Анна Митро – Алиса в стране Снежного лорда (страница 4)
И новый день порадовал солнечной погодой. Доедая на кухне остатки каши, я гипнотизировала куст с ягодой. Я тут почти неделю и до сих пор не выходила на улицу, так нельзя. Не возможно вечно сидеть взаперти, тем более что за окном было практически лето, а не слякотное московское декабрьское утро. В этом смысле здесь мне нравилось точно больше, чем в городе возможностей, все же зиму я не очень любила, даже новый год, ведь в него все детство я, как и любой воспитанник детского дома загадывала, чтобы у меня были мама и папа. Но годы шли, взгляд на мир обретал реалистичность и желания становились более прагматичными. А последнее время и вовсе, сама пожелала — сама купила, ну или девочки подарили.
А тут все так просто… Я очень хотела эту ягоду, вот прям с куста, и солнцу подставить лицо, за все это время там не проскользнуло и тени, должно быть безопасно. Даже кузовок для ягодки нашелся сразу, и я, крадучись приоткрыла засов маленькой двери, что шла за кухонной. Выход в сад. В нос ударила волна сотни ароматов, пьянящий — туберозы, изысканный — жасмина, медово-сладкий — гиацинта, и ягодный, такой манящий, словно я оказалась в центре земляничной поляны. С трудом удержала себя, а ведь ноги уже готовы были бежать, всеми руками поддерживая одурманенную голову. Оглядываясь по сторонам я подошла к вожделенному кусту и сорвала ягодку. Блаженство. Видом, как виноград, а на вкус как клубника, запах одуряющий. А главное, так много, и живот и кузовок были полны уже через полчаса, а я даже треть куста не обобрала.
Потом осмотрительность вернулась ко мне и я, отнеся на кухню добычу, медленно обошла дом. У центральной части расположилась огромная, усыпанная мелким гравием площадка, в центре нее возвышался фонтан. С другой стороны были какие-то строения, и сначала я посматривала с опаской на них, как вдруг услышала ржание. Неужели кто-то приехал? Ужас охватил меня и парализовал на несколько мгновений. Их было достаточно, чтобы из-за постройки вышел конь. Без седла. Фух. Значит, и всадника нет. Страшно конечно, вдруг дикий, с другой стороны, а если его забыли? Поесть то тут он всегда что найдет, а попить? Жаль животное. Я медленно приближалась к коню, прихватив по пути яблочко. Правда, обычное наше земное яблоко и формой, и цветом, и вкусом, и росло оно по-обычному, на дереве.
— Тиши, милая лошадка, я тебе яблочко принесла, вкусное, будешь? — приговаривала я, протягивая руку с фруктом и готовясь чуть что дать деру. Хотя это было так наивно, убежать от лошади. Глупее не придумаешь. — Ты тут одна? Может, пить хочешь? Так покажи мне куда налить, я принесу водички.
Коняжка, не будь дурой, схрумкала подношение, облизав мне шершавым, как у большой кошки, языком ладонь и трусцой направилась в сторону одноэтажного белого домика. Там оказалась конюшня, а главное, конь был не один, их было двое, только, судя по обломкам, один смог выбраться, а второй нет и уже был на последнем издыхании.
— Бедняга. Сейчас-сейчас, — я выбежала на улицу, нарвала в подол платья яблок и, вернувшись обратно, сняла засов со стойла, отворила дверь и подсунула обессиленному бедолаге фрукты под нос. Тот вяло повел носом и осторожно подцепил одно яблочко. — Так, отлично. Я за водой, ты за старшего, — «обрадовала» первого знакомца и понеслась на кухню.
Спустя два ведра животные напились, умяли килограмма два яблок, и вышли гулять. А я подумала, сколько конь может прожить без еды и воды? Частично ответ на свой вопрос я нашла, вдоль всей конюшни шла труба, по которой поступала вода в поилки, причем подача была автоматизирована. То есть вода кончилась недавно, когда я уже была здесь. А вот как долго животное пробыло без пищи, не понятно. Остатки растоптанных цветов и веток говорили, что освободившийся пытался подкормить товарища по несчастью, но это были крохи.
— Ничего. Теперь о вас есть кому позаботится, — сказала я, поглаживая по гриве то одного, то другого. Ага, а мне, если что, будет на чем отсюда уехать.
Глава 4
В верховой езде главное не упасть
Следующие несколько дней проходили за чтением, готовкой и прогулками с двумя четвероногими красавцами. Кони окончательно признали меня своей и радостно неслись ко мне, стоило отвориться двери.
С ними я изучила окрестности дома, далеко не отлучалась, метров на сто, но нашла и садик, и огород, и парк, и даже озеро, с безупречно прозрачной водой и стайками серебристых рыбок.
И меня все вполне устраивало, кроме одного, продукты… Они рано или поздно закончатся. И если есть возобновляемые, вроде яблок, то мясо я из неоткуда точно не достану. Да и на счет бесконечности ягод-фруктов я тоже сильно сомневалась. А значит, рано или поздно мне придется отправиться на поиски людей.
Еще один момент смущал, вернее даже пугал. Вокруг усадьбы был свой микроклимат, каждый день напоминал погожий июньский денек, но чем дальше от дома, тем холоднее становилось. Я никак не могла это объяснить и это пугало. Какие-то путанные объяснения о девах жара и мужах холода в книгах только раздражали. Тут только я, а я определенно обычный человек, значит дело в самом доме. Хотя, если честно, я пыталась вспомнить все фентезийные произведения, что когда либо приходилось читать или смотреть и пыталась «найти в себе магию». То есть медитировала глядя на огонь, воду, пыталась «призвать» к себе стихии. Таким конкретным бредом страдала, что и рассказать-то кому стыдно. От того я знала точно, во мне ни грамма дара, и пока не знаю, повезло мне или нет.
Мои мысли оформились в идею отправиться на поиски людей в тот момент, когда я нашла седло. Кони смотрели на меня с подозрением, я же, изучив внимательно книгу о коневодстве, в который хорошо и поэтапно был изображен весь процесс «оседлания» лошади, приступила.
— Нир, солнце мое четырехногое, я тебя очень прошу, прими пои поползновения благосклонно, — увещевала я коня, того самого, что смог выбраться из стойла и поддержать товарища. И почему Нир? А потому что Мьельнир, такой же быстрый, летучий и невероятно мощный, как легендарный молот Тора. Чуть не погибшего я называла Леви. Левиофан. Почему? Не знаю. Может потому, что он любил купаться и ассоциировался у меня с морским чудовищем?
Мьельниру явно не нравилось седло, но он так хорошо ко мне относился, что в конце концов с понурой головой подошел и выдержал стоически все мои потуги приладить к нему ремни.
— Не фыркай, не смешно, сама знаю, что ни черта в этом не смыслю. Но выбора нет, машин я что-то не вижу, — и, подведя его к небольшому распиленному бревну, вкарабкалась в седло. — Так, села, что дальше? Но, тпру… Нет, все же но. Нир, поехали! — с этими словами я дернула пятками, и конь сорвался с места. — А-а-а! — кричала я, вцепившись в гриву. Рядом скакал Леви, сопровождая движение возмущенным ржанием.
Кое-как натянула поводья и конь замедлился. Вскоре перешел на шаг и, сделав крюк вокруг дома, вернулся к конюшне. Там я его «расчехлила» и устало прислонилась спиной к стене. Да уж, это не так просто как может показаться. А в кино они даже стрелять в галопе умудряются из мушкетов и луков. Кстати, неплохо бы разжиться каким-нибудь оружием. А то девушка, с двумя конями в лесу, очень подходящая добыча для разбойников. И список нужных вещей составить желательно. Хорошо, что лошади две, на одну провизию погрузить можно. Хотя не знаю, как Леви отреагирует на седло. Он еще не оправился от вынужденной голодовки и ко всему относился настороженно.
Пообщавшись еще немного с «мальчиками», я долила им воды, погладила по лоснящимся бокам и пошла проводить ревизию.
Так прошла еще неделя. С каждым днем список менялся, что-то нещадно удалялось, что-то добавлялось. Одно было неизменно. С каждой минутой в седле я чувствовала себя все комфортнее, хотя ноги, кончено, болели, и ванна с солью стала моим ежевечерним спутником.
А сегодня я нашла карту. Карту Эсшана, на которой были отмечены родовые земли, жаль, что в картографии и навигации я смыслила еще меньше, чем в верховой езде. Но, по крайней мере, начала понимать, где примерно нахожусь. Недалеко от границы со Смастайном. Видимо это и есть причина бегства местных жителей.
Завтра я планировала проехать полдня на юго-восток, по направлению к ближайшему крупному городу, где-то посередине между ним и поместьем вилась голубая лента, обозначающая или ручей, или реку. Нужно хоть примерно прикинуть масштаб карты. Я рассчитала примерно, как должно будет двигаться солнце, вернее Санорин и наготовила еды на несколько пару дней, ведь завтра у меня вряд ли будут силы после поездки, а послезавтра все будет болеть. А потому максимально все сделала с вечера, даже коням яблок собрала и вытащила из гардеробной кого-то из семьи герцога теплый плащ, вдруг пригодиться, почему-то подумала, что с собой нужно взять все, что может вдруг понадобиться, если не заблужусь или не вернусь затемно.
Поднявшись наверх, я проверила свои растяжки, закрыла двери и благополучно легла пораньше, чтобы выспаться и заре отправиться в путь. Но планы мои потерпели крах.
Хотя сначала все шло, как задумано. Я поднялась с первыми лучами Санорина, осветившими верхушки деревьев, умылась, оделась в свою «земную» одежду, благоразумно решив, что в джинсах на коне скакать по лесу проще, чем юбке, хотя в плащ я завернула и легкое платье, так, на всякий случай, если наткнусь на местных, чтобы не шокировать внешним видом. Потом подумала и поменяла майку на блузу, а кроссовки на сапоги, к счастью, у кого-то из местных оказался мой размер.