Анна Кривенко – Подсунутая жена. Попаданка воспитает... (страница 35)
При этом имени глаза Никиты загорелись. Он даже привстал в кресле, не веря своим ушам.
— Правда?! — с волнением спросил он. — Вы действительно это сделаете?
Федора гордо вскинула подбородок.
— Сделаю. Поверь мне, она очень ценит меня. Каждую субботу мы проводим время вместе…
Никита вскочил на ноги, наконец-то приняв решение.
— Ладно, — сказал он. — Только поклянитесь, что вы действительно это сделаете!
Федора улыбнулась, как кошка, поймавшая в когти свою добычу.
— Клянусь, — твёрдо сказала женщина, сияя торжеством в глазах.
Губы Никиты расплылись в довольной улыбке.
За знакомство с княжной он был готов на многое. Даже на то, чтобы окончательно разругаться со своим братом…
В конце концов, их родство довольно дальнее, невелика будет потеря…
В двери затарабанили.
Сквозь морок желания я едва услышала этот стук. Голова кружилась, губы горели, по телу разливалось горячее, нетерпеливое томление. Желание уже было неистовым…
Но Илья дёрнулся.
Его рука, сжимавшая мою грудь, замерла. Он тяжело дышал, губы были припухшими от поцелуев, на лбу выступила испарина. Я почувствовала, как он напрягся, борясь между желанием и раздражением.
— Господин! Господин Илья! — голос служанки был надрывным, пронзительным. — Скорее! Госпожа Федора поранилась! Она истекает кровью!
Боже правый! Я чуть не застонала от досады.
Илья зажмурился, словно силясь сбросить с себя остатки забытья, но потом перевёл взгляд на дверь и с явным усилием воли поднялся. Я посмотрела на него снизу вверх, разгорячённая и исполненная досады. Моя рука рефлекторно дёрнулась, чтобы схватить его за запястье, удержать, но он уже натягивал одежду, поспешно заправляя рубашку в штаны.
Потом шагнул к двери, открыл её и вышел, оставив меня одну.
Я осталась лежать на диване, стараясь отдышаться. Подняла руки и раздражённо пригладила волосы. Потом поправила платье, лиф которого съехал слишком низко, открывая гораздо больше, чем позволяли приличия.
— Ну что за невезуха, — пробормотала я, раздражённо передёрнув плечами.
В кои-то веки этот парень повёл себя правильно, и вот, пожалуйста. Что с этой его тётушкой не так? Почему она вмешивается в самый неподходящий момент?
Минут через десять стало понятно, что Илья не вернётся. Мне пришлось вставать, ходить по комнате, заставлять себя успокоиться.
Как выяснилось позже, тётушка каким-то образом умудрилась рассечь себе ладонь. Вся кухня была в крови. Она всхлипывала, жаловалась, а Илья терпеливо утешал её, держа за старческую руку и уверяя, что вызовет лучшего лекаря. Ещё и пообещал, что купит ей самые дорогие лекарства.
Я наблюдала за этим, прячась за углом. Честно говоря, у меня не было желания попасться кому-либо на глаза в таком виде. Вся растрёпанная, с губами, всё ещё горящими от поцелуев.
Ну что ж. Раз так… я сделала единственное, что оставалось в этой ситуации: поспешно вернулась в свою комнату, закрыла дверь и тяжело опустилась на кровать.
Итак. Что мы имеем?
Илья воспылал ко мне страстью. Он не может отрицать этого. Да и мне нет смысла отрицать очевидное. Но что это? Всего лишь желание? Или что-то большее?
Он меня ревнует. Это очевидно. Он следит за каждым моим движением и ревностно следит за моими знакомствами.
Радуюсь ли я этому? Честно говоря, не знаю. Возможно, как только он получит своё, я мгновенно стану ему неинтересна. Такое бывало, я знаю. Желание зачастую притупляется, как только его удовлетворяют.
Но он мне тоже нравится. Я должна признаться в этом хотя бы самой себе. Я чувствую себя молодой, желанной. Давно не ощущала такого всплеска эмоций при одном взгляде на кого-то. В том, как он касается меня, в том, как смотрит, есть что-то… дикое. Неконтролируемое. Опасное.
И это здорово.
Но ладно, хватит. Нужно выбросить из головы всю эту чушь. Даже если он уложит меня в постель, это не значит, что мы уживёмся. Да и вообще, о чём я думаю? О будущем нужно думать.
Будущее. Вот что сейчас важно.
Жаль, здесь нет интернета.
Я бы с удовольствием поискала информацию об этом мире. О людях, об их укладе. О том, что меня ждёт, если я останусь здесь надолго.
Где же мне её найти?
Илья шагал по кабинету, сцепив руки за спиной, и с каждой секундой его раздражение росло. Никита сидел в кресле, вытянув ноги вперёд, и лениво вертел в руках бокал с остатками вина. Его беспечный вид только сильнее раздражал Илью.
— Ты ведешь себя недопустимо! — холодно бросил Илья, останавливаясь напротив брата. — Я не хочу, чтобы ты приближался к ней.
Никита вскинул бровь, ухмыльнулся и покачал бокал, наблюдая за игрой света на тёмной жидкости.
— Да ладно тебе, братец, — протянул он с ленивой усмешкой. — Это же не твоя настоящая жена, верно? Разве ты сам не говорил, что этот брак — пустая формальность? Или что-то изменилось?
Илья стиснул зубы, кулаки его сжались.
— Ты прекрасно знаешь, что изменилось, — процедил он. — Я не позволю тебе путаться у неё под ногами.
Никита рассмеялся.
— Под ногами? Ох, братец, боюсь, ты не совсем в курсе, кто за кем бегает. Она сама меня зазывала. Ты не представляешь, какая она горячая штучка! Сколько намёков она сделала!
— Замолчи! — рявкнул Илья, сделав шаг вперёд. Вены на его руках вздулись, а лицо потемнело от гнева.
Никита, однако, не спешил смиряться. Он лениво пожал плечами и, откинув голову назад, взглянул на Илью с вызывающей ухмылкой.
— Если бы я был плохим братом, то не стал бы говорить правду, — бросил он с видимой гордостью. — Но ты должен знать: твоя жена тебя обманывает. Она крутит и со мной, и с тобой, и ещё неизвестно с кем.
— Чушь, — отрезал Илья, но Никита продолжил, не обращая внимания на вспыхнувший в глазах брата огонь.
— Ты же знаешь, я никогда бы не стал делать что-либо тебе во вред, — с притворной серьёзностью произнёс он. — Просто я слышал, что эта женщина стала твоей женой обманом. Вот я и подумал испытать её. Так вот, я испытал. И знаешь что? Она лгунья. Неверная лгунья!
Илья в ярости схватил Никиту за воротник и с силой дёрнул вверх, заставив того привстать с кресла. Глаза его вспыхнули опасным огнём.
— Хватит! — прорычал он. — Я тебе не верю!!!
Никита, на миг по-настоящему обеспокоенный за сохранность своей великолепной физиономии, поднял руки в мирном жесте.
— Спокойнее, братец, — примирительно произнёс он, хотя в голосе всё ещё звучала издёвка. — Ты можешь не верить мне, но подумай. Ты уверен, что она не играет с тобой ради своей выгоды?
Илья стиснул зубы так, что на скулах заходили желваки. Внутри него всё клокотало, но он заставил себя разжать пальцы и оттолкнул брата.
— Уезжай, — тихо, но твёрдо сказал он. — Немедленно. Чтобы к утру духу твоего здесь не было.
Никита огладил помятый воротник, смерил брата задумчивым взглядом, а потом ухмыльнулся.
— Как скажешь, — лениво бросил он и направился к выходу.
В коридоре он остановился, провёл рукой по волосам и выдохнул:
— Проклятие…
Ему осталась всего эта ночь. Нужно было действовать немедленно. Встреча с княжной была слишком важна, чтобы упустить этот шанс. И если ради этого ему придётся рискнуть — что ж, так тому и быть…
Глава 23 Разобралась…
Я уже почти засыпала. Пальцы лениво поглаживали край подушки, мысли уносились прочь, в какие-то мягкие туманные дали. Камин потрескивал, разливая по комнате золотое тепло. Простыня приятно холодила обнажённые ноги. Было так уютно, что я не сразу поняла, что в комнате уже не одна.
Точно, был же неуловимый щелчок, который я приняла за треск поленьев в огне…
Тень метнулась рядом. Что-то хрустнуло в кровати — и вдруг огромная тяжесть навалилась прямо на меня сверху. Дыхание перехватило, ужас сковал руки и ноги, особенно когда мои пальцы несознательно коснулись совершенно обнаженного мужского бедра…