Анна Леонуэнс – Путешествие в Сиам (страница 56)
Наши проводники объяснили нам, что этот заброшенный вал некогда был главной дорогой древней Камбоджи, что его можно проследить от района Нохк-Бури до Нагхкон-Вата, а оттуда до самой сердцевины Кохинхины; а один из них заверил нас, что никто не знает, где вал заканчивается.
Мы продолжали свой путь, петляя по бездорожью – ныряли в тенистые долины, поднимались на солнечные холмы, где гулял вольный ветер. С них открывалась необозримая панорама, но вокруг ничто не напоминало о присутствии человека. Постепенно цветущие кустарники сменились мрачными деревьями, обступившими нас со всех сторон. Мы переходили по благородным каменным мостам, которые знатные древние камбоджийцы любили возводить над сравнительно незначительными потоками. Луна, омывавшая фантастическим сиянием крошащиеся арки, создавала впечатление, будто мы попали в некую зачарованную иллюзорную страну. Ночное светило, усеянное звездами небо, пугающие голоса ночи, ощущение неведомого, загадочного, сверхъестественного – все это было больше похоже на сон. Воистину необычен и удивителен этот край руин и легенд, и, глядя на грандиозные мосты, мы понимали, что скоро нашим взорам предстанет невиданное чудо.
Тапхан-Хин («Каменный мост») и еще более изящный и оригинальный Тапхан-Тхевадах («мост Ангела») – весьма впечатляющие творения. Арки, до сих пор как влитые стояли на своих основаниях, которым служили опорами пятьдесят могучих каменных столбов, поддерживавших конструкцию пятьсот футов длиной и восемьдесят футов шириной. Пролетное строение этих мостов образовывали огромные каменные блоки, уложенные один на другой таким образом, что своим весом они лишь придавали устойчивость аркам.
На лесной поляне близ речушки, которой камбоджийцы дали название Стхиенг Син («Достаточно для наших нужд»), мы разбили лагерь. Отдохнув и немного подкрепившись, мы снова последовали за нашими проводниками. По Каменному мосту перешли через пенистый поток, восхищаясь творением народа, о существовании которого Запад и не подозревал. Его название не вписано в книгу мировой истории, но сооружения, возведенные этими людьми эпохи далекого прошлого, по смелости замысла, величию пропорций и изяществу композиции превосходят архитектурные шедевры современности – грандиозные, прекрасные, долговечные творения!
При строительстве этих мостов был использован главным образом плитняковый песчаник, но те части, что подвержены воздействию воды, сделаны из кремнистых конгломератов.
С обеих сторон мост некогда обрамляла красивая балюстрада, которая теперь находилась в полуразрушенном состоянии. Видимо, вандалы, в свое время вторгшиеся в эту страну, сумели сломать только декоративные части этих массивных сооружений.
Судя по сохранившимся обломкам балюстрады, она представляла собой череду длинных бутовых балясин, на которых стояли опоры в виде семиголового змея, а на них лежали слябы с желобками посередине, и в эти желобки вставлялись полувыпуклые камни, украшенные скульптурными арабесками – намек на древнее камбоджийское искусство.
На левом берегу, недалеко от того места, где прежде стоял храм, мы обнаружили остатки лестницы, ведущей к воде.
На следующее утро мы прошли по Небесному мосту (Тапхан Тепх), который, как Тапхан-Хин и Тапхан-Тхевадах, представляет собой сооружение прочное и солидное. С трудом верится, что это творение рук человеческих.
Оставив позади мосты, наши местные провожатые свернули от древней дороги в джунгли и повели нас по узким болотистым тропам.
После полудня мы добрались до еще одного каменного моста, перекинутого через реку Паленг. По словам наших проводников, строители бросили этот мост недостроенным по причине того, что в страну вторглись враждебные полчища, разрушившие Нагхкон-Ват. Медленно осыпающиеся в окружении диких бананов, языческих лотосов и лилий, эти мосты, затерянные в дебрях чарующего запустения, служат памятниками некогда гордой и многолюдной столице.
Руины храма Нагхкон-Ват
От игривой прозрачной реки Паленг до Сиемреапа день пути. В том городе мы без дела проторчали несколько часов, а потом налегке отправились к руинам Нагхкон-Вата.
Считается, что Нагхкон (Ангкор) был столицей древнего королевства Камбоджи (Кхаймайн). В сохранившихся преданиях оно описывается как страна без конца и без края, и многочисленные правители-вассалы платили ему дань золотом, серебром и драгоценностями, армию составляли семьдесят тысяч слонов, двести тысяч всадников и почти шесть миллионов пехотинцев, а королевские сокровищницы занимали территорию в триста миль. В самом центре этого уединенного уголка, в месте, которое до сих пор носит название Ангкор, помимо множества близлежащих полуразрушенных храмов, мы нашли развалины архитектурных сооружений – дворцов и святилищ – невиданного великолепия, просто дух захватывает. Чтобы построить такое, требуются огромные затраты финансовых средств и человеческого труда.
Так что же это была за цивилизация?
Почему и куда исчезла она с лица земли?
Местоположение города само по себе уникально. Изначально его выбор был продиктован соображениями неприступности, и в то же время оно не отличается особенностями, которые должны указывать на то, что это была столица могущественного государства. Город стоит в стороне от остального мира, от его страстей и устремлений и даже как будто остерегается собственного благоденствия. Первое, что мы увидели, подходя к нему, это высокий портал, декорированный крупными иероглифическими надписями. Величественные руины
К несчастью, губительные войны и неумолимые жернова времени оставили нам лишь считаные единицы этих благородных памятников, и безжалостный процесс ветшания и разрушения продолжается.
Тщетно мы ищем какие-либо хроники владычества длинной череды монархов, которые некогда правили могущественной империей Маха Нагхкон. До нас дошли только расплывчатые предания о божественном принце, которому якобы принадлежит слава возведения великого храма, а также о египетском царе, превращенном в прокаженного за святотатство. Интересная статуя этого царя до сих пор стоит в одном из коридоров. Она частично повреждена, но дает достаточно четкое представление о внешнем несходстве с современными камбоджийцами.
Письмена, покрывающие некоторые колонны, не поддаются прочтению. И если спросить местных жителей о происхождении Нагхкон-Вата, в ответ услышишь, что это творение Царя-Прокаженного, или Пхра-Ин-Суна (Царя Небесного), или великанов, или что храм возник сам по себе.
Эти величественные сооружения, вероятно, создавались как места религиозного поклонения, а не обитель королей, ибо почти все это буддийские храмы.
Руины храма Нагхкон-Ват
Статуи и скульптуры на стенах внешнего коридора представляют собой горельефы, исполненные в натуральную величину. Статуя Царя-Прокаженного, установленная в некоем подобии павильона, довольно большая. Изображает царя в сидячей спокойной и благородной позе. Его голова – настоящий шедевр: лицо с классическими чертами преисполнено одухотворенности мужской красоты.
По приближении к храму Ангкор, самому прекрасному и наиболее хорошо сохранившемуся из всех сооружений комплекса, путешественник с лихвой вознаграждается за все тяготы утомительного пути, ибо то, что предстает его взору, вызывает полнейший восторг и изумление. Как ни странно, несмотря на запустение, храм овеян ореолом роскоши, словно сама природа – и золотистое сияние солнца, и освежающая мгла – призвана прославлять и услаждать королей.
На каждом углу храма два огромных льва, вытесанных вместе с основаниями из цельной глыбы камня. Лестница поднимается вверх, к первому ярусу террас. Чтобы добраться до центрального входа с северной лестницы, мы идем по дороге, пересекающей глубокий широкий ров, который, по-видимому, окружает весь комплекс.
Главный вход выполнен в виде длинной галереи. По центру высится величественная башня, по бокам от нее – по одной башне поменьше. Портики каждой из трех основных башен образуют четыре вынесенные вперед колонны, между которыми находится широкая лестница. Аналогичные портики есть на обоих концах галереи, а за ними – очень высокие ворота, испещренные гигантскими иероглифами, изображениями богов и воинов, которые как будто висят между небом и землей. Далее появляются купы колонн, которые в обхвате и по высоте могли бы соперничать с самыми могучими дубами. Каждая колонна и каждый участок так плотно покрыты скульптурной пластикой, что весь храм как будто завешан окаменелым гобеленом.
По бокам западной галереи стоят два ряда почти квадратных колонн. Высеченные в стене глухие окна дополняют каменные ограждения из фигурно выточенных столбиков. Разные участки галереи покрывают барельефы, изображающие сцены из «Рамаяны». Вот Лакшмана и Хануман ведут воинов на бой с Раваной; у одних – десять голов, другие – многорукие. Вот обезьяны строят каменный мост через море. Рама просит о помощи небесного защитника, а тот, величественно восседая высоко на троне, погружен в раздумья. Отец Рамы бросает вызов врагу, пока Равана сражается с предводителем воинов на колесницах. Есть много других изображений восьмируких богов, и все массовые сцены исполнены с поразительным мастерством.