Анна Мишина – Друг отца. Одержимая (страница 3)
Задолбал! Достал! Командир хренов!
К назначенному времени спускаюсь вниз. В столовой накрыт стол. Отец в своем кабинете с кем-то разговаривает по телефону. Его голос слышно даже тут.
– Его ждать? Ага, разбежалась.
Сажусь за стол и накладываю себе поесть. Оказывается, я жутко голодная. Да и домработница сегодня постаралась на славу. Сколько всего вкусного! Запеченные овощи, нежнейшее мясо, несколько видов салатов. И эти пирожные, от которых отказаться просто невозможно.
– Приятного аппетита, – появляется родитель.
– Извини, тебя не дождалась, – отвечаю с набитым ртом. Он такое не любит. В прошлый раз устроил скандал, когда я за столом в телефоне сидела. Этикет, аристократические замашки, хотя дед вообще в шахтерской семье вырос.
Отец морщится.
– Хотя нет, – тут же поправляюсь, – не извиняй. – Усмехаюсь и наливаю себе в бокал воды. Лимон тоненькой долькой плавает на поверхности.
– В кого ты такая заноза? – рычит он, но садится за стол. Разглядывает блюда.
– Надеюсь, это риторический вопрос, – отвечаю ему, – а то тебе ответ не понравится.
– Всё, хватит дерзить, – злится.
– Так по какому поводу ты хотел меня сегодня видеть? – кажется, я наелась. Отодвигаю тарелку с недоеденным мясом.
– У меня юбилей на днях.
– Угу, – беру кусочек пирога. Надкусываю. Крем тает во рту, пальцы испачкались в шоколаде, ищу взглядом влажные салфетки.
– Заказан ресторан. Будет много гостей. Много важных гостей, Агата, – давит интонацией, будто я не понимаю с первого раза. Он всегда так со мной разговаривает – как с умственно отсталой.
– И? – поднимаю на него взгляд. – Я-то тут при чем?
– Ты моя дочь, – будто напоминает. Кому? Мне?
Усмехаюсь.
– Ты обязана быть там. Дресс-код соответствующий. И никаких открытых пупков и разрезов до трусов!
Да, я могу. Могу надеть то красное платье, которое он ненавидит, могу выглядеть так, что все эти важные гости рты откроют.
– День, время?
– Пятница, семь вечера. Ресторан «Гранд».
Оу… Дорого-богато… Пафосно до тошноты.
– А если…
– Никаких если. Ты обязана там быть. Иначе лишу всего! – рычит и бьет кулаком по столу.
Классика жанра – сначала просьба, потом ультиматум.
– Хорошо, папочка! – растягиваю гласные, вкладывая в это слово максимум сарказма.
– Как учеба? – вдруг меняет тему.
– Что? – округляю глаза. – Мне послышалось?
– Хватит ерничать! Я серьезно спрашиваю.
– Ты серьезно? Зачем тебе эта информация? Ты лучше следи за своими заказами, поставщиками, тендерами, что там еще у тебя?! А не отвечай, мне плевать! – с грохотом отодвигаю тарелку и выхожу из-за стола. – Умеешь ты испортить аппетит.
Тороплюсь наверх, к себе в комнату. И от души хлопаю дверью.
Достал!
Падаю на кровать, смотрю в потолок. Бежевый. Мама когда-то выбирала этот цвет, говорила, что он успокаивает. Не успокаивает.
Пятница. Это буквально через два дня. Нужно подумать, что надеть, найти нормального мастера по маникюру в такую спешку, решить, как пережить вечер в компании отцовских друзей. И мне, по сути, плевать бы на этот чертов юбилей. Там будут его партнеры, важные для него гости. Что мне делать среди этих пузатых и лысых мужиков в возрасте, которые будут обсуждать курсы валют и новые яхты? По мне так завалиться в клуб с Никой, заказать пару коктейлей, танцевать до упаду – и то приятнее.
Беру телефон и падаю на кровать. Листаю ленту, просматриваю сообщения.
Ника: “Ты это видела?” – прилетает от подруги сообщение.
И фотка.
Листаю дальше, почти не глядя, но что-то заставляет вернуться. Палец замирает над экраном.
Зависаю.
Телефон снова пиликает.
Ника: “Это он, да?”
Похож. Очень похож. Хотя прошло три года, и я запрещала себе гуглить его, искать в соцсетях, спрашивать у общих знакомых.
Строчу ответ ей, а сама снова возвращаюсь к фото. Здесь плохо видно. Размыто, вечернее освещение, кто-то снял на телефон издалека. Но видно же…
Провожу пальцами по экрану телефона. Сердце лупит в груди, больно ударяясь о ребра. Глупое сердце, мы же договорились.
Дмитрий Фомин.
Ты вернулся, да? Наверное, к отцу на день рождения. Они же всегда были дружны, вместе начинали бизнес, пока он не решил отделиться и уехал.
Закусываю губу. До крови. Чувствую солоноватый привкус.
Сглатываю.
Черт! А мне казалось, я перегорела. Года три его не видела. Три года терапии, уговоров себя, убеждений, что так лучше. Что он слишком взрослый для меня, слишком серьезный, слишком занятой. Да и никогда он на меня не посмотрит по другому.
Переворачиваюсь и утыкаюсь в подушку:
– А-а-а-а-а! – кричу.
Черт! Черт! Черт!
Сажусь на кровати, смотрю на себя в зеркало напротив. Растрепанные волосы, красные пятна на щеках, глаза блестят.
Юбилей! Да я буду там самой запоминающейся! Главное, не перестараться.
Глава 2
Два дня в каком-то тумане. Все потому что я не могу больше ни о чем думать, как только о гребаной пятнице. Да, я не так раньше радовалась предстоящим выходным. А здесь даже руки в предвкушении немного подрагивают.
Ведь я увижу его.
Сижу в соцсетях, ищу хоть что-то о Фомине. Но ничего нет. Он давно не выкладывал ничего нового. А все что есть на его профиле я давно выучила. Никакой новой инфы. А мой мозг требует. Требует. Новых фото. Хотя бы. Но Дима нигде не светился. Никаких новостей.
В четверг после учебы я еду в модный бутик. Примеряю вечерние платья и ни одно мне не нравится.
Аж бесит.
– Вот это на вас очень хорошо смотрится, – что-то там блеет консультант.
– Тебя забыла спросить, – отвечаю, в очередной раз откидывая непонравившуюся тряпку.
Тьфу.