Анна Князева – Покаянный (страница 6)

– Слушай, может я тебе воды дам? Не пей это, – сказал Демид нищему.

Нищий печально посмотрел на него и сказал:

– Спасибо, что не побрезговал со мной поговорить. Одна женщина мне посоветовала совершить суицид, чтобы не засорять воздух своей вонью, – пояснил мужчина.

– Тебе дать денег, может быть? – спросил Демид.

– Я не попрошайничаю. Веришь или нет: я сознательно выбрал пить эту воду. Думал, что умру побыстрее, но нет. Природа человека не столь слаба, как я полагал. Думаю, выбраться из города к руслу реки и вообще помыться. Оставаться здесь для меня уже бессмысленно. «Времени у меня много дойти», – сказал нищий.

– Ты там не выживешь один, – сказал Демид, – пойми, что люди всё делают вдвоём, как минимум. Никто не умеет выживать в одиночку. Природа у нас е та.

– Знаю. Всякая тварь умирает в одиночку, тем не менее, – пояснил нищий, – я оставил себе право это решить один. Просто хочу умереть естественно: как сложились обстоятельства, так я их и снесу перед концом.

– Как тебя зовут? – спросил Демид.

– Меня зовут Джан. Я уже не первую неделю скитаюсь по родному Петербургу. Никогда не думал, что оформлю на жену квартиру и она меня вынудит выписаться. Я потерял работу и не смог поменять специальность: не было денег. Жена вот и попросила выписаться, чтобы продать квартиру и ребёнку образование дать. Я тоже решил, что сын важнее, а потому повторю: я сам так решил. Это моё самоубийство: я никого этим не обидел, кроме себя и людей, что чувствуют от меня запах, проходя мимо. Они же не понимают, что может сложиться ситуация в жизни: или ты, или образование и будущее твоего сына. Я своё отжил и рад, что жена нашла выход его обеспечить. Но она не могла со мной жить, как я не мог жить с ними.

– Ты пробовал хоть к ним вернуться? – спросил Демид.

– Да. «Она тоже мне посоветовала покончить с собой, потому что не сможет меня прокормить». «Я знаю, что жалок, но тупик, в который я попал, оказался непреодолим: из-за исполнительного производства по кредиту для сына, который я брал, меня даже грузчиком не взяли в супермаркет», – сказал Джан.

– Пошли. У меня переночуешь, а там разберёмся, как тебе вылезать. Всем иногда нужна помощь. Сдаваться рано, – сказал Демид.

– Не строй из себя героя. Тебе это будет в тягость, а я не хочу тебя тяготить или быть тебе обязанным, – уже было хотел отказаться Джан.

– Зря. «Я как раз изнывал от скуки: хоть какое-то разнообразие», – сказал Демид, – кстати, ты в шахматы играешь?

– Да, я же рабочий, – сказал Джан.

– Ну вот и сыграем, – сказал Джан, – иногда хорошая компания дороже денег.

Джан ещё немного взвесил все за и против и решил принять предложение Демида: даже окажись Демид местным маньяком, что ему от того? Он всё равно мучительней умрёт в лесу. Он встал, и они вдвоём отправились к Демиду искать за игрой в шахматы варианты восстановления жизни Джана.

* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *

Как приятно, когда в человеке есть хотя бы человек. Он как всегда развеселил Вся. Хороший он живой существ. Правда иногда дерзить тоже любит, хотя у него красивее это получается, чем у большинства человеческих организмов. Скучно опять смотреть, как они будут играть в шахматы. Вся надо показать живым существам красивые сны.

* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *

Глава 3

Петербург прекрасен куполами церквей и церквушек, где молятся священники и монахи разных авторитетов и духовных классов. Иерархия, иерархия, иерархия. Авторитет – это очень важно. Кто Богу угоднее я или мой коллега? Для кого из нас грех заключён в правде, а кто лицемерит? Постоянные диспуты священников о том, кто же Бог в их жизни не угасали в их жажде прославиться до вершин Ватикана, Рима, Иерусалима, раскрыв эту страшную тайну. Видели бы они беседы Демида… Видели бы они то, что он может видеть…

Тёма и Ольга в этот солнечный день тоже молились: каждый по своей причине. Тёма молился лишь о том, чтобы его преступление, что он совершил неделю назад никем не было раскрыто. Он продолжал жить, ходил на работу, успешно объяснял ученикам сложные нюансы работы на ПК, но волнение не отступало. Он жестоко заблуждался, что, если он сможет взломать доступные государственные сервера, то найдёт там что-то ценное. Естественно, он не смог взломать почти ничего, так как даже ip вычислить оказалось непросто: он в результате просто запутался, что ему взламывать, и в психе украл данные Пенсионного Фонда. Да, он теперь знал размер выплачиваемых пенсий населению, но тогда он от стыда даже позеленел. Тёма рассчитывал, что взлом государственного канала ip его выведет на федеральные базы с военной информацией, страшными тайными документами и так далее. А что по факту? Списки пенсионеров, инвалидов и граждан с оформленными субсидиями. Словно сама жизнь над ним насмехнулась в этот момент. Взламывая найденный адрес государственного учреждения, Тёма не знал, что это такое: просто хотелось им подпортить хоть чем-то репутацию, слив их секретные преступления журналистам, но жизнь этим результатом взлома словно дала ему ответ: «Они ещё платят пенсии…» Тем не менее, Тёма был подобен Родиону Раскольникову в муках его совести и страхе поимки за это: он уже десять лет ничего такого не делал, а тут сервер Пенсионного Фонда взломал не слишком блистательным инструментом – куча мусора и следов, по которым он лишится и репутации и своего компьютера. Всё, что Тёме оставалось: молчать и терпеливо надеяться, что всем будет это безразлично.

Ольга Жаневрова писала статью в личном блоге на основании интервью по Скайп с местным политологом: они вели разговор о потребительских налогах на оружие в России и зачем вообще в современных условиях гражданину оружие. Отчего человеку защищаться оружием? Естественно, политолог пошутил, что только от нашего правительства и ЖКХ им и следует обороняться в столь мирной обстановке. Ведь на фоне общих социальных масс преступлений очень мало: даже не заметил бы никто, не напиши о том много статей журналисты и криминалисты. Однако политолог отметил, что инвалидов и нищих в безденежье видят абсолютно все, но криминальная хроника, безусловно интересней, так как она отражает проявление социального бунтарства. Ольга всё писала обыденные статьи, чувствуя, что в этих буднях она теряет что-то важное из своей собственной жизни. Обыденная охота за достатком подарила ей способ сбежать от очевидного: она ничего по существу по делает, живя в городе. Да, она популярна. Да, кто-то даже узнал её в магазине и поблагодарил за публикации, но что есть в её жизни по существу? Она понимала, что ничего нет: только небольшая зарплата, на которую она развлекается и немного имущества в пределах жилья. Всё. Все её поездки заграницу, путешествия, которым она хвасталась… Где это всё сейчас? Где же всё это?

А тем временем где-то в России кто-то применил оружие по назначению и застрелил маленькую девочку, что играла на детской площадке. Девочка была там одна и свидетелей не было. Убийцу так и не нашли, потому что продавец патронов не смог среди массы проданных партий патронов найти им информацию о покупателе: полиция просто не предоставила СМИ данные для публикации хроники об этом инциденте. Это бывает очень часто: много пострадавших, но нет виноватого. Когда виноватого нет, значит нет преступления. Всё предельно логично, всё закономерно. Справедливость превыше всего: нужно только успешные поимки публиковать, а не портить репутацию исполнительных органов общественного правопорядка. Всё правильно. Сколько документов на оружие оформляется! Сколько разрешений! А мнение человека в процессе получения документа и после в его лицемерии меняется. Искушение пострелять в прохожих, как в песнях шансона нарастает, и мужчина в шутку в девочку стреляет. Вообще без задней мысли: у него не было даже мотива. Просто так жаль, что оружие пылится без дела, а что эта? Что у неё будущее есть в этой стране? Вон вся растрёпанная, худая – родители бедные, явно. Надо ей страдания облегчить, а то жалко будущую шлюху на панели.

* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *

Интересно, почему тот живой существ решил убить ребёнка? Он считает, что так сможет что-то изменить в этой тяжбе? Какой же глупый живой существ… Интересно, а кто сегодня ещё стреляет?

* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *

Он давно мечтал об этом, но не мог убедить остальных использовать продукты своего концерна по назначению. Он видел нищих на улице, но ничего не мог сам исправить: отпусти он всё своё богатство населению – не прокормил бы сам. Тем не менее, это сильно тяготило миллиардера, имеющего в оружейном концерне контрольный пакет акций. Он получал всегда от Государства множество заказов для их забав, понимая по существу, что вложился в торговлю человеческими трупами. У его взывало презрение это обилие финансирования его же собственного источника заработка: сам он мечтал бы открыть большую фабрику и видеть вокруг счастливых детей, включая своих. Но нет возможности: правительство уничтожает заводы завышенными требованиями к производству. Его часто мучали мысли: они намеренно или случайно это устроили? С каких времён многие заводы и фабрики работали и всё – устарели, мол. Надо закрывать. Почему не купили туда модернизацию? Как же люди, что там работали? Сколько лет этим забытым и текущим событиям!