже на свой внешний вид в поварском кителе.