Анна Максименко – Без надрыва. Стратегии лидеров по созданию бизнеса и сохранению себя (страница 39)
Но соцсети — это быстроменяющиеся алгоритмы. Добавьте к ним нестабильность нашей жизни: все меняется, и многие, с кем одновременно я начинала, забрасывали свои страницы и блоги, потому что это сложно, нужны системность, дисциплина и время, в конце концов.
И здесь проявился мой третий принцип — идти вперед несмотря ни на что.
Не менее 90% ваших текущих конкурентов просто отвалится, так как у них не будет такой выдержки, как у вас.
Я ни разу не пропадала из соцсетей больше чем на неделю. Пропустил месяц — начинай сначала. Конечно, есть разные методики перезапуска блога, но куда проще поддерживать, чем пускать на самотек и выстраивать заново. Понимая, что рост и масштаб возможны только при условии делегирования, я нашла замечательного специалиста по контенту, а далее уже и SMМ-специалиста.
В первую очередь я применила технику организации пространства на себе. Привело ли это к результату? Конечно.
Начало моего рассказа было о тщетных попытках подняться по карьерной лестнице. Но благодаря изменениям в старой квартире я в конце концов переехала в новую — с восточными окнами, которые служат мне настоящей батарейкой. Я получила предложение внутри компании о повышении до руководителя именно того отдела, которого хотела. Я стала работать над своей неуверенностью, а в этом тоже помогает солнце. В прошлом году я дважды выступала на крупных конференциях: на основной работе и на конференции для Васту-специалистов, в зале на 100 и 450 человек. Еще лет пять назад мне такое и представить-то было сложно. Но если не только опираться на свои силы, но и жить в унисон с природными циклами и энергиями, ты будешь плыть будто по волнам с попутным ветром.
Как и любое дело, пространство тоже требует внимания. Стоит единожды его настроить, и оно будет помогать, поддерживать вас в непростые времена и усиливать ваши возможности в те моменты, когда у вас все хорошо.
Всем благополучия и счастья!
Сатаней Алока
Пять шагов к вершинам медицинского права, или Как стать первой
В детстве мы часто не можем определиться, кем стать. Но меня интересовал другой вопрос: как одновременно развиваться в двух направлениях, особенно если дело, которым больше всего нравится заниматься, как профессия пока не существует?
Мой поиск не просто дела жизни, но миссии начался с детского сада. Формируя себя, развивая свою личность и присваивая общечеловеческие ценности, я нашла оптимальное решение — стать № 1 в медицинском праве, выбрав это направление при объединении двух своих больших мечт: лечить и защищать.
С малых лет я знала: если делать — то на совесть. Не из страха осуждения. Не потому, что так велели. А потому, что иначе просто не могла.
Я была той, кого с детского сада ставили в пример: за порядок, за стремление. Мой стульчик в группе всегда стоял отдельно. Под ним аккуратно располагались ботинки, на спинке лежали идеально сложенные вещи. Воспитатели, вызывая маму, говорили: «Посмотрите, какой порядок!» А мама лишь улыбалась: «Дома она такая же. Просто у нее все внутри вот так устроено». Для меня это был не просто порядок, а способ жить: когда все на своих местах, внутри спокойно.
Родители были строги и сдержанны: воспитание, уважение, дисциплина, честь. Никакой лени, четкие правила. При этом я была их «маленькой принцессой»: меня берегли, поддерживали и в меня верили. Благодаря родителям мои крылья росли крепкими, а характер закалялся с детства.
Во мне всегда кипела энергия. Рисование, оригами, танцы — все шло параллельно. В детском саду предлагали еще гимнастику и балет. Отец был категоричен в выборе занятий: гимнастику и балет отверг, сказав: «Это не твой путь». Но там, где я сама горела желанием, меня поддерживали.
В 16 лет экстерном окончила колледж дизайна и шитья с отличием, в 11-м классе параллельно со школой я училась в лицее для одаренных детей. В 17 лет пошла в автошколу, а на 18-летие получила права. Школу окончила с отличием. Все это не по принуждению, а по зову сердца. Мне часто говорили: «Ты не такая, как все». Дело было не в превосходстве, а в ритме — во внутреннем двигателе, который не зависел от чужих мнений и внешних условий.
Если в детстве шептала маме: «Хочу быть врачом», — то к старшим классам уже четко осознавала: «Человек должен знать свои права». Меня не отпускала мысль: «А как человек может понять, что его права нарушены, если он не знает, что у него есть эти права?» Осознавала: без знания законов невозможно ни защитить себя, ни остаться справедливым к другим. Справедливость стала моим внутренним компасом. Несправедливость вызывала жгучее желание действовать. Одна большая мечта шла сквозной линией через детство и юность: сначала лечить, потом — защищать.
В 2000-е годы в России не слышали о таком понятии, как медицинское право. А в 2011 году приняли закон «Об основах охраны здоровья», который создал правовой фундамент, но практика его применения только зарождалась. Он стал ядром, вокруг которого со временем начала кристаллизоваться целая отрасль — медицинское право, которое должно объединять множество специализированных законов.
Стать первопроходцем? Это я могу. Поступила на медицинский факультет в КБГУ. Учеба была сложная, стала настоящим испытанием на прочность. Это был путь выносливости, системности, самодисциплины. После третьего курса захотела параллельно учиться на юриста. «Поздно. Не потянешь такой объем», — сказали родители. Их аргументы были справедливы. Один медицинский факультет по нагрузке равнялся трем обычным. Пришлось смириться. Временно.
После окончания медицинского факультета по специальности «лечебное дело» по программе целевого направления Минздрава меня направили в Москву, в ординатуру, пройти дополнительное, углубленное двухгодичное обучение по педиатрии. На прощание отец сказал: «Твой путь в большой город. Ты будешь там одна, и за тобой будет следить только твоя совесть». Отцовские слова я запомнила навсегда.
Новый этап — большой город, большая ответственность. Ординатуру окончила с отличием. Затем — приглашение в Московский кадетский корпус «Пансион воспитанниц Министерства обороны Российской Федерации». Центр Москвы. Девочки. Медицина. Армейская дисциплина. Три года работы ведущим врачом, командировки по стране, членство в комиссии по отбору абитуриентов для поступления в Кадетский корпус.
Моя подпись в медицинском заключении была не просто допуском к экзаменам, а своего рода пропуском в новую жизнь. Я понимала, что от моего решения зависели судьбы, и это оттачивало мою профессиональную чуткость.
Можно ли было строить карьеру в этих условиях? Безусловно. Но я чувствовала: мое место не здесь. Я приняла решение уволиться, чтобы найти такую работу — тоже врачом, — но с гибким графиком, который позволил бы мне параллельно учиться. Так я начала первичную переподготовку по УЗИ-диагностике. Шесть месяцев совмещения врачебной практики с учебой дали мне ясное понимание, что и это направление не конечная точка, но я продолжала работать и учиться, принимая новый опыт как ценный вклад в свой профессиональный багаж.
У врача всегда своя правда, у пациента — своя. Я была с обеих сторон. Двенадцать лет я лечила детей. Работала в медицинских учреждениях, в педиатрии, в системе. Слушала, ставила диагнозы, выписывала назначения. Видела усталость в глазах родителей. Видела страх в глазах врачей.
А потом все перевернулось. Я сама стала пациентом и столкнулась с тем, чего не должна была увидеть изнутри. Недобросовестные врачи. Ошибки. Беспечность. И главное — отношение к людям.
Это произошло в тот период, когда появились уколы красоты и активно начали применяться на практике. Мне, как и многим девушкам нашей столицы, настойчиво звонили из клиник эстетической медицины и предлагали диагностику кожи лица и ознакомительную процедуру. В один момент после десятка звонков я согласилась. Решила зайти и все-таки посмотреть. Тем более клиника находилась в центре Москвы, мне было по пути.
На диагностике мне сказали: «Кожа лица хорошая, видимо, это генетика». А дальше все по шаблону: «Желательно поддержать эту красоту. Самое безобидное — это мезотерапия кожи лица, витамины». Я согласилась. Заключили договор. Предложила сделать фотографии для сравнения до и после. После двух процедур еще сохранились папулы, появилась отечность век, затем и птоз века. После неоднократных обращений к специалисту-врачу, заведующей, обещаний «Все пройдет через 3–5 дней, 2–3–4 недели» и без желания что-либо предпринять я записалась на консультацию к директору клиники в надежде разрешения данного вопроса. Спросила сотрудниц на ресепшене, как выглядит директор, так как они обычно всячески избегают встреч с недовольными клиентами. Мне сказали, что это высокая блондинка.
Пришла в клинику через месяц по записи. Сижу, жду в зале ожидания. Время записи пришло и даже прошло, а директор не выходит. После нескольких обращений к регистраторам с задержкой больше часа выходит девушка — невысокая, смуглокожая. Я говорю: «По-моему, вы совсем не директор». Она отвечает: «Да. У нее нет времени. Я вместо нее». Она завела меня в кабинет для беседы. Показала ей фотографию до и результат после. Сказала, что не хочу никакого скандала и никаких разбирательств — только найдите альтернативное решение для исправления последствий или верните деньги, чтобы я самостоятельно занялась восстановлением.