Анна Левин – Дикарка на отборе невест (страница 9)
Руку снова обожгло. Что за прах происходит, не может же она быть… как ее бабушка Эмилия… Даже это слово страшно произносить!
Однако она манила меня, я не мог оторваться от лица девушки, и заметил целую палитру эмоций, от злости до отчаяния. Что Максимилиан ей сказал? Неужели она не хочет выходить за него? Планирует меня окольцевать, девочке нужен король, а не принц?
Будь на ее месте любая другая — так бы и подумал, но девушки из рода Караваджо всегда отличались отклонениями от нормы. Слишком свободолюбивые, самоуверенные, грубые, надменные. Избыток образования ни одной женщине еще не принес пользы, общество ясно увидело это на примере Эмилии: она питала амбиции, не свойственные девушкам, из-за чего погубила свою жизнь. Вместо брака с королем она скончалась в глуши, в бедности, рожая отродье какому-то нищему рыцарю.
И спустя столько лет последствие ее ошибок вскружило голову новому Сайберу. Даже двум.
— У нее такое лицо, будто сейчас расплачется. Либо вцепится ногтями в волосы Максимилиана, — напряженно улыбнулась матушка. — Сделай что-нибудь, нам не нужен скандал, особенно с участием этой особы.
— Осторожней, эта особа может оказаться носителем метки.
Лицо вдовствующей королевы скривилось.
— Я никогда не понимала, зачем вообще нужна эта истинность. Ладно еще любовь или долг…
— Согласен, но метка — закон для дракона, как и печать Амароса для герцогов. Если леди Караваджо, — снова запнулся, не в силах назвать ее своей истинной, — действительно та, о ком мы думаем, нужно узнать наверняка.
— Ну так пригласи ее на танец, возьми за руку, и не отпускай. Метке нужен телесный контакт, чтобы проявиться. Когда рука бездетного принца начала гореть, как в огне, он по очереди проверил ладони всех невест, и лишь у Эмилии появились завитушки на пальце.
Мне и самому хотелось пригласить ее, но после слов матери я сделал вид, что не желал того, но сделал из необходимости.
— Леди Караваджо, позвольте пригласить вас.
Матушка ловко перехватила Максимилиана, а я проигнорировал взгляды публики, притянул к себе девушку, пристально изучая ее реакцию.
— Как вам в столице?
Нейтральный вопрос, но она и от него покрылась краской.
— Благодарю, ваше величество, здесь великолепно.
На искренний восторг не очень похоже: что-то глодало ее изнутри, я чувствовал. И жжение усилилось, перетекая в безымянный палец.
— Вы расстроены? Вас кто-то обидел, или не хотите участвовать в отборе?
Глаза распахнулись во всю ширь, румянец схлынул со щек. Либо она вовсе не умеет владеть собой, либо ощущает то же, что и я — зов метки.
— Я счастлива находиться здесь, — пролепетала едва слышно, и опустила голову.
Что-то в ее тоне заставило с силой сжать тонкую руку, так, что девушка вскинула на меня взгляд, и попыталась вырвать ладонь. Я не позволил, перевернул, но метка не проявилась. Почему, я ведь ощущал ее на коже, точно знал, что она есть!
— Мне больно, — слабо пискнула Пальмира, но в глазах появился опасный блеск. — Почему вы так со мной обращаетесь?
Никогда не терялся, но от ее слов стало неприятно, будто я действительно способен обидеть женщину. Нет, отвергнуть зарвавшуюся любовницу — это одно, а оскорбить приличную девушку — совершенно недопустимо.
— Не рассчитал силу.
Просить прощения не стал, было интересно, что Караваджо сделает дальше.
— Я не о руке. Вы фактически отдали меня своему брату, словно я — вещь. Зачем тогда было приглашать на отбор, если я для вас не больше, чем ненужная пешка.
Ну, с одной стороны я был прав: под маской скромности скрывалась страстная натура. Однако она не сказала, что ей безразличен отбор, наоборот, девушка разозлилась, что ее не восприняли как невесту. Значит, Максимилиан девичье сердце не завоевал, наверняка оно жаждет трона.
— А вы намерены победить в отборе? — склонился над ней, оставляя считанные миллиметры между нашими губами. — Хотите стать моей женой?
— Я хочу, чтобы со мной обращались, как я того заслуживаю, без оглядки на прошлое.
— Леди Караваджо, вы хотите стать моей женой?
— Отбор покажет, кто достоин этой чести, — выкрутилась девчонка, но тело не смогло солгать.
Задержанное дыхание, дрожь в руках, яркий румянец — все говорило о том, что она с трудом сдерживает себя. Как и я, но метка упорно не проявлялась. Мы мало о ней знаем, потому что она редко появляется, и считается скорее мифом, красивой легендой, чем повседневностью.
Метка у незадачливого наследника исчезла, что стало поводом для шуток и подозрений в фальсификации, но зачем Эмилии было подделывать знак истинности, если она не желала выходить замуж за наследного принца? Может ли метка просто так испариться? Тогда никто не пытался выяснить обстоятельства дела, лишь объявили о расторжении помолвки, и обрадовались, когда скандальная мисс Караваджо исчезла из поля зрения. Злорадствовали, узнав о ее свадьбе с бедным рыцарем, и последующей смерти.
Увы, в могилу она унесла с собой тайну метки истинности, что могло стать источником проблем для меня. Как понять, что со мной происходит, и как это связано с Пальмирой? Разве только перекроить испытания отбора, добавив огня во всех планах. Перед очищающим огнем ни одна ложь не выстоит.
Глава 16
Красный флаг
Пальмира
Я возненавидела его за то, что один взгляд лишил меня воли. Почему король так действует на меня? Стоило ему пригласить на танец, как все остальное перестало иметь значение, даже обида на Максимилиана. За право быть с ним я готова и отбор пройти, но голос разума напомнил об истинном положении вещей, попросив перестать вытворять глупости.
— Леди Караваджо, вы хотите стать моей женой? — требовательно спросил Морай.
Это и помогло очнуться: вот так просто взять, и признаться мужчине в чувствах, не убедившись, что он тоже влюблен? Нашли дурочку! Мне даже Макс солгал, а тут вообще король, с которым я впервые встретилась.
— Отбор покажет, кто достоин этой чести.
Морай сделал судорожный вдох, и снова сжал мою руку.
— Тогда постарайтесь проявить себя, леди Караваджо.
Мужчина отпустил ладонь, и я с трудом удержалась, чтобы не начать ее растирать. Вот… дракон! Один брат замужеством угрожает, второй руки выламывает — это у них такая мода в ухаживаниях?
А я… как вспомню, слезы душат. Устроила сцену ревности королю! От мысли, что он отдал меня брату, стало так горько и больно, что я не удержалась, и упрекнула Сайбера, а он ответил мрачным взглядом. Еще бы, вряд ли на его памяти другая женщина позволила себе такое. Да и с чего, если я даже невеста условно, на птичьих правах. Вот Маргарет Олдголд…
Все, довольно. Влияние этого мира не идет мне на пользу. Макс обломится, пусть женится на местной аристократке, а я обязательно вернусь домой, и все вернется в норму. Но сначала…
— Милая, что он тебе сказал? — после окончания танца ко мне подбежала бледная Исла. — Ты разозлила короля?
— Нет, зато он довел меня! — не стала уточнять, до чего именно.
— Он почти поцеловал тебя, я своими глазами видела!
— Ну так я красивая девушка, почему нет?
Сладкая нега залила тело при мысли, что он может думать обо мне, как я о нем.
— Глупенькая, он сделал тебя мишенью для всех невест.
Тоже логично, но тогда им всем придется тяжко. Думают, я опозорюсь? Нет, не дождутся, мы сыграем в отбор по-взрослому.
— Исла, когда станет известно первое испытание?
Она посмотрела на меня, как на сумасшедшую.
— Сегодня, перед окончанием приема его величество объявит об условиях первого этапа. Почему твои глаза так сверкают, Пальмира?
Надо же, как идеально притворяется овечкой!
— Вы с Марко лгали мне. Максимилиан сказал, его брат пообещал меня принцу в жены. А ты мне обещала, что я вернусь домой после провала отбора! Вы все решили за меня: Макс получит награду за его труды, вы — сохраните печать Амароса, а я буду расплачиваться за ваши амбиции.
Не удержалась от улыбки при виде ее бледного лица. Правда глаза колет, нечего возразить. Вот так!
— Пальмира, — жалко прошептала она, — клянусь, все не так! Ты что-то путаешь, прошу, давай все обсудим с Марко.
— Разумеется, пусть в глаза скажет, что продал меня. Заодно поделится, какие выгоды себе выторговал.
Пока герцогиня приходила в себя, я оглянулась, запоминая ненавидящие взгляды невест и жадные — мужчин. То, что Морай Сайбер выделил меня, придало моей персоне ореол привлекательности. А может, дело в декольте, которое непристойно вываливалось из корсета. Попробуй пойми этих аристократов.
В конце вечера нас снова собрали в тронном зале. Хмурый Макс не отрывался от меня, королева-мать тоже поглядывала украдкой, зато Морай развалился на троне, со скучающим видом изучая лист бумаги.
— Первое испытание состоится двадцатого марта, в день весеннего равноденствия. Праздник обновления природы, праздник жизни и перехода от тьмы ко свету, от пустоты к наполнению, от одиночества к любви.
Девушки растаяли от его слов, я же опустила взгляд, подумав, что надолго застряла в этом мире. Кто им мешал провести отбор за неделю? В темпе вальса нашли бы подходящую жену, а остальные получили бы заслуженную фигу. Так нет, нужно растянуть кота за… хвост, создать много поводов для сплетен, провести турнир за мужика с королевским размахом!
— Королева должна уметь организовывать благотворительные мероприятия, знать нужды подданных, поэтому двадцатого марта состоится ярмарка на территории городского парка, где каждая невеста поставит свою торговую лавку, и соберет средства для пожертвования нуждающимся.