Анна Литвинова – Солнце против правил (страница 13)
— Когда-то я был добрым, — жестко ответил он. — До того, как этот самый человек меня в тюрьму не отправил. В четырнадцать лет. — И приказал: — Все, хватит. Пошли отсюда.
Она могла бы настоять. Или сама остаться при пострадавшем. Но взглянула еще раз в застывшее, страшное лицо отца — и позволила Борею себя увести.
Всю дорогу домой брат убеждал: они поступили правильно.
— Я не хотел его убивать. Но, похоже, есть в мире высшая справедливость. Не заслужил батя коптить до старости.
Лия молчала. Думала. Отец никогда не был им близок. Но такой ли он злодей? Не могла она поверить, что папа
Пробормотала:
— Борька, а как зовут этого одноклассника — у кого мама денег якобы пыталась занять?
— Понятия не имею. Может, отец вообще его придумал.
— А если нет? И если мама действительно была на мосту с мужчиной… вдруг то не отец был, а одноклассник? Я помню: она в тот день нарядилась. Накрасилась. Для папы никогда не старалась.
— И что?
— Ну… допустим, они поссорились, и он ее в воду столкнул.
Щеки раскраснелись, голос дрогнул:
— Тогда мы обязательно должны этого человека найти. И выяснить правду.
Борей слегка смутился:
— Я не могу утверждать, что ее вообще кто-то толкал.
— Но ты ведь отцу другое говорил!
— Слегка сгустил краски. Официальная версия — действительно несчастный случай. А мой свидетель — человек пьющий, ненадежный. Да и видно из окон его квартиры, прямо скажем, не в деталях.
— Зачем же ты отца обманул?!
— А как его еще было прижать? Как заставить раскаиваться?! Ты считаешь, он нормально себя вел в той ситуации? Я маме неродной, однако она с ума сходит, рыщет по всему городу, пытается деньги найти, чтобы вытащить меня. А батя, скот, от всего устранился, ее одну бросил и в деревне сидит, медитирует. Может, он и не сталкивал маму — физически. Но морально, по совести — только он в ее смерти виноват.
— Ох, Борька… Зря ты это затеял. Я всегда считала, что с ней несчастный случай произошел. И мне так было гораздо легче.
Взглянул презрительно:
— В сложной ситуации засунуть голову в песок. Очень по-женски.
— Зато убить пожилого, беззащитного человека — очень по-мужски.
— Ой, Лия. Не надо громких слов. Какое убийство? С ним — как и с мамой — произошел несчастный случай. Темно, тропинка узкая, скользкая. Сам упал и ударился. Главное, чтобы нас с тобой с ним никак не связали. Здесь кто-то знает, что у тебя есть отец?
— Я всем говорю, что в интернате выросла.
— А фамилия у тебя какая?
— Мамина. Поменяла, когда получала паспорт.
— Ну и все тогда. Нет у тебя никого — ни отца, ни брата. Но если вдруг менты докопаются — что крайне маловероятно, — даже не волнуйся. Я тебя пальцем не позволю тронуть.
Ангел (или дьявол) охранил их на скользкой ночной дороге, и уже в начале третьего въехали в Целебноводск. Лия, как обычно, попросила остановить машину в паре кварталов от дома и категорически не позволила Борису ее провожать.
Но когда торопилась по сонным улочкам, заметила: у Левушки окно светится. И штора вроде бы шевельнулась. Неужели дожидается ее, следит? Только этого не хватало.
Сунула руку в карман пальто — ключей нет. Может быть, в джинсах? Тоже пусто. Борьке звонить, чтобы в машине посмотрел? Пока размышляла, во двор вышла хозяйка. Поверх ночнушки жилетка из овчины, в волосах топорщатся бигуди. Отворила калитку, налетела:
— Где гуляла?
— В Кисловодск с девчонками ездили.
— Развлекаешься, значит. А псина твоя скулит и всю квартиру небось зассала. Берешь животную — так следи за ней.
— Тетечка Джалиля, — виновато улыбнулась Лия, — дайте, пожалуйста, ключики запасные. Я свои внутри захлопнула…
— Пьяная, что ли? — еще больше набычилась хозяйка.
— Нет. Могу дыхнуть.
— Ох, одни хлопоты с тобой.
Принесла запасной комплект, наказала:
— Завтра верни.
Хорошо хоть, вместе с Лией не потащилась в ее комнату.
Спасенный щен только на видео выглядел мягкой игрушкой. А в жизни оказался реальным маленьким монстром. Комнату ее разгромил конкретно — всего-то за несколько часов. Непонятно, как от хозяйки скрывать прогрызенный ковер, ободранную дверь, разбитую на мелкие осколки вазу.
— Ты что натворил? — ахнула Лия.
Порш прыгал вокруг нее, бешено вертел хвостом-бубликом, умильно заглядывал в лицо. А еще мотал башкой в сторону двери и скулил. Пусть маленький, но уже гордый. Дом порушил, но делишки свои не сделал, терпел.
Пришлось идти на прогулку. Ноги подкашивались, в голове шумело. Шла и страдала: что ж она за бесхребетное создание? Зачем у брата пошла на поводу? Пусть бы сам ехал и восстанавливал справедливость. Нет, потащилась с ним. И что теперь с ней самой будет? Вон, Борька денег тоже не крал — однако получил, как соучастник, целых три года. А здесь убийство!
Спать оставалось четыре часа — к восьми на работу.
Но только легла в постель — явилось сообщение от Юры:
— Гляжу, ты в Сети. Позвоню?
И немедленно телефон завибрировал. Конечно, не удержалась. Ответила.
— Есть крутая идея… — С места в карьер начал сообщник. — Животных на фиг. Едем в Кисловодск, в детский сад.
— Зачем? — опешила Лия.
— Там воспитатель неадекватная. На детей орет, мочит их. На родительских форумах жесть что пишут! Будем малышню спасать.
Лия представила, как в ее съемную квартиру, в компанию к буйному щенку, селятся человек сто сбежавших из садика малолетних детей, и нервно хихикнула.
Но когда подписчики ждут, автор постоянно обязан новинками радовать. Иначе слетишь в безвестность еще быстрее, чем на вершине оказался.
Тема, правду сказать, не очень. Но Юрик заверил: злые воспиталки или училки «заходят» народу покруче котят. И она, конечно, согласилась. Договорились встретиться с Юрой в ее единственный выходной, понедельник.
Уже когда засыпала, вспомнила, что по утрам у нее теперь новая обязанность — гулять с собакой.
Хотя, может, уже на заре придут за ней? Арестуют за убийство отца?
Сна сразу ни в одном глазу. Рука сама потянулась к телефону. Сначала хотела Борькин номер набрать. Но рука упала. Это
А больше звонить и некому. Решила, по давней привычке, на маркетплейсе забыться. Но сайт открыть не успела. В постель неуклюже запрыгнул щенок. Чуть не свалился, вцепился когтями в простынь, удержался. Лизнул в нос. Она малыша обняла, горько заплакала и рыдала долго. Себя оплакивала, отца, маму, Борьку — не нынешнего, а несчастного, четырнадцатилетнего. Так и уснула.
Воскресное утро выдалось ветреным, колким, морозным. Лия ждала, что проснется разбитой, но, видно, внутренние резервы включились. Голова не болела, и вчерашний поступок в свете дня не представлялся таким уж кошмарным.
Борька, наверно, прав. Не заслужил батя счастливой старости. И если маму физически не убивал, в могилу именно он ее свел. Да и с дочкой как поступил? Она так просила не отправлять в интернат. Обещала сама готовить, квартиру убирать. Но отец был непреклонен. Если Всевышний все видит, то должен оценить, что они с братом грешнику по заслугам воздали. И оградить их от людского правосудия.
Лия быстро собралась, выгуляла радостно повизгивающего Порша и помчалась на работу.
Когда проезжала мимо минерального источника, притормозила, пригляделась: Борька должен бы сейчас минеральную воду пить. Но его среди дисциплинированных курортников не оказалось.
Девчонки в санатории немедленно налетели:
— Что ты с Бореем сделала?!