Анна Кривенко – Нежеланная невеста. Попала в тело толстушки (страница 41)

Глаза Серафимы лукаво вспыхнули.

— А я никому не скажу, — ухмыльнулась она. — Это будет маленький секрет. Посмотришь сама на представлении. У меня есть огромное преимущество: я отлично знаю, что любит дядюшка Яромир. Думаю, у меня получится его удивить.

Я хмыкнула. Мне хотя бы половину её уверенности…

Алексей…

Гостиница, в которой с трудом нашлись пару свободных мест, Алексею категорически не понравилась. Она была слишком далеко от дворца. Он бы с радостью снял номер получше — поближе, поуютнее. Но сейчас наплыв гостей был столь велик, что выбирать не приходилось.

Молодой человек с брезгливостью оглядел выцветшие шторы, тёмные покрывала на кровати, дощатый пол с облупившейся краской — и раздражённо фыркнул. Ладно уж, придётся потерпеть. Всё равно вариантов нет.

Слуга должен был ночевать с ним в этой же комнате, устроившись на лавке. Алексей распахнул окно и выглянул наружу. Город утопал в солнечном свете. Башни дворца поблёскивали яркими бликами. Поговаривали, что черепица была покрыта тончайшим слоем золота — чтобы давать именно такой потрясающий эффект.

Алексей чувствовал разочарование. Он надеялся поселиться поближе к Ирине. Где теперь её искать? Просто ходить кругами по дворцу и окрестностям в надежде её увидеть? По сути, он примчался сюда только ради неё. Но удастся ли ему вернуть их отношения?..

Глава 36. Просьба о помощи…

Весь оставшийся день я провела одна. Серафима с Николаем ушли куда-то гулять. Брат отправился на прогулку по дворцу — кажется, Серафима выбила для него разрешение для этого. Я же усердно работала над своим выступлением, однако чувства в душе были необычными. Как ни странно, всё это вылилось в новую песню — в крик души, который выплеснулся наружу единым росчерком. Я с изумлением уставилась на кусок бумаги, где запечатлела ожившие строчки своих эмоций.

Что это было вообще?

В одиночестве вернулась в сад к фортепиано и без труда наиграла мелодию. Серьёзно задумалась о том, не спеть ли мне её на выступлении, но она ещё такая сырая, её нужно заучивать. Даже не знаю… Полная растерянность. Пару часов я тренировалась на всякий случай.

Пришла в комнату страшно уставшей и прилегла отдохнуть. Не знаю, сколько проспала, но через некоторое время в дверь моей комнаты постучали, и без спроса в спальню влетела Серафима.

Я подскочила, сонно потирая глаза. Подруга выглядела ужасно. Глаза красные, вся нервная, дерганая.

— Серафима, что случилось?!

Последние остатки сна слетели с разума. Я поспешно обулась и рванула к ней, хватая девушку за плечи. Пришлось её встряхнуть, потому что она никак не могла прийти в себя.

— Рассказывай.

Усадила в кресло и заставила говорить.

Серафима разрыдалась. Сказала, что они с Николаем после прогулки в городе вернулись в свою беседку, а там их застал её кузен Олег. Княжич. Старший сын князевой сестры.

— Увидев меня с конюхом, он устроил скандал, — всхлипывая, пробормотала Серафима. — Пообещал всё рассказать князю Яромиру. Мы с кузеном никогда не ладили. Он всегда меня презирал, насмехался, а сейчас вообще решил меня уничтожить!

Она начала тереть глаза, отчего макияж потёк.

Я удручённо покачала головой. Так и хотелось сказать: «Я ведь предупреждала, чтобы не были такими беспечными!», — но решила, что Серафиму это только добьёт. Не буду упрекать. Нужно что-то придумать.

— Ты уверена, что он расскажет князю?

— Уверена, — Серафима начала рыдать пуще прежнего. — Он очень злой.

— Может быть, можно как-то с ним договориться? В крайнем случае — подкупить?

— Он на это не пойдёт…

Но вдруг она вдруг встрепенулась и посмотрела на меня с надеждой.

— Олег очень дружен с Виталием. С тем, кто свататься к твоему отцу приходил. Они как братья, всё время ходят вместе. Может быть, через Виталия можно было бы попросить?..

Я помрачнела, а Серафима тут же осеклась. Как будто только сейчас поняла, что именно предложила. Смущённо замотала головой.

— Ой, прости, прости. Конечно же, этого нельзя делать. Это поставит тебя под удар.

— Не стоит волноваться, — пробормотала я, потому что уже знала: решение принято.

Да, обращаться к Виталию и остаться ему должной — для меня это было едва ли не смерти подобно. Но разве у меня был выбор? Разве я могла не помочь Серафиме в этом случае?

Да, была раздражена на её беспечность. На то, что не прислушалась ко мне. Но она — моя подруга. И я должна быть за неё в любом случае, что бы ни происходило. Даже если она тысячу раз неправа. Это и есть истинная дружба — когда ты верен дорогому тебе человеку несмотря ни на что. А не отворачиваешься от него, если вдруг он не вписался в твои представления.

Когда я отвела Серафиму в её комнату, вернулась к себе, переоделась, поправила причёску и решительно выдохнула.

Иду к Виталию.

Попрошу его по-человечески. Может быть, в нём есть хоть какая-то совесть, и он не станет требовать от меня чего-либо невозможного. А там — видно будет.

На всякий случай взяла с собой Никиту, но попросила его быть поодаль — желательно, чтобы никто его не видел.

Мы отправились в путь. Насколько я знала, Виталий остановился в гостинице на соседней улице. Эта гостиница была не такой богатой, как та, в которой проживали мы, но там в основном селились богатые купцы.

Виталий обосновался здесь по простой причине — других мест просто не было.

Мне повезло: мы столкнулись с ним буквально на пороге. Правда, он был не один. Рядом с ним ошивалась девица явно благородных кровей. Она вешалась ему на руку, постоянно заглядывала в лицо, щебетала и смеялась.

Он выглядел странным — будто с трудом её терпел. Когда же я подошла и поздоровалась, он едва ли не грубо выдернул руку из её хватки. Его глаза загорелись, на губах заиграла улыбка.

Блондинка вытаращилась на меня. Потом перевела взгляд на него — и так помрачнела, что даже стала выглядеть более смуглой. Кажется, по его реакции она поняла, что Виталий очень рад меня видеть.

— Виталий, кто это? — капризно бросила она, глядя на меня исподлобья. Он проигнорировал её вопрос и шагнул ко мне.

— Здравствуйте, Ирина. Не ожидал увидеть вас здесь. Надеюсь, вы ко мне?

На его губах скользнула самодовольная улыбка. Ах, как мне не хотелось говорить, что я действительно к нему, но пришлось.

— Можно сказать и так, — ответила максимально равнодушно. — У меня к вам разговор.

Виталий просиял. А девица, заметив это, моментально вспыхнула от гнева.

— Что происходит? Виталий, вы обещали мне прогулку! Я ради этого приехала сюда аж из Колесовки. Вы не можете оставить меня вот так!

Молодой человек обернулся и посмотрел на неё с неудовольствием.

— Извините, Татьяна. Я уделю вам немного времени после того, как переговорю с этой барышней.

— Да кто она такая?! — взвизгнула девушка, глядя на меня презрительным взглядом. — Только не говорите, что это ваша мать!

Виталий посуровел. Он понял, что она хотела уязвить меня из-за моей нестандартной внешности и сравнила с женщиной значительно старше. Я не позволила ему что-то ответить на это, потому что произнесла сама:

— О нет, конечно же, я не мать этого молодого человека. А вы? Вы очень похожи на его сестру.

Девица насупилась.

— Я не сестра. Я невеста, — гордо заявила она, будто это был уже решённый вопрос.

Виталий покрылся красными пятнами от злости.

— Татьяна, немедленно прекратите. Я пока не дал согласия на этот брак. Можете передать моему деду, что если он так сильно желает видеть меня женатым — то женюсь я, однозначно, не на вас.

Девушка услышала, как её отшили, и замерла. Её глаза стали огромными, губы задрожали, по щекам покатились слёзы. Однако вместо того, чтобы скромно всхлипнуть и убежать, она открыла рот — и оттуда посыпались такие нечистоты, что даже у меня уши повяли.

Она прошлась по мне туда и обратно, называя то толстухой, то уродиной, то тёткой, чуть ли не старухой. Потом досталось и Виталию. Он, по её словам, оказался и кобелем, и бабником, и идиотом.

В итоге молодой человек не выдержал: шагнул ко мне, подхватил под руку и заставил зашагать прочь — подальше от этой истерички, которая ещё долго визжала нам вслед, заставляя окружающих оборачиваться и внимательно нас разглядывать.

Наконец, шок отпустил, и я выскользнула из его рук, резко остановившись.

— Мне жаль, что так получилось, — произнесла безразличным тоном. — Боюсь, эта девица подумала не то, что есть на самом деле.

— Она подумала правильно, — Виталий вскинул подбородок и задрал нос. — Вы — единственная причина, по которой я не собираюсь участвовать в этом навязанном мне договорном браке. Он мне не нужен, и я никогда на него не пойду. Потому что есть вы. Потому что я хочу видеть рядом с собой только вас!

Он пошёл в атаку так напористо, что я растерялась. После диких проклятий девицы мне на голову посыпались безумно крылатые комплименты. Он прошёлся по моей внешности, отметил невероятную красоту души, сказал, что никого более удивительного ещё не встречал.

Я, не привыкшая к такой похвале, даже рот открыла от изумления, но тут же закрыла. Мне не стоит поддаваться на эту лесть. Я до сих пор не уверена, что именно им движет. И вообще, я пришла сюда не за этим.