Анна Ликина – Твоя ядовитая роза (страница 5)
– Мы не твои дети, – с болью произнёс я, – ты не обязана терпеть всё это только ради нас.
Сванхильд появилась в замке сразу после смерти матери Рейнара. Если бы не она, наверное, мы бы никогда не познали материнской любви. И мы звали её матерью. Чем раздражали отца. Он всегда подчёркивал, что она нам не мать. Пока мы были маленькими. это было сложно для нашего понимания. И бежали после к Сванхильд, чтобы она опровергла эти речи отца.
Когда же стали старше, Сванхильд рассказала нам правду. Моя мать умерла в родах. Мать Рейнара не оправилась и после родов. Наверное, боги не хотели, чтобы у жестокого короля были наследники. Но он упрямо хотел укрепить старшую королевскую ветвь. И за следующей умершей королевой, появлялась новая. Лишь Сванхильд держалась до сих пор. И мне даже не хотелось знать, как ей удалось не понести от Харальда ещё раз.
И это тоже отдельная тема для жестоких разговоров отца. Он давил на это. Подозревал её в использовании зелий. Она и это переносила стойко.
– Нет, Веллант. Вы мои дети. И я хочу, чтобы ты кое-что запомнил: ты не Харальд Гримвальд. Ты Веллант Гримвальд. Мой сын. И ты докажешь, что кровь не имеет значения. Договорились?
Я кивнул. Сванхильд улыбнулась в ответ, сжала мою руку.
– А теперь пойдём. Пора ужинать. Отец будет недоволен, если мы опоздаем на ужин.
Глава 6
Ужасный шторм длился уже несколько часов. Я прикрывала глаза и молилась богам, чтобы пережить ужас. Уже две недели мы находились в плавании. С братьями Гримвальдами я не пересекалась. Отказывалась от еды, чтобы избежать с ними встречи. Хотя кусок в горло и без Гримвальдов не лез. Грета сетовала, что, когда мы прибудем в Нордград, от меня останутся только кости.
Сильнее укуталась в одеяло, мечтая скорее оказаться на суше. Легче от этого не станет. Мне предстоит жить в замке чудовища, что разрушил мою жизнь своим появлением. О семье, своём унижении я старалась не думать. Это была просто вспышка гнева отца. Всё это от отчаяния. И я верила, что Вальмор выплатит дань Гримхольму. Тогда я вернусь домой. В родной Морриган.
Дверь каюты открылась. Вошёл Рейнар. Я села на кровати, натягивая одеяло до подбородка, постаралась поправить волосы одной рукой.
– Ваше Высочество? – сипло произнесла я.
Рейнар прищурился, обвёл каюту взглядом, вперил его в стол, на котором остался очередной остывший и нетронутый ужин. Всё, что я смогла съесть, точнее, уж выпить, был травяной напиток.
– Вы же понимаете, Ярина, что смерть от истощения никому не принесёт пользы? – спокойно спросил принц.
Я отвела взгляд, опустила голову. Рейнар вздохнул, опустился в кресло, что находилось рядом с кроватью. В свете единственной свечи его глаза мерцали мягким зелёным светом, притягательно и опасно.
– Боитесь, что мой отец не будет платить дань за скелет, что остался от его дочери? – попыталась отшутиться я.
Рейнар фыркнул, закинул ногу на ногу, сцепил пальцы в замок, не отводя от меня взгляда.
– Ну слава богам, хоть что-то осталось от девушки, что готова была отравить моего брата, лишь бы отстоять свою свободу. Но всё же голодовка ничего не изменит. А если вы не начнёте есть – рискуете вызвать гнев короля. Тогда он явится в вашу каюту и накормит вас силой. Поверьте, это последнее, чего вам захочется.
Прикрыла глаза. В них защипало. Меня лишают даже остатков гордости. С такими темпами я прибуду в Нордград покорной рабыней, а не пленницей.
– Не думаю, что у вашего короля найдётся для этого время, – прошелестела я в ответ.
– Очень даже найдётся. И вам просто повезло, что он знает только о последних трёх отказах от пищи. Иначе здесь бы находился не я, а Веллант.
Волна ударила в борт корабля. Я вздрогнула, уставилась в иллюминатор. Ветер усиливался. В темноте было совсем ничего не видно.
– «Сванхильд» прошла уже не одну бурю. Не стоит переживать, – мягко произнёс Рейнар.
В дверь постучали. Вошла Грета с подносом, на котором исходил паром ужин. Принц кивнул ей, дождался, когда она поставит поднос на стол и заберёт предыдущий. Грета откланялась и вышла.
Рейнар поднялся на ноги, подошёл к столу, закатал рукава рубашки, обнажая татуировки на предплечьях, взял тарелку с кашей и прошёл к кровати, усаживаясь на край. Он двигался так плавно, словно корабль не швыряло, как щепку на волнах.
– Когда я провалился в ледяное озеро, а после слёг с лихорадкой на несколько недель, я тоже отказывался от еды. Мама объяснила, что в такие моменты важно найти что-то, что держит душу на земле, вцепится в них и глотать пищу, даже если организм отторгает её, – он зачерпнул кашу ложкой, поднёс её к моему рту. – У вас есть такие моменты, Ярина?
Внутри всё разрывало от противоречий. Рейнар Гримвальд пытается накормить меня с ложки, как няньки делали это в моём детстве. Тот самый Рейнар, что за глаза носит прозвище Меченый и с кем в бою не желал бы встретиться ни один сильный мужчина. Рейнар, что изучал боевые искусства по всему миру и в свои двадцать пять слыл сильнейшим и опаснейшим мужчиной и полководцем.
– Вы не уйдёте, пока я не поем? – выдохнув, спросила я тихо.
Рейнар улыбнулся, кивнул и вопросительно приподнял бровь со шрамом. Прикрыла глаза и открыла рот. Каша оказалась удивительно вкусной. Тщательно пережевала, сглотнула, прислушиваясь к ощущениям в организме.
– То есть вашим моментом, за который стоит цепляться, будет исчезновение всех Гримвальдов? – усмехнулся Рейнар.
– Вас это задевает? – открыла я глаза, всматриваясь в его необычные глаза.
Принц задумался на мгновение, пожал плечами.
– Если бы меня увезли из дома, в котором окружали заботой и любовью… я бы тоже бунтовал.
– Но вы путешествовали по всему миру с малых лет, – скорее размышляя вслух, чем спрашивая, произнесла я.
Рейнар набрал в ложку следующую порцию каши, положил её в мой рот.
– И это было потрясающее время. Из учебников другие страны не узнаешь. Рассказы учителей не передадут всех красок мира.
Я покорно приняла и следующую ложку с кашей, размышляя над его словами. Когда-то я тоже хотела путешествовать, изучать растения по всему миру, открывать новые яды. Но отец был против. Меня даже на балы в других королевствах не брали. Мама никогда не восторгалась моим увлечением, даром. Говорила, что принцессе положено стать хорошей женой, а не уподобляться учёным мужам. Рейнар продолжал кормить меня.
– Я никогда не выезжала за пределы Вальмора. Даже Морриган покидала редко. И всегда в сопровождении родителей или братьев, – совершенно не понимая почему, но открылась Рейнару.
Принц нахмурился, собрал остатки каши с тарелки, положил мне в рот.
– И вместо того, чтобы использовать возможность нашего путешествия и вбирать всю красоту вокруг, вы заперлись в каюте и отказались от пищи? – приподнял он бровь.
Я смутилась. Возможно, он прав. Вот только путешествовать я хотела не пленницей, а принцессой, что могла отправиться, куда захочет. И первым городом был бы точно не Нордград. Столица, где солнца не бывает полгода. Скорее я отправилась бы Порт-Мари, чтобы своими глазами увидеть его красоту, каналы вместо дорог, русалок и их неземную красоту, что восхваляют поэты. Даже Леон как-то рассказывал братьям, насколько красивы женщины этой расы. Я подслушала этот разговор, хоть и не всё поняла из него.
– Какой город самый красивый на свете? – вместо ответа, спросила я.
Рейнар поднялся с кровати, прошёл к столу, взял с него кружку с чаем, румяную булочку с корицей, вернулся и вновь сел на край моего ложа. Я забрала у него булочку и чай, устроилась поудобнее на кровати, уже не обращая внимания, что одеяло сползло и открывало сорочку. Сытость словно притупила стыдливость.
– Нордград, – улыбнулся Рейнар, тактично глядя только на моё лицо.
Я фыркнула и закатила глаза. Словно я могла получить другой ответ.
– Нет, я серьёзно! – рассмеялся принц, – я видел столько городов, и богатых, и бедных. Маленьких и больших. Но таких чудес, как в Нордграде не было нигде. Чего стоит увидеть северное сияние, сидя на крыше Королевского Клыка, скатится с горы, пока светятся цепи, подняться на Крылатый пик, побывать в Кузнеце ветров, или прогуляться по Ледяным садам.
– И зима почти девять месяцев в году, – скептично продолжила я, – отсутствие солнца полгода, а значит, у вас нет даже зимнего сада. Кругом снег, холодные ветра, – передёрнула плечами, словно физически ощутила мороз.
Рейнар помотал головой, забрал у меня пустую кружку, поднялся с кровати.
– Всё ведь зависит от того, как ты себя настроишь. И мой вам совет, Ярина, постарайтесь акцентироваться не на плохом, а на чуде, что будет вас окружать.
Я задумчиво накрутила прядь на палец, размышляя над словами принца. Рейнар же забрал поднос и направился к двери.
– Рейнар, – тихо произнесла я, даже не надеясь, что он услышит.
Но принц замер, взглянул на меня через плечо.
– Спасибо, – прошептала я.
Он прикрыл глаза, улыбнулся и вышел из комнаты.
Глава 7
Вороньи врата, с их шумными рынками, смотровыми площадками, остались позади. Кареты приближались к Королевскому Клыку, что располагался в центре Нордграда, на возвышении и был виден с любой улицы столицы. Народ радовался моему возвращению. Люди выходили на улицы, выкрикивали: «Слава королю!», выстраивались вдоль дороги, забывали о повседневных делах.