Анна Мезенцева – Космоквест (страница 10)

Больше никакой связи с внешним миром не имелось. Иногда забегала Варвара, делилась новостями и обзывала ленивым идиотом. С момента взрыва прошло чуть больше четырех недель. А казалось, целая жизнь.

Вечером в день выписки, тридцать второй по счету, Варвара заехала за ним на какой-то страшной развалюхе, собранной из кусков других развалюх. Денис поджидал подругу на больничном крыльце, не решаясь сделать первый шаг. В руках болтался пакет с немногочисленными вещами, изъятыми у него при поступлении. Странно. Раскинувшийся перед ним город ничуть не переменился: всё тот же шум транспорта, угрюмые прохожие, выцветшие рекламные растяжки. А вот он стал другим…

Денис плюхнулся на переднее сиденье. В салоне воняло бензином, а дверцей пришлось хлопнуть несколько раз, прежде чем она встала в пазы. Варвара завела мотор и с душераздирающим скрежетом покинула территорию больницы.

– Слушай, такая тачка у автомеханика – это позор.

– Это не моя, не переживай, – бросила Варвара, не оборачиваясь. Она не сводила глаз с лобового стекла: вечерний Пасифик-Сити требовал от водителя безраздельного внимания. Мимо проносились знакомые места. Вот эта улица вела на рынок. А здесь продавались газеты. Кончиками живых пальцев Денис прикоснулся к стеклу. Хотелось что-то сказать, но подходящие слова никак не шли на ум.

На перекрестке машина проехала прямо, хотя должна была повернуть направо. Впрочем, транспортный поток в ту сторону еле тащился, с трудом обгоняя пешеходов. Варвара, не замечавшая душевных метаний соседа, рулила одной рукой, высунув локоть другой в открытое окно. На следующем светофоре она опять проехала вперед, как и несколько кварталов спустя.

Денис не выдержал:

– А мы разве не к тебе в мастерскую?

– Нет, ко мне домой.

– Ты же живешь в мастерской. Переехала?

Варвара негромко хмыкнула:

– Ага. Пришла пора сменить обстановку.

Центр города остался далеко позади. Поползли грязные и темные улицы без фонарей. Окна первых этажей обросли железными прутьями. Редкие ларьки с крошечными бойницами окошек походили на приграничные блокпосты, если бы не вывески «Продукты» и «Товары для хозяйства». Солнце только зашло, но решетки и рольставни были опущены и заперты на громоздкие навесные замки.

Закарова охватило нехорошее предчувствие. Конечно, в любом из миров Федерации центр Пасифик-Сити мог претендовать только на звание трущоб. Но это были какие-то трущобы даже по меркам трущоб, просто-таки трущобы в квадрате. За шесть лет, прожитых на промышленной планете, он ни разу не пересекал границу подобного района. Полиция сюда, похоже, тоже не совалась.

Когда тихая паника достигла апогея, Варвара притормозила у многоэтажного дома, сложенного из квадратных железобетонных панелей. Подруга наклонилась, достала из-под сиденья разводной ключ и вышла из машины, бросив «Приехали». Денис неловко выбрался следом. У подъезда, помигивая, горела одинокая лампочка в металлической оплетке. По обеим сторонам дверей маячили серые фигуры, слышался пьяный смех. В холодном воздухе плыл легко узнаваемый запах кейф-колы.

Девушка уверенно двинулась вперед, крепко сжимая ключ. Рукава ее куртки как обычно были оборваны под самый корень, обнажая рельефную мускулатуру с красочной татуировкой. Денис ковылял следом, стараясь не отставать и прижимая пакет к груди, словно тот обеспечивал хозяину какую-то защиту. Затихшие фигуры проводили новичков жадными взглядами, но приблизиться не рискнули.

Денис и Варвара скрылись в подъезде, миновали исписанный матами сломанный лифт и поднялись по загаженной лестнице на несколько этажей. Закаров по-прежнему цеплялся за пакет, как испуганный ребенок за плюшевого мишку. Под ногами хрустел мусор, воняло гнилыми водорослями и табаком. Поблескивали битое стекло и очень, очень подозрительные лужи.

Вдвоем они свернули в длинный кишкообразный коридор, куда выходило с десяток дверей. В первой была пробита дыра, через которую виднелась пустая халупа с брошенной на пол подстилкой. Изнутри несло запахом ацетона и немытых тел. Варвара дошла до последней, выкрашенной темно-зеленой краской. Над ручкой, судя по следам, недавно врезали новый замок. Подруга несколько раз провернула в нем ключ, распахнула дверь и пропустила Дениса вперед. Сразу за порогом начиналась жилая комната, похоже, единственная.

Спартанскую обстановку составляли: продавленный диван, заваленный вещами стол у зарешеченного окна и голая лампочка под потолком. Щелкнул выключатель. Стало еще неуютнее – теперь можно было разглядеть хлопья отвалившейся штукатурки и потеки сырости по углам.

Если по дороге сюда еще можно было предположить, что Варваре надоело жить в маленькой каморке над мастерской, где день и ночь паяли, пилили и колотили ее приятели, то теперь последние иллюзии растаяли без следа. В горле предательски запершило, а в голове промелькнул совершенно ненужный вопрос: могут ли течь слезы из искусственного глаза? Денис медленно повернулся к подруге. По его перекошенной физиономии та поняла, какая сцена сейчас последует, и сердито уперла руки в бока.

– Слушай меня внимательно. Я скажу один раз, и больше мы к этому разговору возвращаться не будем. Все, что я сделала, я сделала для себя, а не для тебя. Если бы я бросила искалеченного друга, прикрываясь тем, что это не мои проблемы, я бы никогда не смогла смотреть в зеркало и сладко спать по ночам. Мне двадцать пять, я здорова и у меня есть голова на плечах. Новая мастерская – вопрос времени. А вот утраченное самоуважение обратно не заработать.

Денис выслушал отповедь с ошеломленным видом. Никогда он не видел Варвару в подобном состоянии и даже не предполагал, что человек, выросший в мире, где надо успеть перегрызть чужую глотку прежде, чем перегрызут твою, способен на такие… он с трудом подобрал слова… на такие благородные рассуждения. Одна подлая слезинка воспользовалась моментом и скатилась по щеке. Он быстро вытер ее плечом, чтобы не выглядеть на фоне подруги совсем уж размазней. Варвара сделала вид, что ничего не заметила.

– Будь как дома. Душ и туалет общие, в середине коридора налево. Добрый совет – все вещи забирай с собой в кабинку. Тут такая публика, что и на дырявые носки позарится. Ты пока располагайся, а я схожу куплю чего-нибудь пожрать. Да, возле окна пара коробок стоит – там кое-что из твоего барахла осталось, можешь посмотреть.

Захлопнулась дверь. Денис еще немного постоял посреди комнаты, не представляя, где именно он должен располагаться. Все горизонтальные поверхности были завалены инструментом, коробками из-под еды, кусками брезента и какой-то аппаратурой неясного назначения. На столе у окна лежало ружье, стреляющее иглами с парализующим ядом. Оружие предназначалось для охоты на короедов: обычные пули тварям были нипочем. Поврежденную ногу они отбрасывали и убегали на девяти оставшихся, а остальное тело надежно скрывал толстый панцирь. Рядом лежал ребристый металлический шар – раскрывающаяся в броске ловчая сеть. Насколько помнил Денис, Варвара на короедов охотиться не любила…

Он вздохнул. Теперь это часть его новой жизни. Ему и самому не помешает приобрести что-нибудь из оружия, желательно посильнее перцового баллончика. Денис нерешительно опустился на край дивана и вытряхнул содержимое пакета. Первой вывалилась бутылка скотча. Золотистая жидкость плеснула от края до края и замерла. Он долго смотрел на этикетку. Это был дорогой напиток, настоящий, привезенный издалека… Так почему ему хотелось взять бутылку, ощутить в руках приятную тяжесть, размахнуться и со всей дури швырнуть ее в стену?

Отложив скотч в сторону, Денис продолжил разбирать пакет. Вот зажигалка, какую он таскал с собой по привычке, хотя давно бросил курить. Маленький, но мощный ноутбук с оплавленной крышкой. Рекламная брошюра имплантов, несколько смятых купюр Василия и зарплатная карта со счетом в межпланетном банке «Космокоммерц». Надо бы ее обналичить. Срок действия карты истекал через два месяца после увольнения, а электронные деньги на Пасифике были не в ходу.

Среди последнего имущества нашелся и брелок от Боргини. Под красиво стилизованной буквой «Б» было выгравировано: «Функциональная красота». По золотому завитку изящного шрифта скользнул блик от лампочки. Ключи пришлось отдать новому владельцу, но брелок Денис отвоевал, на память о прошлом. К тому же, в нем была спрятана флешка с коллекцией любимых игр.

И фото из шахт!

Воспоминания обрушились подобно лавине. Голова едва не взорвалась, переполненная событиями страшного дня. Ренессанс! «Феникс» убрал всех свидетелей, ему просто повезло! Повезло, что он бросился бежать обратно! И что во время допроса ничего не помнил, а потому смог пройти детектор лжи! Жеваный крот!

Денис вскочил на ноги и заметался по комнате из угла в угол. Уроды, угробили столько людей! Они заплатят за все! Надо срочно написать журналистам, в редакции, в полицию, раструбить по всем каналам! Да руководство «Феникса» дружно переселится с Лазурного Тао на урановые рудники!

Запнувшись о какой-то ящик, Закаров пришел в себя. А чем именно он собрался доказывать свою правоту? Фотографией закорючек на стене? Личными показаниями? «Феникс» не раз пытались прижать куда более мощными уликами. А показания… Молодой служащий пережил страшную аварию и тронулся умом, вот и весь разговор. Ему несказанно повезло, что служба безопасности оставила его в покое, сочтя безобидной сошкой.