Анна Лунёва – Черная изба (страница 27)

– А Леночка-то проснулась? – Надя зевала в кулак. На ней последствия вчерашнего праздника были еще заметнее, но и управилась она с ними профессиональнее. Синяки под глазами замазала тональным кремом, запах изо рта приглушила жевательной резинкой.

– Проснулась, – ответила Катя. – Уже выходит, наверное.

На пары Леночка не опоздала. «Интересно, почему она не моется и не переодевается…» – подумала Катя, заметив, что Надя немного отодвинулась, когда Леночка села на свое обычное место рядом с ней. Надо ли сообщить об этом Елене Алексеевне? Или та рассердится? Назовет их плохими подругами? А вдруг это какое-то проявление ее болезни?

Дойдя по списку до Хорошиловой, Светлана Геннадьевна отложила в сторону ручку. Катя знала, что это плохой знак.

– Хорошилова, – ласково сказала она, – вы готовы сдать зачет?

– Я? – Леночка подняла всклокоченную голову и растерянно посмотрела на Крысу.

– Ну не я же. – Крыса скривила губы. – Выходите-ка сюда, ко мне. Ну!

Леночка встала, уронив с парты тетрадь и учебник. Кто-то засмеялся, кто-то дернулся поднять упавшее, но Крыса рявкнула:

– Сидеть! Хорошилова, вы долго будете копаться? Чем вы там опять заболели, параличом?

Леночка боком выбралась из-за парты и вышла к доске. Светлана Геннадьевна брезгливо оглядела ее.

– Замеча-а-ательно, – протянула она. – Хорошилова, вы когда в последний раз расческу видели?

Леночка молчала, чуть более бледная, чем обычно.

– Сразу снижаю вам балл за внешний вид, – бесцветным голосом сообщила Светлана Геннадьевна. – Я предупреждала, что на моих занятиях нужно выглядеть опрятно. И это не только к халату относится. А теперь для начала расскажите, какие инструменты выложены у меня здесь на столе. Слева направо.

Леночка повернулась к столу. Ее тонкие обветренные губы еле заметно шевелились.

– Хорошилова, вы там что, молитву читаете? – резко окликнула ее Крыса. – Громче!

Леночка молчала.

– Не знаете, – резюмировала Светлана Геннадьевна спустя полминуты. – Как же замечательно. А виды швов вы мне перечислите? Какой самый простой? Как он выглядит?

«Она даже не дала Леночке подушку со швами, – подумала Катя. – Она знает, что Леночка ничего не сдаст, а этот „зачет“ – только повод поглумиться. За что она ее так ненавидит?»

Молчание Леночки затягивалось. Никто из группы не шевелился – кажется, все боялись даже дышать.

– Ясно. – Голос Крысы был все таким же бесцветным. – Вы надеялись, что Елена Алексеевна потихоньку подпишет вам зачетку, и вы будете продолжать попусту занимать место за партой. Зря. Собирайте вещи, и вон из кабинета. Я вас на своих занятиях больше не жду.

Леночка стояла у доски, все еще разглядывая инструменты, будто пыталась вспомнить хотя бы одно название.

– Вы меня слышали? – повысила голос Крыса. – Выйдите из кабинета.

Леночка не отреагировала. Губы у нее совсем побледнели, и Катя даже хотела крикнуть: «Прекратите, зачем вы ее мучаете?» – но промолчала. Трусливо промолчала.

– Вы срываете урок! – Крыса сверлила Леночку взглядом. – Сию же минуту…

Леночка неуклюже сорвалась с места и выбежала за дверь, ударившись бедром об угол первой парты.

– Кто-нибудь, сложите ее вещи в сумку и выставите в коридор. – Светлана Геннадьевна ни на кого не смотрела, но Надя поняла намек и аккуратно сложила тетрадки и учебник. Поднялась, вынесла сумку за дверь – наверное, оставила на скамейке возле кабинета.

– Продолжаем занятие. – Крыса что-то почиркала в своей тетрадке, а затем подняла глаза и обвела взглядом студентов. – Раны и их виды. Лечение ран. Записывайте.

Весь оставшийся день Катя не могла перестать думать о Леночке. Как она там? Собирает чемодан, чтобы ехать домой? Пошла все-таки к Елене Алексеевне?

– Вот ведь Крыса, – ругалась она по дороге в общагу. – За что она так с Леночкой?

– Ну а что? – Вика пожала плечами. – Она, в сущности, права.

– Как права? – Катя даже остановилась и выпучила на Вику глаза. – В смысле – права?

– Ну, – Вика смутилась, но выдержала Катин взгляд, – Леночка же не хочет учиться! Сама не видишь?

– Не может! – разозлилась Катя. – «Не хочет» и «не может» – это две большие разницы!

– Да нет никакой разницы. – Вика повернулась к ней и уперла руки в бока. – Вот ты мне скажи, как она будет сдавать экзамены, если она даже зимнюю сессию не сдала? Она на парах только сидит зевает, а в общаге все время спит или лежит носом к стенке. Если она такая больная, может, нужно все-таки взять академ? Его как раз для таких случаев придумали!

– Елена Алексеевна сказала, что она и так слишком долго сидела дома, – напомнила Катя. Она еще никогда не видела Вику такой рассерженной.

– Мало ли что Елена Алексеевна сказала! – Вика не сдавалась. – Не сидеть дома можно по-разному. Можно пойти в кружок вышивания крестиком, можно с подружками по улице гулять. Но если приехала учиться – надо учиться. Я ей свои конспекты дала, ты тоже вон пыталась, а она их даже не открывала! Так, пролистает пару страниц и отложит. Я ее вообще не видела с учебником! По-твоему, если она заболела, так знания ей должны сами в голову влететь? Мы здесь на ветеринаров учимся, а не в хосписе работаем!

– По-моему, это жестоко – так говорить про Леночку, – тихо сказала Катя.

– А по-моему, жестоко – это тащить больную девчонку в общагу и выставлять ее на посмешище на зачетах и экзаменах. Если у нее с мозгами не в порядке, ей место в больнице, а не в колледже. Хотя бы пока они там ремиссии не добьются.

Вика отвернулась и быстро пошла вперед, давая понять, что разговор окончен. Катя нагнала ее у самого входа в общежитие.

– И все-таки, – сказала она, открывая дверь, – ты хоть при Леночке не болтай такого.

– Не буду, – буркнула Вика. – Но она сама должна понимать, тебе не кажется?

– Ты же только что говорила, что она больна, – рассудила Катя. – Понимать должны те, кто за нее отвечает.

Когда они зашли в комнату, Надя как раз выходила.

– Я домой, к детям, – помахала она им. – Думаю, успею на электричку в шесть.

– Пока! – попрощались девочки.

Катя посмотрела на Леночкину кровать. Леночка лежала, отвернувшись к стене, по самую макушку укрытая одеялом.

Вика пожала плечами и полезла в холодильник. Достала два куска вчерашнего торта, щелкнула кнопочкой чайника.

– Кать, я вот что подумала, – начала она, выуживая с верхней полки шкафчика чайные пакетики. – Может, нам с тобой поехать в город, прогуляться? Ну, завтра. Погоду обещают солнечную…

– А давай! – радостно откликнулась Катя. По правде говоря, ей уже надоело торчать в четырех стенах с молчаливой и замкнутой Леночкой. На попытки ее растормошить она почти не реагировала, и к концу второй недели Кате уже стало казаться, что скоро она и сама ляжет носом к стенке.

– Отлично! – Вика так энергично мешала сахар в стакане, что брызги летели на и без того пятнистую скатерть. – А то твой день рождения мы неплохо отметили, но как-то размаху не хватило. Посидим в кафе, может, в киношку сходим. Там какая-то новая комедия – наверняка дурацкая, но тем веселее!

– Точно, – хихикнула Катя, прихлебывая горячий чай. – Возьмем попкорна, как раз стипендия пришла. Чипсов там… Лен, – позвала она, избегая осуждающего взгляда Вики, – поедешь с нами?

Ответа не последовало.

– Спит, наверное. – Вика положила в рот кусочек торта и принялась старательно жевать. – Фатем ты фаще ее аз-вала?

– Ну как не позвать? – шепотом возразила Катя. – Мы же обещали…

Вика в очередной раз закатила глаза, но ничего больше не сказала.

Утром Катя проснулась в приятном предвкушении. Сходила в душ, тщательно расчесалась и накрасилась, надела самые обтягивающие джинсы и футболку с самым глубоким вырезом. Она спросила Вику, все еще возившуюся с маникюром:

– Ну как тебе?

– Красота! – одобрила Вика. – Но ты в курсе, конечно, что на улице зима и под пуховиком все это будет не очень заметно?

– Ну, технически на улице уже весна, – заметила Катя, – март на дворе. К тому же в кафе и в кино мы будем без курток.

– Если тебя по дороге украдет какой-нибудь принц на белом коне, мне что, одной в кино идти? – Вика изобразила озадаченность.

– Может, их будет сразу два! – беспечно откликнулась Катя, повязывая новый шарф.

– Ага, принц и конь! – Вика гоготнула. – Ну вот, шарфом всю красоту закрыла! Зачем только наряжалась?

Уже выходя из комнаты, Катя мельком посмотрела на Леночкину кровать.

– Лежит, – проследила за ее взглядом Вика. – Интересно, она вообще поняла, что ее выгнали из колледжа?

– Может, еще и не выгнали. – Катя обеспокоенно уставилась на холмик под одеялом. – Елена Алексеевна…