Анна Левин – Дикарка на отборе невест (страница 10)

Серьезно? Такое благородное задание? Подняла глаза, и наткнулась на изучающий взгляд короля. Хорошо, что на этой торжественной ноте праздник закончился, венценосная семья покинула нас, зато не миновало знакомство с Олдголдами, чья надменная невеста больше всех стремилась к победе. Нас представили друг другу, девушка мило улыбнулась, и предложила пройтись под ручку, что вызвало умиление у всех, кроме меня.

Но, стоило нам встать позади старших членов семей, как Маргарет с самым невинным видом прильнула к моему уху:

— Запомни, дикарка, новой королевой стану я, и первым делом уничтожу тебя. Выдам замуж за самого старого и мерзкого барона, и вышлю из столицы.

Сказать ей, что после отбора я вообще уйду в параллельный мир? Нет, зачем портить здоровый дух соперничества. Лучше я стану фавориткой, покажу всем, кто здесь лидер, а потом отошью Сайбера вот к такой «невесте».

— Ваши манеры оставляют желать лучшего, леди Маргарет. Вы даже со мной не можете вести себя достойно, как собираетесь очаровывать короля?

Она больно сжала мою руку. У них у всех здесь проблемы с прикосновениями? Зачем так сжимать-то.

— В моих глазах ты стоишь ниже любой служанки, поэтому я могу обращаться с тобой, как с дворовой грязью. Ты ведь и родилась в грязи, тебе не привыкать.

Ну это уже слишком: пусть наш роддом и не построен из золотых слитков, но рожают же женщины, и во вполне сносных условиях. Сама эта Маргарет грязь, полная и неисправимая.

— На эту тему можно поспорить. Кто из нас грязнее: девушка с неидеальным происхождением, или с гнилым сердцем?

Я нарочно не поддавалась на провокации, отвечала тихо, спокойно, без перехода к гадким оскорблениям. Даже подколола ее в философской манере, и в итоге Маргарет сама попала в свою же ловушку. Лицо покрылось некрасивыми пятнами, миловидные черты исказились, превратив ее в гиену.

— Пожалуй, замужество с бароном будет слишком мягким наказанием. Я уничтожу тебя иначе.

Она достала красный платочек, и подала мне.

— Возьмите в знак нашей дружбы, леди Пальмира!

Женская версия красного флага. Кажется, мне только что объявили войну.

Глава 17

Ночной посетитель

Исла такими глазами смотрела на меня, пока мы ехали в карете, что невольно стало ее жалко. Вдруг она действительно не в курсе замыслов мужа? Марко, например, выглядел спокойно, разве что немного задумчиво.

— Почему король проявил к Пальмире столько внимания? Неужели только чтобы распалить ревность других невест? Он не похож на мелочного мужчину, дабы таким образом отомстить нашей семье за скандал с Эмилией. Что ты об думаешь, Мира?

Ну ладно, сам напросился. С Маргарет сдерживалась, а на тебе сорвусь.

— Полагаю, дело в вашей с Максимилианом договоренности.

Изумление на лице родственника было потрясающим. Неплохой актер вышел бы в нашем мире: и талант, и внешние данные.

— О чем ты? Какая договоренность?

Вздохнула, холодно улыбнулась, и ласково прощебетала:

— Во время танца с принцем я узнала о его намерении жениться на мне. Максимилиан сказал, король Морай согласился благословить наш брак после того, как я покину отбор. Не знаю, как принцу удалось убедить его, семья Караваджо ведь славится «недостойными» невестами, но ты-то точно в курсе происходящего. Что тебе пообещали за меня, милый брат? Новые земли, золото, доступ к королевским делам?

Марко поперхнулся, и принялся убеждать нас с шокированной Ислой, что впервые о таком слышит, что Макс наверняка что-то перепутал, что никто из рода Сайберов никогда не женится на внучке Эмилии, и я несправедливо обвиняю названого брата. Не ответила, лишь пожала плечами, и отвернулась к зашторенному окошку, мысленно представляя улицы, дома, деревья и лавки.

— Я поговорю с Максимилианом, надеюсь, он предоставит мне разумное объяснение его слов.

— Вы лучшие друзья, он похитил меня, чтобы спасти твою семью. Неужели принц не поделился своими планами?

— Пальмира, не говори глупостей! — в голосе мужчины прорезалась злость. — Я не лгал тебе с тех пор, как ты здесь появилась. Максимилиан действительно мой друг, он согласился помочь привести тебя сюда, чтобы король не лишил мою семью печати Амароса. Но я не собирался неволить тебя, рушить жизнь. Каким бы я был мужчиной после этого⁈ Мое слово остается в силе: ты вернешься домой, как только покинешь отбор, и придешь в наш мир лишь по доброй воле, если захочешь увидеться со мной, Ислой и детьми. И никаких свадеб, никакого принуждения. Прошу, верь мне, а не чужакам, и даже Максимилиану. Он был в отчаянии, когда принес тебя сюда. Принц влюбился, по-настоящему, ему было больно оставлять тебя и оставаться предателем в твоих глазах. Видимо, Максимилиан решил искупить вину, вы ведь встречались, ты ждала от него предложения.

Покраснела, и разозлилась не хуже Марко:

— Это было до того, как я узнала об обмане! Теперь между нами все кончено, и замуж за него я не пойду. Пусть чувство вины оставит при себе.

Бедная Исла испуганно вжала голову в плечи. Не привыкла, что женщина может говорить о мужчине подобным тоном. Сводить бы ее в наш мир, чтобы узнала хоть что-то о равенстве полов, не всю жизнь проведет в покорной позе.

Дорога обратно заняла немного времени, и уже вскоре я с радостью избавилась от теплой накидки, поспешив к себе в комнату.

— Мне срочно нужно принять ванну, смыть с себя этот день.

— Разумеется, нам всем это нужно, — слабо улыбнулась герцогиня. — В целом все прошло неплохо, Пальмира произвела на всех хорошее впечатление.

Не успела она развить мысль, как снаружи раздался шум. Дверь распахнулась до того, как слуги доложили о посетителе, и в усадьбу ворвался он, мужчина, о котором я хотела забыть, как о страшном сне.

— Максимилиан, ты с ума сошел? — удивился Марко. — Как ты мог приехать, это поставит под угрозу репутацию Пальмиры! Мы ведь с тобой договорились, что ты временно воздержишься от визитов в мой дом.

Выражение его лица категорически не понравилось, будь моя воля — вызвала бы полицию, но здесь по «сто два» не позвонишь.

— Мне нужно поговорить с Мирой наедине, — прорычал принц, и бесцеремонно потащил меня по лестнице наверх.

Марко секунду наблюдал за это картиной, после чего помчался за нами, вырвал мою руку из железной хватки, и между ними с Максом завязалась борьба. Мы с Ислой визжали, слуги кричали, все бегали вокруг и бестолково размахивали руками. На шум прибежали дети, самый младший мальчик расплакался, и лишь это привело в чувство мужчин.

— Исла, уведи детей. Пальмира, иди к себе в спальню. Вы, приберите здесь, — приказал Марко слугам, и за шиворот потащил Макса в свой кабинет.

Глава 18

Женщина раздора

Разумеется, мы с Ислой обе отправились за мужчинами, чтобы подслушать разговор. Пусть это занятие называют недостойным, как иначе узнать правду? Сами виноваты, не нужно было портить мне жизнь! А то заявились ко мне домой, затащили сюда, и еще интриги плетут за спиной.

— Заходи! — прошептала Исла, и скользнула за соседнюю с кабинетом дверь. — Постарайся дышать тише.

Прильнули к стене, которая позволяла расслышать разговор, и обе затаили дыхание.

— Ну и что ты здесь устроил, Лиан? — устало спросил Марко, а я удивилась тому, как он сократил имя младшего принца.

— Прости, мне так стыдно перед твоей семьей!

— За годы дружбы этот дом всякое видел, так что нас с Ислой особо не удивишь, а вот Пальмире впечатлений хватит надолго. Скажи, ты действительно получил у брата разрешение жениться на ней?

Около минуты он молчал, истязая меня ожиданием.

— Морай сам догадался о моих чувствах. Я ничего не сказал об иномирском происхождении девушки, но он сопоставил нашу с тобой дружбу, ее прибытие «из какой-то глуши», мое поведение, и понял, что я влюбился в леди Пальмиру.

— Ума ему не занимать, с королем шутки плохи, но неужели он действительно дал согласие?

— Да, — мрачно подтвердил Максимилиан.

Пришло время Марко многозначительно молчать.

— Что ты наделал, Лиан? Ты ведь понимаешь, что девушка здесь чужая, она не захочет жить в непонятном для нее мире. Сам ведь рассказывал о том, как наши миры отличаются, что женщины там во всем равны мужчинам, о мечте Пальмиры стать адвокатом. Здесь ей придется проститься с собственной личностью, амбициями, целями. Захочет ли она жить в твоей усадьбе, и каждый год рожать по ребенку?

Ясное дело, такой жизни мне не надо. Дети должны видеть здоровый пример семейной пары, когда оба родителя уважают друг друга, поддерживают и позволяют развиваться в разных сферах. Если женщина в семье — не больше, чем декоративный элемент, о каком равноправии и уважении может идти речь? Как можно жить, будучи просто красивым придатком к мужу?

— Эмилия Караваджо убежала так далеко, как только могла, лишь бы изменить судьбу. Ее внучка выросла в иных условиях, без дворцов и усадеб, герцогских титулов и договорных браков. Скажи, Лиан, она обрадовалась, когда ты сказал ей о вашем будущем?

— Ни капли, — с болью в голосе произнес принц, и мне стало… нет, не жаль его, а морально приятно. Нет прощения предателям!

— Давай так! — мягко, как душевнобольному сказал Марко. — Ты поговоришь с братом, откажешься от Пальмиры. Скажешь, девушка тебе перестала нравиться. Никто из придворных не расстроится, им внучка Эмилии подобно кости в горле: ни проглотить, ни выплюнуть.