Анна Морион – Ветер с Северного моря (страница 8)
– Ступайте, мистер Мортон! – повысил голос пастор. – И больше не оскверняйте ругательствами эти своды! – Он взял Хелен за руку. – Пойдем, дочь моя, я отвезу тебя домой, но попробуй найти в твоем сердце прощение этим грешникам.
Но Хелен не ответила: теперь, когда этот кошмар закончился, когда она нашла защиту в лице пастора, который спас ее от брака с Джорджем Мортоном, она дала волю слезам. Эти слезы – полные горечи и нервов, текли по ее щекам и ослепляли ее глаза. Она машинально, как послушная овца, шла вслед за своим пастырем, и плакала. Хелен плакала и в карете: ее тело дрожало от пережитого ужаса, и она ничего не могла с этим поделать. Когда пастор передал Хелен в руки ее отца, который узнал о поступке брата от миссис Гилберт, увидевшей все из окна, мистер Валент горячо поблагодарил его, а затем обнял свою дочь и пообещал сделать все, чтобы этого никогда не повторилось. Он и сам был напуган: решительностью мистера Мортона, новыми слухами, которые еще глубже втопчут Хелен в грязь, состоянием дочери и ее отчаянием… Это было слишком жестоко для его бедной дочери.
Мистер Валент сдержал свое слово: через несколько дней он увез дочь далеко от этого гнилого городка. Взяв с собой лишь нескольких слуг, отец и дочь отправились в соседнее графство, где Валенты имели в собственности небольшой, но уютный коттедж, расположенный в маленькой, малонаселенной деревне. И там их не тревожили ни слухи, ни оскорбления – там, в глуши, среди природы и глубоких снегов, Хелен смогла частично стереть из своей памяти понимание своего позора и гневные, ранящие слова ее дяди.
Несмотря на то, что Валенты теперь жили не в Брайстед-Манор, мистер Валент продолжал вести активную переписку со своим будущим зятем, но умолчал о том, что Хелен едва было ни заставили выйти замуж за другого. Мистер Валент решил, что эта информация мистеру Нордстранду ни к чему – а вдруг он будет винить себя в том, что не смог забрать свою невесту в ее новый дом раньше? Хелен же была рада месяцам свободы: она читала, гуляла, увлеклась вышивкой и изготовлением собственных свечей. Она была бы рада жить здесь вечно, в этой тишине, в этой деревне, среди необразованных, но услужливых и вежливых крестьян… Но это не могло тянуться вечно, и все закончилось в день середины апреля, когда мистер Валент с беспокойной улыбкой и письмом в руках сказал ей: «
Глава 6
Стрелки серебряных часов на цепочке мистера Валента показывали девять вечера – лишь в этот довольно поздний час отец и дочь смогли остановиться у придорожной, маленькой, но опрятной гостиницы. Мистер Валент, как обычно, заплатил за три отдельные комнаты, находящиеся на одном и том же этаже и по соседству друг с другом: одна комната всегда предназначалась для Хелен и ее камеристки, вторая – для ее отца, а третью делили кучер и лакей.
Когда нужный багаж был занесен в комнаты, Валенты и их слуги спустились вниз, где с наслаждением вкусили поздний ужин: господа отдельно, в ресторане, за уютным столом у камина, слуги – в углу кухни, в которой все еще неустанно работали повар и поварята.
К счастью, гостиная была заполнена лишь наполовину, поэтому сегодня вечером на Хелен глазели не так много любопытных. Но, конечно, без перешептываний других гостей, сидящих в столовой, не обошлось: Хелен ясно услышала, как леди за соседним столом громко прошептала своей спутнице: «Должно быть, это его любовница! Я слыхала, что некоторые джентльмены в
Быстро справившись с сытным ужином, Хелен хотела было уединиться в своей комнате, но отец попросил ее остаться: у него был к ней важный разговор. Хелен была вымотана долгой дорогой, но улыбнулась и кивнула: что желал сказать отец? Возможно, что-то важное о ее женихе? Что-то, что поможет ей избавиться от тяжести неизвестности, лежащей на ее сердце? Эта тяжесть была ей невыносима и вcе девять дней поездки она не могла думать ни о чем другом, кроме как о том, что ждет ее в день ее приезда в загадочный и далекий Мидскуг-Манор… И какое у него необычное название! И явно не английское…
– За день до нашего отъезда в Девон, я получил письмо от твоей матери, – тихо сказал мистер Валент, отложив столовые приборы в сторону и потянувшись к бокалу вина. – Твой дядя написал ей. – Он бросил на дочь усталый взгляд. – Обо всем, что произошло в той церкви.
– И она, конечно, вновь рассердилась на меня за то, что я не вышла замуж за того прыщавого, тощего мальчика, – равнодушно сказала на это Хелен.
– О, твоя мать сама не знает, чего хочет. Как ты и сказала, моя дорогая, она была весьма недовольна тем, что между Джорджем и мистером Нордстрандом ты выбрала последнего. – Мистер Валент пригубил вина и слегка поморщился. – Хм… Вино здесь подают неплохое, но оно отдает кислинкой… Но для подобного заведения приемлемо…
– И что же конкретно она написала о том, что ее брат похитил меня и заставлял выйти замуж за моего бедного, испуганного кузена? – поинтересовалась Хелен, прервав размышления отца о вине в его бокале.
– Коротко говоря: ты неблагодарная негодяйка и глупая девочка.
– Вы тоже считаете меня такой, отец?
– Признаться, в тот день я был горд тобой, как никогда: ты дала мистеру Нордстранду свое слово выйти за него и не отступила от него. Я хвалю тебя за это, Хелен. Ты поступила мудро и дальновидно. Как настоящая леди. И пусть твоя мать ведет себя как жестокая мачеха, а не добрая мать, я хочу, чтобы ты знала и всегда помнила, что твой отец любит тебя и гордится тобой.
Слова отца вызвали на лице усталой Хелен счастливую улыбку: он гордится ею… Что еще ей нужно для счастья? Отцовская любовь останется с ней навсегда и будет греть ее душу в одинокие, полные тоски дни и ночи в поместье ее супруга… Как жаль, что и ее дорогой Эдмунд не поехал с ними: ее брат был отправлен к другому дяде Хелен, который жил в соседнем городе, покровительствовал закрытой мужской гимназии и пообещал позаботиться о племяннике, словно тот приходился ему собственным сыном. Когда она увидит его вновь? Случится ли это? Она надеялась, что да… Он станет старше и обязательно навестит ее… Но что он скажет о ее супруге? О ее браке? Об этом Хелен пока решила не думать.
– Что я буду делать там одна, без вас? – Глаза Хелен заблестели от слез.
– Ты будешь жить, моя дорогая. Ты будешь хозяйкой большого поместья, женой и матерью. Такова женская судьба – покинуть родительский дом и обрести свой собственный… – Мистер Валент мягко пожал руку дочери, а затем сделал глоток вина, вновь поморщился и продолжил: – Но вновь о письме. Поздравляю, моя дорогая, кажется, вскоре мы породнимся с семьей видного молодого виконта! Твоя мать пишет, что он не на шутку пленился Луизой, и что на балах и вечерах он не отходит от нее ни на шаг, беседует только с ней и танцует с ней одной. Кажется, этот бедный виконт влюблен в нее и готов вот-вот сделать ей предложение.
Хелен широко улыбнулась: она была рада за сестру, но вовсе не удивлена. Чему удивляться? В том, что хваткий ангел мисс Луиза Валент сделает просто блестящую партию, не сомневались ни ее семья, ни подружки, ни благородные леди и сэры графства Ратланд. Это был лишь вопрос времени… И вот, меньше, чем через год после своего дебюта Луиза уже одной ногой стояла на пороге церкви, в которой скоро тот самый влюбленный виконт сделает ее своей виконтессой.
– Надеюсь, он имеет не только титул, но и немалые средства, иначе дама его сердца откажет ему, – добродушно сказала Хелен.
– К счастью для нашей птички, этот молодой джентльмен недавно унаследовал не только титул виконта, но и большое богатство. Его отец случайно погиб на охоте, никто не думал, что его двадцатитрехлетний сын унаследует его так рано… Но не нам решать, когда кому уйти. Все в руках Господа, – также добродушно ответил ей отец.
– Но почему вы скрыли от меня эту новость, отец? – тихо просила Хелен, внимательно всматриваясь в черты его лица. – Почему вы делитесь со мной именно сейчас, за несколько дней до моего знакомства с моим женихом?
– Признаться, я… – Мистер Валент несколько замялся, а затем сделал большой глоток вина, будто этим стремясь набраться смелости. – Я подумал, что счастье и успех Луизы расстроят тебя. Все-таки, она получила свое… Точнее, скоро получит – джентльмена, богатого, титулованного, молодого и неплохой наружности. А ты, моя дорогая, едешь в Девон, чтобы стать супругой навязанного тебе мужчины… – Он грустно улыбнулся и тихо добавил: – Не твоего круга. Я хотел защитить тебя от новой сердечной боли и уязвленной гордости… Хотя бы на время этой поездки. Но пришел момент рассказать тебе об этом, потому что больше возможности скрывать эту правду у меня нет: завтра днем мы уже будем там.