Анна Мишина – Друг отца. Одержимая (страница 1)
Анна Мишина
Друг отца. Одержимая
Глава 1
Сквозь вязкое марево сна пробивается стук. Настойчивый. Глухой.
Переворачиваюсь на другой бок, натягиваю одеяло до макушки.
Отстаньте. Все отстаньте.
Стук повторяется, а следом – рывок, и дверь с грохотом врезается в стену.
– Агата!
Голос отца режет тишину. Я даже сквозь одеяло чувствую, как он раздражен. Дерг – и меня лишают убежища, сдергивая край одеяла.
– Пап! – мой голос звучит хрипло и возмущенно. Какого черта?
– Ты снова прогуливаешь универ? – он стоит надо мной, огромный, как скала, и сжимает в кулаке несчастное одеяло.
– А ты снова врываешься ко мне в спальню? – огрызаюсь я, пытаясь выдернуть свою собственность обратно. Бесполезно. Приходится садиться, намотав оставшийся край на себя, как кокон. Щурюсь от яркого света – он еще и шторы раздвинул, гад.
– А если я не одна?! – бросаю последний аргумент, больше для проформы.
– Только не в моем доме! – рявкает отец так, что люстра, кажется, дрожит.
– Это и мой дом тоже! – во мне закипает такая же ярость. Мы одинаковые. Оба упертые бараны.
– Купишь. Построишь. Подарят, – чеканит он каждое слово, будто гвозди заколачивает. – Тогда и будет твой. А здесь ты живешь по моим правилам! – он тыкает пальцем в пол. – Живо собирайся. Чтобы через полчаса была в универе.
Разворачивается и выходит. Дверь, конечно, оставляет распахнутой.
– Гребаная учеба! – шиплю в пустоту.
Сползаю с кровати, на подгибающихся ногах плетусь к двери, закрываю ее наконец-то и замираю перед зеркалом.
Боже.
Из зеркала на меня смотрит панда. Нет, панда хотя бы милая. Я похожа на жертву химической атаки. Тушь потекла черными разводами под глазами, тени сбились в противные складки на веках, а волосы… Ладно, про волосы лучше промолчать.
Вчера после клуба я просто рухнула в кровать. Даже зубы не почистила.
Плевать. Учеба подождет еще пять минут. Сначала – умыться и сделать кофе. Желательно еще и проснуться, а то ведь только подняли. А потом я что-нибудь придумаю. Если получится.
В универ как всегда подвозит водитель. Мне мою машину трогать нельзя. Подарить подарил, и отобрал. Папа у меня гений воспитания. Только кажется уже поздно что-либо пытаться из меня слепить. Я меняться не собираюсь. На меня давят – я буду зубы показывать. Может, и не просто так от него мать сбежала? Я все чаще начинаю об этом задумываться.
– Будь рядом. Маякну, когда забрать, – говорю водиле и, взяв сумку, выхожу из машины.
Ненавижу универ. Ненавижу преподов. Я ненавижу экономику и бизнес. Но кому это интересно, да?
– Агата!
Даже оглядываться не хочу.
– Арская!
Ускоряю шаг. Но меня быстро нагоняют.
– Ты что-то не торопишься на пару, – цепляется Климов.
Одногруппник. Который решил, что ко мне можно клеиться. Новенький. Перевелся откуда-то… черт знает откуда. И полгода ходит по пятам. А меня это бесит. Мне не интересно!
– Слушай, – торможу резко, разворачиваясь. – Тебе что от меня надо? – задираю голову, чтобы посмотреть этому идиоту в глаза.
– Да я никогда и не скрывал своих намерений. Ты знаешь, – усмехается.
– Нет и еще раз нет. Не пойду с тобой ни в кафе, ни в кино. НИ-КУ-ДА! – рявкаю, и крутанувшись на пятках, тороплюсь к расписанию. Я не помню, что у нас сейчас.
– Сейчас в двести пятнадцатой идет лекция, – доносится до меня его голос, и я меняю на ходу направление, иду к лестнице.
– Но можно не торопиться уже, через пять минут закончится, а следующая в пятьсот седьмой, – снова этот назойливый идиот.
– Климов, – вздохнув, снова оборачиваюсь.
– М? – снова улыбается.
Убейте эту довольную скотину! Бесит он!
– Отвали. Слышишь?
– Сходи со мной в кафе – отвалю.
– Ты проспорил что ли кому-то? – не понимаю.
– Не занимаюсь подобной ерундой.
– Тогда может, проиграл желание? – пытаюсь понять его навязчивость.
– Ты просто мне нравишься.
– Я никому не нравлюсь. Я стерва. Я тварь. Понимаешь? – стреляю в него убийственным взглядом. – Меня не любят. Боятся. И только тебе жить надоело. Не понимаю почему.
– Может, потому что ты мне нравишься? – снова усмехается.
– Климов! – закипаю.
– Егор. Меня зовут Егор.
– Да мне все равно, хоть Федя. Не интересно, понимаешь? – смотрю ему в глаза.
Молчит, смотрит в ответ. Но спустя секунд тридцать отводит первым.
Вот так-то, мальчик!
И я продолжаю свой путь.
На лекцию не рвусь. Сколько там осталось? Минута, две? Подхожу к окну, сажусь на скамейку и, запустив пальцы в волосы, вздыхаю.
Голова гудит. Таблетка не помогает. Что-то вчера явно было лишним.
Двери аудитории открываются, и вываливается моя группа. Даже не поднимаю взгляд на народ.
– Я уж не думала тебя сегодня тут увидеть, – рядом приземляется Ника.
– Сама не ожидала, – морщусь от боли.
– Отец? – догадывается подруга.
– Он самый…
– Студентка Арская, – из аудитории выходит “профессор Плюшкин”. И смотрит на меня. – Подойдите, – машет мне рукой.
– Зараза, – ругаюсь я себе под нос и все же поднимаюсь и иду к преподу. – Здравствуйте, – натягивая улыбку.
– Вот, поведайте мне, дорогая, как вы сюда попали? – впивается в мое лицо своими маленькими глазками, спрятанными за толстыми стеклами очков.
– Вы забыли, где вход-выход?
– А вы не ерничайте, Агата. Еще немного – и я выставлю вам неуд. И у вас по многим такая оценка будет. Я не сомневаюсь. Вы хоть представляете, сколько за обучение здесь, в этом элитном заведении, платит ваш отец? – хочет пристыдить.