Анна Маркова – Святитель Тихон Задонский (страница 34)

Человек состоит из двух частей: тела и души; потому и милость, ему оказываемая, двоякая: душевная и телесная.

Милость телесная, когда телу дается милость, например, алчущего напитать, жаждущего напоить и прочее. Милость душевная, когда душе делается милость, например, обратить грешника от греха и приводить к лучшему житию, скорбящего утешать и прочее. (1, Т. 1, с. 163)

Милость истинная — та, которая делается не с принуждением, но от любовного произволения, усердия и сердечного сожаления требующему милости. (1, Т. 2, с. 328)

Милость должно оказывать от своих трудов, а не от похищенного; иначе это не будет милостью, если не свое дается. (1, Т. 1, с. 163)

Милосерден Бог, — будем милосердны и мы и окажем милость бедствующей братии нашей. (1, Т. 5, с. 181)

Милостыня, как плод любви, не только в действительном подаянии состоит, но и в святом к подаянию желании, сердечном сожалении и сострадании бедному… и во всяком служении, как-то: во введении странника в дом, в посещении больного и в темнице сидящего и в служении им. (1, Т. 2, с. 327)

Милость бывает, когда делаем добро недостойным, то есть тем, которые ничем у нас того не заслужили, или даем выше заслуги награждение. (1, Т. 1, с. 163)

Милость должно оказывать не ради того, чтобы похвалу от людей иметь, но во имя Христово, во славу Божию и ради пользы ближнего, чтобы имя Божие, а не подающего славилось и ближний, требующий милости, созидался. (1, Т. 2, с. 329)

Милость сделанную, сколько можно, должно забывать, чтобы тщеславием не повредилась. (1, Т. 1, с. 163)

О примирении с ближними

От непримирения следует взаимная вражда, которая и Богу ненавистна, и обществу, и самим враждующим вредна. (1, Т. 1, с. 165)

Бог ни дара, ни молитвы нашей не приемлет, пока с ближним не примиримся: Пойди прежде примирись с братом твоим, и тогда приди и принеси дар твой, говорит Христос.

Не думай ни о чем, возлюбленный: иди, покорись, смирись пред ближним твоим. Не слушай того, что дух гордости в уши тебе шепчет, но внимай, что кроткий и смиренный Иисус, Спаситель твой, тебе говорит: Пойди прежде примирись с братом твоим. (1, Т. 1, с. 165)

Живущим в обществе трудно как-нибудь не оскорбить друг друга; для того и нужно примирение. (1, Т. 1, с. 164)

О клевете

Часто худой слух ложно проносится от злобных или завистливых и ненавистников, и так осуждаемый часто напрасно терпит. (1, Т. 1, с. 130)

Видишь, христианин, какое пагубное зло — клевета. Хотя нынешние христиане ничем так, как клеветой, не утешаются и не услаждаются. Что ныне на устах у людей, собравшихся вместе? То одного, то другого имя носится. О чем более разговоров у них? То об одном, то о другом бедном грешнике. Один скажет о том, другой о другом, третий о третьем, и так столько грехов и беззаконий бывает в собрании, сколько слов. Всему тому злу причиной бывает клеветник, от которого клевета началась. Клеветник вредит тому, на кого клевещет, ибо языком своим уязвляет его, как мечом, и славу его, как пес зубами одежду, терзает: он-де то и то делает. Вредит он и себе, ибо тяжко грешит. Вредит и тем, которые слушают клевету его, ибо подает им повод к клевете и осуждению и так их приводит к тому же беззаконному делу, в котором сам находится. (1, Т. 4, с. 147–148)

О прощении

Ни на кого не гневаться, не злиться, но всякую обиду оставить, чтобы и нам самим Бог оставил грехи. Остави нам долги наши, яко же и мы оставляем должником нашим. Если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших (Мф. 6, 12–15). (1, Т. 1, с. 183)

Бог повелевает прощать ближнему обиды, следовательно, мы обязаны делать это по повелению Божиему. Иначе грешим против повелевающего Бога, ибо не слушаем Его и противимся Ему, что тяжко и страшно. (1, Т. 2, с. 333)

Сын Божий за распинателей Своих молился: Отче, остави им! Тебе ли на оскорбивших тебя гневаться, злобиться, искать мщения? Но кто ты такой, что не терпят уши твои и малого оскорбления? Тварь убогая, немощная, нагая, страстная, заблудшая, всяким злополучиям подверженная, всякими бедами окруженная; трава, сено, пар, являющийся на малое время, а потом исчезающий (Иак. 4, 14). Но если ты принимаешь Сына Божия как Спасителя и Искупителя, Наставника и Учителя своего, то прими и учение Его; если же принимаешь учение Его, то последуй учению Его; если последуешь учению Его, последуй смирению Его, которому Он тебя и словом и делом прежде всего учил. Вот Его сладкий глас к нам: Научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем (Мф. 11, 29). (1, Т. 1, с. 142)

Истинные христиане, когда исповедуют грехи свои перед Богом и отпущения их у Него просят, то и сами человекам согрешения их оставляют, как научил их Христос молиться: Отче! Остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим (Мф. 6, 12). Потому, христианин, нам должно рассуждать о том, что добавляет Господь по молитве той: Если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный, а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших (Мф. 6, 14–15), то есть должны и мы оставлять ближним нашим согрешения их. (1, Т. 3, с. 204)

Тот, кто любит ближнего, тот не мстит за нанесенную обиду, но с кротостью и незлобием все претерпевает и даже молится за творящих напасти. Итак, отмщение и воздаяние злом за зло есть плод не любви, но ненависти. (1, Т. 1, с. 86)

Об осуждении

Многие привыкли ближнего осуждать, злословить и в том своего порока не видят. (1, Т. 1, с. 50)

Осуждение, оклеветание, злословие суть сродные пороки и суть плоды необузданного языка и сердца, страхом Божиим не огражденного. Осуждение же не только языком, но и мыслью, жестом, киванием головой, вздохом, смехом и прочим образом бывает. (1, Т. 2, с. 166)

Если христианин, по правилу евангельскому, обидящему не мстит, тут они на падают на него, дураком называют, не умеет, мол, за себя постоять. (1, Т. 4, с. 235–236)

Многие люди, мира сего честь и славу за ничто считающие и ищущие от единого Бога славы, пред нами являются грешными, но их недостоин весь мир. И потому часто бывает, что кого мы осуждаем, того Бог оправдает. Кого мы за грешника вменяем, тот пред Богом праведен. Кого мы за врага Божия считаем, тот любимый друг Божий. Кого мы бесчестим, поносим злословием своим, того Бог Сам почитает. Кого мы проклинаем, того Бог благословляет. (1, Т. 1, с. 50)

Кто безумно судит ближнего, тот сан Христов похищает, — что также тяжко и страшно. (1, Т. 2, с. 167)

Судится Божий раб пред Богом, вездесущим и все назирающим. Несносно господину, когда при нем мы его раба судим и браним; тем более Богу досадно, когда Его раба пред Ним судим, сами будучи злыми. (1, Т. 1, с. 130)

Осуждающий в больших и многих грехах повинен, нежели им осуждаемый. Это и Христос обличает, говоря о нем так: И что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь? Лицемер! Вынь прежде бревно из твоего глаза и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего (Мф. 7, 3, 5). Сучком меньший грех, бревном больший грех называет Христос. Да и подлинно, праведный человек от этого греха крайне бережется. Ибо, видя брата согрешающего, он не только не осуждает, но и сожалеет о душевном его несчастии. И при этом молится Человеколюбцу Богу, чтобы избавил его из этой дьявольской сети, ведая, что все одинаково подвержены падению. (1, Т. 1, с. 50)

Часто согрешение ближнего нашего мы видим, а покаяния не видим. Пред нами согрешил, а от нас отойдя, или, может быть, в тот самый час и покаялся. (1, Т. 1, с. 50)

Кто ближнего судит, себя осуждает, ибо, осуждая, сам то же творит. (1, Т. 1, с. 130)

О гневе

Гнев обращается в злобу и злопамятность, если долго удерживается и питается в сердце. Поэтому повелено нам скоро его пресекать, чтобы в ненависть и в злобу не возрос и так ко злу большее зло не приложилось. (1, Т. 2, с. 163)

Злоба есть закоснелый и застарелый гнев. Гнев, если вскоре не укротится, обращается в злобу. Поэтому апостол нас увещевает и научает в самом начале и сразу отлагать гнев: солнце да не зайдет во гневе вашем; и не давайте места диаволу (Еф. 4, 26–27). А отсюда видим, что тот дает место дьяволу, кто гнев и злобу на ближнего своего держит. Над таковым дьявол, как дух злобы, уже возобладал и водит его как своего пленника. (1, Т. 5, с. 210)

Гнев есть мучительная и лютая страсть и скрыта быть не может. Прочие страсти скрываются удобно, а гнев утаиться не может. (1, Т. 2, с. 163)

О зависти

Печаль о благополучии ближнего и радость о злополучии есть плод не любящего, а завистливого и злобного сердца. Ибо зависть — это печаль о добре ближнего. Радость же о зле есть самое дьявольское дело, так как дьявол о спасении человеческом печалится, а о погибели радуется. (1, Т. 1, с. 87)

Цель зависти — чтобы того, кому завидует, видеть в неблагополучии. Она тогда рождается, когда другого начинается благополучие; тогда перестает, когда перестает его благополучие и начинается злополучие. (1, Т. 2, с. 161)

Зависть — это печаль о добре и благополучии ближнего. Мучительная страсть!

В прочих грехах какая-нибудь, хотя бы мнимая, сласть есть, а завистливый грешит и вместе с тем мучается. Завистливый делает то, чего и демон не делает: демон завидует только человеку, а не демону, а человек человеку завидует. Кто мир сей презирает и ищет небесных благ, в том язва эта не имеет места. Для чего завидовать тому в земном и тленном, кто, их презирая, ищет небесного?.. Кто к вечному стремится, временному не завидует. (1, Т. 1, с. 127–128)