Анна Минаева – Седьмая ветвь (страница 47)

– Если ты думаешь, что наговор твоей бабки лучшее средство для крепкой семьи, то мне стоит тебя разочаровать, дорогая! Я устал слушать от тебя то, что я должен делать!

За мужчиной захлопнулась дверь, а женщина медленно сползла на пол, теряя сознание.

Именно этим событием была поставлена точка в существовании Главного Совета. Уже на следующее утро Косбан Йосфрин Рэвард подписал соответствующие бумаги.

Мир сделал свой первый шаг к переменам.

* * *

Холодный осенний ветер трепал листья, срывая самые слабые, играя с ними в догонялки. Бледное светило поднялось настолько высоко в небе, насколько это было только возможно.

Мужчина шёл по пожухлой траве, совершенно не обращая внимания на то, что тяжёлые ботинки давят последние выжившие цветы.

У башни его встретил стражник, склонив голову. Правитель довольно улыбнулся. Косбан даже не скрывал, что ему по вкусу то, как к нему относятся окружающие. Пользовался этим.

Дверь в темницу, которая в своей прошлой жизни была библиотекой, тихо открылась. Его вновь вели по длинным виляющим коридорам, освещая путь факелом. Мимо людей сновали крысы, из углов поглядывали пауки.

Король остановился у железной двери и взмахом руки приказал её открыть. Клацнул замок, скрипнули петли. Он вновь направился к опасному преступнику в одиночку. Но не потому что не боялся, у него была иная причина.

Илис поморщился от яркого света. Он всё так же висел на цепях, чувствуя холод камней голой спиной. При виде посетителя его передёрнуло от отвращения.

В углу помещения стояла пустая жестяная миска. Судя по её состоянию, пленника не кормили больше недели.

– Маршал, как самочувствие? – не сдержал смешка в голосе правитель.

– Да пошёл ты, – не так отчётливо, как в прошлый раз ответил ему Илис. Нескольких зубов недоставало.

– Разве так стоит говорить со своим королём и освободителем, шпион?

Не дождавшись ответа, Косбан продолжил:

– Дело твоё ныне закрыто. Сведения от тебя мне больше не нужны, а обвинения сняты. Да и за освобождение внесли необходимую сумму.

– Кто?

– Некая рыженькая маркиза, – с пренебрежением в голосе отозвался король. Он и представить не мог, что кто-то пронюхает о том, кого он держит в заточении. – Сегодня к вечеру ты будешь свободен. Но с одним условием: ты, шпион, больше никогда не возьмёшь в руки меч.

– Боишься за свою жизнь?

– Угроза? – нахмурился правитель. – За такое полагается пятьдесят ударов плетью и год работ на благо королевства.

– Вопрос, – звук «с» протянулся чуть дольше, чем это было необходимо.

– Новое правило. Указ для личного воина короля. К вечеру будешь свободен.

Илис не успел больше ничего сказать. Дверь за правителем захлопнулась.

«Лиола Садри, как же ты узнала, – подумал маршал, который больше не имел права браться за оружие.»

А одна из крыс с тихим шелестом покинула камеру через дыру в полу, проскользнула мимо стражников и выбежала на улицу. Вильнув хвостом, она сбежала из ужасного места, куда привела её сила Зверолова.

Спустя несколько часов после посещения заключённого, король Айвории сидел в своём кабинете у камина. На коленях мужчины лежали бумаги и документы, которые он время от времени подкидывал в пламя. Оно выпускало языки, облизывало подношение, которое медленно начинало обугливаться.

Дверь в кабинет распахнулась без стука. Послушался возмущённый голос стражника, затем звук удара и дверь захлопнулась.

Оставляя на ковре грязные следы, пред очи короля предстал Шагрод Алемин. Склонил голову, молча ждал.

– Сильно покалечил? – тихо спросил Косбан.

– Нос сломан. Не хотел меня пропускать.

– Честно выполнял свою миссию. Не так, как ты.

Вместо ответа взметнулось пламя в камине.

– И как оно теперь без бога?

Глава Ордена Теневых напрягся, пытаясь понять о чём толкует король.

– Присаживайся, – кивнул правитель на соседнее кресло, повёрнутое к камину спиной. – С чем пришёл?

– Некоторые лица из бывшего Совета выступают против вашей политики, государь. Требуют новых реформ по изменению порядков в королевстве. Их не устраивает поднятие темы работорговства и запрет на имение рабов.

– Достаточно, – взмахом руки перебил его Косбан. – Я спрашиваю зачем пришёл ко мне ты? Меня не интересуют мнение бывших правителей. Теперь всё королевство принадлежит мне и теперь только я буду писать законы для него. Так что привело тебя ко мне, барон Алемин?

– Сила, – тихо ответил Шагрод. – Её больше нет. Я не смог переубедить членов Совета на прошлой неделе. Она мне больше не подчиняется.

– Знаю. Бог, подаривший её тебе, мёртв.

Правитель задумался. Ему было интересно скольких богов поглотило яростное пламя, украло силу. Он решил, что немало. Иначе не стало бы высшее создание разбрасываться способностями, украденными и других существ. И пусть Оракул говорил, что покровитель бардов не был силён и сразу сдался, сила его очень пригодилась в мире людей. Но так и не помогла.

– Авандан? – в голосе барона послышался испуг. – Кто смог убить бога?

Король усмехнулся:

– Мне это не известно. Оракул, который был связан с ним тоже погиб. Потому никакой больше информации от него я не получу.

– А что теперь с охотниками? С Гилиамом?

– Ты так и не выполнил моё задание, – жёстко усмехнулся мужчина при упоминании имени брата.

– Я…

– Он до сих пор жив! Хотя, это уже не важно. Он не претендует на трон, не навещает своего родственника и не идёт мстить за отца. Временно о нём можно забыть. До тех пор, пока он не станет мне поперёк глотки со своими охотничьими штучками.

– Ты отменяешь свой приказ?

– Да. Больше тебе нет нужды убивать моего брата.

– Оплата?

Косбан рассмеялся:

– Денег захотел, крыса?

– Я несколько лет только и делал, что бегал за твоим братом, оставив все надежды на титулы Ордена, не совершенствовался!

– А потом стал наместником Ордена в Кэйморе, а после смерти этого ходячего скелета, харкающего кровью, и Главой. Какой платы ты ещё от меня хочешь? Ты стал бароном! Тебе этого мало?

Шагрод притих. Он впервые видел своего нанимателя в таком бешенстве. И пусть на лице короля застыла улыбка, мужчина знал, что она ненастоящая. Видел, как хищно блестят глаза, как подрагивает правая бровь.

– Отвечай!

– Я…

– Ты? – улыбка превратилась в оскал. – Стража!

Двери в покои распахнулись, впуская пятерых крепких мужчин в кожаных куртках с заклёпками и железными пластинами. На поясе у каждого висело по ножу, а в руках они держали пики.

– В темницу. В самую сырую камеру!

Шагрод вскочил, готовый обороняться и бежать, но получил по затылку глиняной бутылкой. Король держал в руках осколок горлышка, по руке стекало красное вино. Но Косбан был бы намного счастливее, если вместо алкогольного напитка по его рукам стекала кровь барона.

«Он не сможет выбраться, – удовлетворённо думал правитель, наблюдая за тем, как потерявшего сознание Шагрода волочат по коридору. – И все, кого он подчинил себе, будут свободны. Разве не этого добивается твой Орден, Глава, чтобы не было в мире тех, кто сильнее простого человека?»

Шагрод пришёл в себя, когда один из стражников хорошенько приложил его локтем в лицо. Барон Алемин не сразу узнал того мужика, которому сам совсем недавно сломал нос. Его тащили по узкому тёмному коридору, руки были связаны за спиной, под ногами сновали крысы.

Навстречу шло ещё три человека. Одного из них Глава Ордена Теневых узнал. Это был Илис Конберт, королевский шпион и воин, маршал и предводитель «Щитовых мечей». Но его в отличие от Шагрода вели к выходу.