Анна Котляревская – Даже Дьявол заслуживает на любовь (страница 34)
Вода заполняла комнату, угрожая превратить ее в «святой бассейн», который легко сожжет наши тела…
– Люциан, что происходит? – страх начал подкатывать, но я гнала его.
– Бог балуется грешками дьявольскими, – оскалился мужчина. – Ева, исцели себя. Я разберусь с остальным.
–
Люциан создал огромную огненную лавину, которая сжигала двери в прах. Оставалось совсем немножко и мы будем свободны… Но святая вода уже была возле нас… Еще миллиметр и…
Дамас подхватил меня на руки.
– Бежим! – крикнул Люциан, и демон рванул с места.
Оказавшись на свободе, он опустил меня на землю и мы побежали по темному коридору по направлению к церковному залу. Вспышки света преследовали нас, ослепляя… Теперь я поняла зачем нужны были очки.
Перед глазами я видела крест. Настоящий христианский крест. Голоса ангелов пели в моей голове, читая странные молитвы. Пыталась отмахнуться от ведений, но получалось слабо… Особенно тяжело было Дамасу… Он начинал задыхаться, а его черные глаза словно бы выжигались от божьего света.
Мы выбежали в церковный зал, и я закричала:
– ХВАТИТ!
Это было неожиданно, но все стихло в один момент.
Мы сняли очки, а Дамас схватился за свои глаза. Люциан ошарашено смотрел на меня, красный как рак. Мы все тяжело дышали.
Раньше я задавалась вопросом… На что же способен Бог? Теперь я знала…
– Дамас, мы отправим тебя в Ад, – сказала я, а он лишь кивнул. Его глаза восстанавливались, принимая черный цвет обратно. – Но прежде… я задам один вопрос. Ты убил человека, в чьем теле находишься сейчас?
Демон пялился на меня, но уже через секунду ответил:
– Он покончил с собой, – парень приподнял голову, и я увидела шрам от веревки на его шее.
– Ты посеял эту мысль в его голове?
– Я.
Молчание затянулось, мне нужно было все обдумать.
– Он был духовно слаб. Желал освобождения, и Дьявол позволил дать ему это освобождение, – сказал демон.
– Тогда почему ты сам не убил его? – задалась вопросом я.
– Это было бы убийство ради удовольствия. А мне приказали дать выбор.
Дамас отвечал словно солдат и моё сердце снова болезненно сжалось. Я не знала, где бы ему было лучше, но Ад – единственное место, где он будет в безопасности.
– Ты отправляешься домой, Дамас. – Я подарила ему легкую улыбку и повернулась к Люциану. – Поможешь мне?
– С удовольствием.
Мы взялись за руки. Огонь тут же начал ползти от нас, образуя перевернутую пентаграмму. Она заключила демона в свои сети. Наши пальцы с Люцианом сплетались, я чувствовала его энергию, а он мою… Она текла по нашим венам… И это слегка кружило мою голову… Он был сильным. Очень сильным.
Глаза мужчины налились красным золотом и меня пронзило волной удовольствия. Конечно, я знала, что колдовать это слегка интимный момент. Но когда мы колдовали с Бонни, такого я точно не испытывала.
Мы не сводили глаз друг с друга и громко заклинали:
Углы пентаграммы начали разъезжаться в разные стороны. Демон выпустил крылья.
– Ты должна знать кое-что, – я повернулась на голос Дамаса. – Твои родители часть общества Божьего Таинства.
– Порой они себя так называют, – сказал Люциан за моей спиной.
Я стояла, пытаясь осознать, но…
– Почему ты так думаешь?
– Потому что это они придумали способ убийства демонов, – ответил Дамас и полетел в Ад.
Меня словно бы придавили бетонной плитой. Пошевелиться я не могла. И сказать что-либо тоже. Я не могла поверить в эту правду…
–
Он словно бы обращался ко мне из потустороннего мира. Я медленно повернулась к нему.
– Это правда? – это все, что я могла спросить.
Мужчина молчал и с беспокойством смотрел на меня.
– Да.
Да?
Нет… Нет… Нет!!!!!! Этого не может быть!!! АААААААААААААААААААААА!
Я сжала кулаки, удерживая весь свой гнев, непонимание и боль. Хотелось выть. Выть и разрушать!
– Почему ты не сказал мне?! – крикнула я и стекла треснули в зале.
Люциан даже не обратил на это внимание, но ответ дал:
– Это бы не сделало тебя счастливой.
Счастливой?! Да, это просто убивает меня!!!
– Ааааааааааааааа! – я разжала кулаки и струи огня вырвались наружу, испепеляя зал, словно драконы. – Аааааааааааааа! – я кричала до срыва.
– Ева, – Люциан сделал два шага ко мне и сжал мои руки, прекращая нескончаемые огненные потоки.
– Не успокаивай меня, Люциан! Они мои родители… И они создали оружие для убийства! Ты хоть понимаешь?! – я даже плакать не могла, лишь кричать и сходить с ума от осознания…
– Они верят в Рай на Земле. Ты же знаешь, как это работает, – мужчина пытался словить мой бешеный взгляд.
Я опустила голову, тяжело дыша. Бог хотел наказать меня физически. Но это было ничто по сравнению с тем, что я ощущаю сейчас…
– Все хорошее становится плохим, – я подняла взгляд на Люциана. – Все, что я любила… И за что боролась… Кошмарные вещи происходят вокруг. И все это деяния близких мне людей…
– Все совершают плохие поступки, Ева. Кто-то большие, кто-то маленькие.
– Я просто хочу понять, что такое «белое», а что такое «черное». Потому что мне начинает казаться, что белого не существует вовсе… если даже Бог прибегает к столь жестоким методам, – огонь все еще тлел в моей душе. –
Мужчина опустился к моему лицу и прошептал:
– Как я уже и говорил, важно лишь то, с какой стороны ты смотришь на грех, – колдун лукаво улыбался. – Это может оказаться грехом. А может оказаться
Наши губы были в миллиметре друг от друга. Я чувствовала его дыхание и начинала возбуждаться… Его ладони удерживали моё лицо, а глаза растворяли в адском пламени.
– Я хочу сжечь эту церковь до тла. Грех это или свобода? – я смотрела на мужчину в ожидании истины.
– Свобода… – прошептал он и наши губы обожгли друг друга чувственными прикосновениями.
Я вела языком по его горячим губам, а рукам позволяла блуждать по его мощным плечам.
Чем глубже его язык проникал меня, тем сильнее разгорались костры в зале. Стены, деревянные лавочки, картины Святых… Вспышка за вспышкой… Наша магия поглощала все… А наша страсть подпитывала нашу силу. И казалось, что ничего сильнее в мире не существует.
Пальцы Люциана крепко сжимали мою задницу, а стон наслаждения вырывался из него. Я была окутана ароматом его тела, которое прижималось ко мне… Возбуждение нарастало с невероятной скоростью. По телу раскатывались волны энергии Люциана. Я ощущала его возбуждение не только физически… Я чувствовала его возбуждение в себе… И оно было велико…