Анна Коршунова – Измена. (Не) будь моей истинной (страница 9)
Больше я ей ничего не рассказывала. Ни как Макул меня первый раз серьезно избил, ни как рисовал на моем лице кровью «ШЛЮХА». Он часто ревновал меня ко всем кому можно. Даже собственному брату. Это был самый настоящий ад.
Сейчас же я понимаю, насколько мне повезло, что этот монстр решил от меня избавиться в тот день и меня встретил Доминик. Спас, поселил в пещере. Хоть там и присутствовал минимум удобств, я привыкла даже к такой жизни и иногда скучаю по тем временам. Тогда мне было спокойно. Никто не дергал, не приставал. Единение с драконом и природой частично заживило мою душу.
Теперь же… я простая горничная. Может быть моя работа не солидная и занимаю я не самое высокое положение в обществе, зато я под защитой правителя Ирдиса, живу в тепле и сытости.
Мое нынешнее положение – это лучшее, что могло со мной случиться. Ведь теперь я имела свободу, первые собственные финансы. Это куда лучше, чем находиться с уродом-мужем или возвращаться к предателям-родителям. Каждый из них все еще цепляет мое сердце и вызывает жажду мести. Особенно первый.
С местным персоналом у меня также удалось наладить отношения. Кроме Идэи, но ее тут, как выяснилось, и без того недолюбливали. Поэтому принять ее хамство на свой счет было опрометчиво.
А вот с Одри мы вообще стали лучшими подругами. Общая проблема сплотила нас и сблизила.
Господин Гектор и госпожа Веселина часто отсутствуют. Правитель не редко уезжает в столицу, а его жена много работает. Это меня тоже удивило. Чтобы сама жена правителя не сидела дома, воспитывала наследников, проживала праздный образ жизни, а участвовала в делах своего мужа на равных.
Я слышала, что они говорили о каких-то Жрецах тьмы. Кажется, они ищут девушку по имени Арделия.
На днях они вновь уехали в Амбору, а в доме остался один Доминик, который после того инцидента в его комнате от меня отстал. Больше мы с ним не пересекались, а завтраки и ужины, когда остальные уезжали, я старалась накрывать пораньше и затем уходить.
Его, мои такие избегания, кажется устраивали.
По крайней мере он не делал мне замечания по этому поводу. Да и в целом был каким-то загруженным и…более серьезным, что-ли.
Он редко бывает дома. Как днем, так и ночью.
Постепенно я успокаиваюсь и желание вновь порадовать дракона, что спас мне когда-то жизнь просыпается. Я узнаю его любимое блюдо и договариваюсь с Белиндой, чтобы она уступила мне кухню и дала возможность приготовить своеобразный сюрприз.
Сегодня я специально захожу в столовую, неся в руках презент, когда Доминик уже там. Он одет в черные брюки и такого же цвета рубашку. Парень в целом сейчас выглядит максимально мрачным и чем-то недовольным.
Идея с подарком начинает потихоньку растворяться вместе с моей силой воли.
Я хочу уже развернуться, как Доминик оборачивается и окидывает меня своими голубыми глазами, останавливаясь на том, что я держу в руках. Теперь дороги назад нет. На дрожащих ногах, я подхожу к столу.
– Что это? – Приподняв одну бровь, спрашивает он у меня.
– Торт. Шоколадный с вишней. – Я ставлю его на стол.
– Я вижу. У кого-то сегодня день рождения?
– Нет, это вам…за спасение меня и Ви. – Мои щеки краснеют.
Доминик, как-то странно смотрит сначала на меня, потом на торт. Скривившись, он холодно бросает.
– Я не люблю сладкое. И благодарить меня не за что. Это все дракон. Он тебя пожалел и спас.
Его слова больно режут по сердцу. Я старалась, я думала…
Парень только, что намекнул, что будь он на месте дракона, то оставил бы меня там умирать…как и Макул!
Эта правда разрывает меня на куски. Я напридумывала себе то, чего нет.
Как я могла всерьез поверить в свою сказку?!
Слезы подступают к самому краю, но я их удерживаю. Я никогда не плачу при посторонних. Никогда.
Макул ненавидел слезы.
Каждый раз, когда он видел их у меня, то жестоко наказывал.
– Хорошо. – На выдохе отвечаю и отламываю рукой кусок торта, уродуя его тем самым. – Тогда я сама его съем. – Затем подношу ко рту и, глядя в глаза Доминику, кладу кусок в рот.
Он следит за моими действиями молча. А меня уже несет. Этот козел, перешел черту. Я не позволю с собой так обращаться.
Больше никогда и никому!
Хватит быть жертвой!
Отрываю еще один кусок и запихиваю в себя остервенело.
Я не обязана быть благодарной для таких, как они. Драконы, что возомнили себя чуть ли не богами.
Съесть целиком торт в одиночку – это импульсивное решение, которое воплотить в жизнь мне не удается. Уже на третьем куске я понимаю, что еще чуть-чуть и все полезет обратно.
Бросив эту затею, я просто выбегаю из столовой прямиком в свою ванную. Мою руки и лицо. Когда все становится чистым, гляжу на себя в зеркале и даю волю слезам.
*** Доминик.
Я расслабляюсь и откидываюсь на спинку стула, прикрыв глаза.
Надеюсь, теперь Рина поймет свою роль здесь и, что я не собираюсь с ней вступать в отношения.
Никакие.
Ни дружеские, ни романтические, ни какие-либо еще.
Ее попытки угодить и быть вечно покорной раздражают меня.
Заставляют оттолкнуть от себя.
Потому, что если она продолжит так себя вести по отношению ко мне и дальше, боюсь мои мысли уйдут далеко за приличные.
Соски Рины не дают мне покоя с того самого дня, когда я их бездна увидел. Они снятся мне, я представляю их, когда занимаюсь любовью с Идэей. А еще, когда вижу девушку в платье горничной. Оно конечно обладает скромностью и скрывает все, что мне довелось увидеть ранее, но моя фантазия работает против меня.
Стоит об этом подумать, как возбуждение вновь пробуждается, а в штанах происходит шевеление.
У нее большая грудь. Наверное, мягкая.
У Идэи она другая.
Дракон стремится выйти на первый план, толкает меня встать и отправиться за девчонкой, затащить в комнату и от иметь. Грязно, пошло, без каких-либо прикрас. Показать, какое она чудовище посчитала своим героем и спасителем. Кому так рвется угодить и под лизать.
Мой взгляд цепляется за торт, точнее то, что от него осталось.
Мне все же удалось разозлить ее. Выпустить гнев. Сковырнуть покорность.
Она не так проста, какой хочет казаться.
Интересно, в постели она такая же горячая, как и…
Тянусь к торту и доедаю остатки. Тоже руками. На удивление он вкусный. Рина умеет готовить, в отличии от Идэи.
Идэя моя любимая, моя истинная, данная богами. А Рина… девушка, что по воли случая оказалась со мной в одной вселенной и которую я спас.