Анна Ликина – Твоя ядовитая роза (страница 4)
Мои братья…никто из них даже не подал мне руки. Эллиот, младший из братьев, лишь бросил на меня сочувствующий взгляд. Всё. Леон, Эдмунд и Теодор вообще предпочли сделать вид, что ничего не было. Я сидела на полу, не в силах подняться на ноги. На губах металлическим нотками растекался вкус предательства. В глазах собирались слёзы, застилая всё вокруг. Я сжала зубы, чтобы не расплакаться. Только не на глазах человека, из-за которого это всё и произошло. Я не доставлю ему такого удовольствия.
– Доволен? – голос отца был острее клинка.
– Вы про возращение земель, что исконно принадлежали Гримхольму? – спокойно спросил Веллант. – Да. В остальном, я даже пальцем не пошевелил. Вы прекрасно справились сами. Прошу меня простить, но нам пора в дорогу. Путь до Нордграда неблизкий.
Я не смела поднять взгляда. Даже когда братья удалились. И тяжёлые шаги отца я тоже слышала. Стук каблуков матери. Зал совета пустел с каждой минутой. А я чувствовала себя разбитой вазой, осколки которой навсегда останутся на этом полу.
– Вы позволите помочь вам, Ваше Высочество? – рядом, присев на корточки, возник Рейнар. Он протянул мне платок.
Один всхлип всё же вырвался из груди. Я закусила губу, чтобы не разрыдаться. Отвела взгляд. Рейнар вздохнул, уселся рядом со мной на пол.
– Почему вы не сказали правду?
Я посмотрела на него с изумлением. Он всё ещё протягивал мне платок. Дрожащей рукой приняла его. По металлическому привкусу было ясно, что удар отца рассёк мне губу. Приложила белую ткань к горящей, пульсирующей от боли губе.
– Какую правду? – всё же спросила я.
– Это ведь Беатрис надоумила Вас попытаться отравить Велланта. Почему вы не выдали мать, несмотря на унижение, которое вам пришлось пережить? – в изумрудных глазах принца был искренний интерес, сочувствие.
И он тоже был красив. Как и Веллант. Только не такой холодной красотой обладал Рейнар. В нём было что-то живое. И вроде те же иссиня-чёрные волосы, тонкие черты лица. Только глаза другие. И они придавали жизнь всему облику.
– Она моя мать, – прошептала я. – Разве можно предавать тех, кто дал жизнь?
– Благородно. Но для неё ваша жизнь, похоже, ничего не стоила. Оттого и глупо. Нам нужно идти. Иначе мы рискуем вызвать ещё больший гнев короля Велланта.
Рейнар поднялся на ноги, подал мне руку. Я смотрела на неё несколько секунд. И всё же вложила в его узкую, изящную ладонь свою. Он помог мне встать. Я расправила подол платья, выпрямила спину, развернула плечи и пошла следом за ним на выход из зала.
– Мне даже не собрали вещи для поездки, – севшим голосом произнесла я, пока мы направлялись на выход из замка.
Принц не ответил, лишь тяжело вздохнул и отвёл взгляд. Похоже, не всё Гримвальды чудовища, какими их рисуют слухи.
– Ваше Высочество! – услышала я голос Греты.
Остановилась, обернулась. Служанка бежала со всех ног. Она обладала лёгкой полнотой, но это не мешало ей быть юркой и шустрой. Грета бежала ко мне с плащом, подбитым мехом. Следом за ней спешили ещё два слуги с сундуком.
– Я не успела собрать вам всё, – по щекам запыхавшейся служанки катились слёзы. Она опомнилась, присела в реверансе перед Рейнаром. – Но хоть что-то у вас будет там…
В холодном городе, среди таких же холодных людей. Это не нужно было говорить. Я поняла без слов. Благодарно кивнула Грете. Не сдержалась и заключила её в объятия. Мы были почти ровесницы. Даже больше. Она была мне как старшая сестра. И в бытовых вопросах была куда более приспособленная к жизни, чем я.
Отпустила Грету, резко развернулась к Рейнару.
– Ваше Высочество, могу ли я взять с собой свою служанку? – глядя ему прямо в глаза, спросила я.
Принц вздохнул, бросил взгляд на выход, видимо, просчитывая, насколько будет зол его король за такую вольность. Грета вцепилась от волнения в мою руку.
– Думаю, это не будет лишним, – кивнул Рейнар наконец.
Грета поклонилась ему, пролепетала «спасибо» и принялась накидывать на меня плащ.
Сырой, холодный ноябрьский воздух окутал меня, как только мы вышли на улицу. Рейнар забрал свой плащ у одного из гвардейцев, накинул его себе на плечи и помог мне и Грете сесть в карету. И слава богам, Велланта в ней не было. Он ехал в другом экипаже.
– Дорога будет долгой, – пробормотал Рейнар и ушёл.
Я бросила последний взгляд на замок, что был моим домом. Никто из тех, кого я считала своей семьёй, не вышел попрощаться со мной. Только холодный, серый камень был свидетелем моего отъезда. Да плющ, обвивавший каменные стены…
Глава 5
Внутри всё клокотало от сдерживаемого гнева. Стёр бы без остатка личность Мордрена. Ещё вчера Рейнар подслушал разговор слуг, что обсуждали решение своих короля и королевы об использовании дочери в этой политической игре. Выходит, слухи врут. Не такая и любимая дочь у короля Вальмора, раз он использует её как разменную монету.
Он всего лишь гордился её красотой, умом. И желал пристроить её повыгоднее. Вот и вся любовь родителя королевских кровей. И судя по взгляду Беатрис, что она швырнула в свою дочь – материнским инстинктом там и не веет. Под стать своему мужу.
Ашер открыл дверцу кареты, забросил на сиденье свой плащ. Я приподнял бровь. Рейнар улыбнулся, косясь на меня.
– Ваше Высочество, передайте королю, что я не желаю ехать с ним в одной карете. Да и в принципе видеть его пока не хочу, поскольку обладаю слишком импульсивным характером, – бросил Рейнару младший брат, раскрывая крылья, – засим откланиваюсь и отправляюсь сразу на юг Гримхольма.
Я закатил глаза, фыркнул. Ашер же оттолкнулся от земли и взлетел, размахивая огромными крыльями, покрытыми чёрным оперением.
– Для чего я должен передавать, если наш брат не тугоух, – пожал плечами Рейнар. – Простите, Ваше Величество, но я с вами в одной карете тоже не готов трястись до Порта Ведьм. Уж лучше верхом.
Он взобрался в седло коня, что подвёл ему гвардеец, намеренно поехал в начало нашей процессии. Я спокойно закрыл дверцу кареты, бросил кучеру трогать.
Мне тоже будет полезно побыть одному.
Рейнар и Ашер злы не то чтобы на меня, скорее на обстоятельства. Они прекрасно знали, что как король другого государства я не мог вмешиваться в семейные дрязги Вальморских. И мне тоже претит, что Мордрен поднял руку на дочь, растоптав её в нашем присутствии. Ни один из его сыновей даже пальцем не пошевелили, чтобы защитить девушку.
И я видел, как сжал на рукояти кинжала руку Рейнар, как глаза Ашера приобрели огненно-красный оттенок. Моё вмешательство или их, неважно, оно бы всё усугубило. Хотя куда уже хуже. Мордрен при нас фактически отрёкся от дочери. За то, что она не преуспела в убийстве.
Но чего я жду от короля западной страны? Наш отец был ни чем не лучше.
И даже хуже, в тысячу раз…
***
– Веллант? Что ты здесь делаешь? – Сванхильд куталась в плащ, но всё же шла по крыше, где я решил спрятаться от отца.
– Хотел побыть один, – ответил я, утирая слёзы.
Мне не хотелось показывать ей свою слабость. Только не ей. Не женщине, что заменила нам с Рейнаром матерей, стойко переносила характер отца и воспитывала нас, словно родила сама.
– Что случилось? – чутко спросила Сванхильд, усаживаясь со мной рядом, раскрывая свои белые крылья и укрывая меня от холода.
Я сжал челюсти. Сегодня отец высмеял меня, ударил по больному, как он любил делать. Он считал, что закаляет во мне мужчину таким способом. Мне же хотелось убить его.
– Отец опять поступил, по твоему мнению, жестоко? – Сванхильд положила мне голову на плечо, смотря на северное сияние, что сегодня было особенно красивым.
– Он…вновь насмехался надо мной и Рейнаром. Сказал, что мы сосунки, ещё не оторвавшиеся от женской юбки, – с обидой проговорил я.
Мама улыбнулась, повернула ко мне голову, потрепала по волосам.
– Ты снова без головного убора. А на улице ещё холодно.
– Мы северяне, – упрямо произнёс я, – нам негоже прятаться от холода за сотней тёплых вещей.
Сванхильд улыбнулась, вздохнула и помотала головой.
– Веллант, Харальд твой отец и король. Ты не должен оспаривать его решения. Ты должен поддерживать его.
Я сжал кулаки, напрягся всем телом. Сванхильд почувствовала перемену, вздохнула.
– Не хочу становиться похожим на отца, – сквозь зубы процедил я.
– Ты и не станешь, – тихо произнесла мама.
– Во мне его кровь.
– И это не имеет никакого значения, Веллант. Всё зависит от выбора человека. Посмотри на своего брата – Рейнара. Я никогда не встречала никого благороднее. И он тоже сын Харальда.
Я понуро опустил голову. В этом она была права. Брат изучал яды, путешествуя по странам, но считал, что их недопустимо применять на людях. Отец высмеивал и это. Жестоко дразнил Рейнара. Как и Ашера. Последнего он любил тиранить больше всего. Наверное, потому, что младший брат бурно реагировал на такие выпады. А король после наслаждался от наказания сына.
– Почему ты до сих пор с ним? – я повернул голову, заглядывая в золотистые глаза Сванхильд. – Он причиняет тебе боль. Ты ведь можешь уйти по законам крылатых.
Мама прикрыла глаза, рвано выдохнула, заправила белый локон за ухо.
– По нашим законам я могу забрать только Ашера, а значит, оставить тебя и Рейнара.