Анна Лерн – Маленькое счастье Клары (страница 30)

Мы проехали трактир под названием «Хмельной гусь», лавку башмачника и остановились возле каменного здания сыроварни.

— Вот мы и приехали, — Филипп вышел первым и подал мне руку. — Сейчас вы попадете в святая святых, моя дорогая цветочница.

— Я сгораю от нетерпения, мой милый сыровар, — шепнула я, и граф на секунду прижал меня к себе, опаляя щеку горячим дыханием.

— Возможно, сегодня мне удастся заманить вас в мою комнату кусочком сыра?

— Не исключаю такую возможность, — я стрельнула в него веселым взглядом. — Ну, пойдемте уже!

Мы вошли внутрь, и я с любопытством принялась разглядывать все подряд. Открытая печь с большущим котлом, в который сливали молоко, деревянные емкости для сырной массы, пресс-столы и, конечно же, люди — несколько мужчин и три женщины.

Они сразу же подошли к нам и граф представил меня своим работникам, называя каждого по имени, что говорило о том, что он внимателен к своим людям.

Я, конечно же, ничего не смыслила в изготовлении сыра, но вот к гигиене у меня были вопросы, которые я решила озвучить графу на обратном пути.

В следующей комнатке, находился бассейн с плавающими брусками сыра. Запах здесь просто валил с ног, и я, извинившись, выскочила наружу, понимая, что меня сейчас стошнит. Это было настолько сильное и неприятное чувство, что едва добежав до угла сыроварни, я склонилась под развесистой липой и извергла из себя все, что съела за завтраком.

Господи… нужно извиниться перед Филиппом — я выскочила, будто ошпаренная, не успев сказать мужу не единого слова.

Вытерев рот платком, я глубоко вдохнула и, сделав пару шагов, чуть не попала под копыта огромного, черного коня, который навис надо мной всей своей глыбой.

Испуганно вскрикнув, я отскочила назад и уперлась спиной в стену сыроварни, чувствуя, как сердце бьется о ребра с бешеной силой.

— Клара! Клара!!!

Я услышала, как хлопнула дверь, и раздались быстрые шаги — Филипп бежал ко мне.

Взяв себя в руки, я подняла голову и наткнулась на темный, проницательный взгляд, шаривший по мне с каким-то цепким, жутким интересом. Мужчина, сидевший на коне, был привлекательным, с яркой, необычной внешностью, но не знаю почему, я испытала невероятное отвращение, глядя в эти скользкие глаза.

— Что с вами?! — ко мне подбежал граф и схватил за руку. — Вы в порядке?

Я не успела ответить — муж поднял голову, и его лицо исказила такая ярость, что мне стало страшно.

— Ван Дильц…

— Приветствую, Филипп, — губы незнакомца скривились в презрительной усмешке. — Неожиданная встреча…

— Я скажу больше — неприятная, — процедил граф, становясь так, чтобы прикрыть меня своим телом.

И тут до меня дошло — это ведь родственник ландграфа, похитившего Марту! Скорее всего, сын. Ужас сковал меня и, вцепившись в руку мужа, я прижалась к нему всем телом.

— Я так понимаю, это молодая графиня? — всадник не сводил с меня липкого взгляда. — Очень приятно познакомиться ваша светлость…

— Не смей даже смотреть на нее, — прошипел граф, сжимая кулаки. — Убирайся прочь.

— Деревня не принадлежит тебе, — надменно произнес мужчина, но все же заставил коня отойти дальше. — Ты не можешь выгнать меня отсюда.

Он оскалился в звериной ухмылке и поскакал прочь, еще раз окинув меня странным, неприятным взглядом.

— С вами все в порядке? — Филипп повернулся ко мне, и я увидела, что его лицо стало таким бледным — почти обескровленным. — Ответьте мне!

— Да, со мной все в порядке, — прошептала я и замиранием сердца, спросила: — Этот человек сын ландграфа?

— Да, будь он проклят, — граф пригладил мои волосы, выбившиеся из прически. — Леопольд…

— Какой мерзкий тип, — я потерлась щекой о ладонь мужа. — Его глаза похожи на пиявок.

— Теперь я настаиваю, чтобы вы выходили из дома только с охраной, — граф прижал меня к себе. — Вы — мое самое главное сокровище, Клара.

Я почувствовала, что сейчас расплачусь, а со мной такое случалось редко. Странно… Хотя… это приятные слова, расчувствовалась…

— Почему вы выскочили из сыроварни? — Филипп взял мое лицо в руки и посмотрел в глаза. — Что произошло?

— Мне стало плохо от запаха сыра, — призналась я. — Он был настолько сильным…

— Возможно, вы носите моего ребенка? — он провел большими пальцами по моим щекам. — Маленького мальчика или девочку?

Меня словно током ударило от его слов, и я чуть не задохнулась от нахлынувших чувств. О Боже… Неужели я беременна?

Не желая тешить ложные надежды, я посмотрела на мужа полными слез глазами и тихо произнесла:

— Давайте не будем спешить с выводами, ваша светлость.

— Конечно, не будем, — Филипп накинул мне на голову капюшон и повел к экипажу. — Но мы едем домой, и не вздумайте спорить со мной.

Глава 33

Леопольд выехал из деревни и погнал лошадь по дороге, убегающей в сторону леса. Порывы северного ветра становились все сильнее, неся с собой одинокие снежинки, и они тут же таяли на горячей холке коня. Хотелось быстрее добраться до дома, чтобы отогреться возле пылающего в камине огня и выпить горячего вина.

Неожиданная встреча с Филиппом раззадорила его, заставила снова почувствовать адреналин соперничества, но даже не это было главным.

Перед его глазами стояло лицо женщины с золотыми волосами и он хищно усмехнулся — значит Клара… Какая прозрачная кожа, а какие нежные, полные губы… Да ван Роэльс счастливчик! Почему он раньше не познакомился с ее семьей, возможно, тогда эта нимфа с яркими зелеными глазами стала бы его женой. Ничего, что они были помолвлены с Филиппом, это не являлось бы преградой для него.

Отец всегда говорил, что женщины с такими яркими глазами очень страстны в чувствах и сильны в эмоциях. Они имеют магические способности черной кошки и дарят мужчинам радость.

Граф вспомнил свою жену и скривился — было ужасной ошибкой жениться на ней. Ее глаза тоже были зеленого цвета, но они не были такими яркими и живыми, как у графини Роэльс, а больше походили на мох, покрытый ржавчиной.

Да, сначала она привлекала его, но теперь стала обузой, раздражающей тенью, прячущейся в своей комнате. Лисбет редко ходила по дому, старалась, есть у себя в комнате, и избегала общения с мужем, но вот это, как раз, мало заботило Леопольда — ее вечно кислое лицо мученицы, выводило из себя.

Он приходил к ней почти каждую ночь, терзая застывшее в страхе тело, и уходил, брезгливо глядя, как жена натягивает на свои бедра сорочку и давится рыданиями.

Потянувшийся за ее молодостью и невинностью, Леопольд получил трясущееся от каждого прикосновения существо с глазами испуганного щенка. То ли дело глаза Клары… Отлично читая людей, граф сразу понял, что в этой малышке есть характер.

В этих очах жил ум и это было так неожиданно и соблазнительно для него. Но еще больше раззадорило Леопольда чувство, которое испытывал к ней ван Роэльс. Это было так явственно, неприкрыто, так бросалось в глаза, что ему сразу же захотелось сломать это, растоптать, заставить женщину стать его игрушкой, чтобы Филипп сходил с ума от бессильной злобы.

Выкрасть ее и поселить в своем доме? Возможно, но нет. Самым сладким будет — жениться на ней. Лисбет? О, это совсем не проблема. Чтобы избавиться от жены у него было множество способов, и ее смерть будет выглядеть естественной. Но возможно ли расторгнуть брак, заключенный между ванн Роэльсом и Кларой? С этим вопросом нужно обратиться к принцу.

В его голове начал формироваться план — сначала нужно избавиться от Лисбет, а потом, будучи уже вдовцом, обратиться к принцу и привести в свой дом новую хозяйку. Даже если она понесет от ван Роэльса, то он оставит щенка на его попечение. А вот если понесет Лисбет, ему придется дождаться рождения ребенка и тогда можно устроить смерть от тяжелых родов. Наследника он оставит в «Гнезде ворона», а девочку отдаст фрау Гертруде — ему не нужны дети женского пола.

Прибыв в поместье, Леопольд закрылся в своем кабинете и принялся заливаться вином, смакуя свои мечты о Кларе. Это было его самое любимое место в доме, и граф отдыхал душой, скрывшись за дубовой дверью. Тяжелые занавеси не пропускали сквозняков и даже сейчас, когда за окнами гудел ветер, они отлично справлялись со своей задачей. Массивный рабочий стол с кожаной столешницей и шкафы орехового дерева стояли здесь еще со времен его детства, и они часто прятались за ними, играя с Ксандром в прятки.

В дверь постучали, и граф с недовольством крикнул:

— Убирайтесь!

— Это я, Ксандр! — раздалось из-за двери. — Нужно поговорить.

Не скрывая раздражения, Леопольд открыл дверь и впустил его в кабинет.

— Что случилось?

— Я решил жениться, — без прелюдий объявил брат и хмельно засмеялся. — Ты ведь этого хотел?

— Интересно и на ком? — граф предложил ему сесть и протянул бокал с вином. — Что это за девица?

— Кузина, находящаяся на попечении Филиппа ван Роэльса, — у Ксандра блеснули глаза. — Я все разузнал — ее зовут Хенни, ей двадцать лет и она не помолвлена.

Леопольд принялся хохотать и успокоился лишь спустя минуту. Он вытер слезы и спросил у удивленного его реакцией брата:

— Ты видел ее?

— Что тебя так рассмешило? — парень нахмурился, глядя на веселье графа.

— Ответь, ты видел ее? — снова спросил Леопольд, удобнее устраиваясь возле огня.

— Да, мне удалось пробраться в парк соседа и хорошенько все рассмотреть, — ответил Ксандр. — Она мила и нежна, как цветок. Ван Роэльс конечно не даст своего согласия на этот брак, но мне оно и не нужно. Так что рассмешило тебя?