Анна Князева – Покаянный (страница 7)

Он косвенно предполагал, что правительство следует далеко не национальным интересам и уже давно, но не знал, как ему это доказать. Он уже давно заказал приём президентом по волнующим его вопросам и получил разрешение посетить его сегодня. Он нервничал: не знал, что спросить и что делать. Он вздохнул и зашёл к его большой, богатый кабинет. После приветствия и всех формальностей. Что он проделал на естественном автомате они перешли к обсуждению того, что его волновало больше всего:

– Я не собираюсь им ничего об этом сообщать. Пойми, что моя мечта, как лица этой страны – восстановить её. Я с молодых лет, если перейти на наш прежний манер общения, пытаюсь починить здесь то, что они продолжают разваливать. Я – это один человек. Да, у меня есть силовые структуры, но они не дают мне должных полномочий на реформирование внутрирегиональных и внутритполитических процессов. Здесь я всегда делегирую полномочия – это их намеренное решение, понимаешь? Я могу лишь не одобрить что-то с их стороны, но не могу их во всём остановить. К тому же, если предельно честно, я боюсь за моих детей… – сказал Владимир Владимирович.

– За ними есть кто-то ещё? – спросил он товарища.

– Конечно, там целая иностранная гидра, – сказал Президент, – наших военных сил давно недостаточно для противостояния и фактически – мы исполнители. Уже давно для многого нам необходимо одобрение США, Китая, Великобритании и НАТО в некоторых вопросах. Я не перечисляю даже их отдельные органы и структуры: ты итак знаешь. В катастрофе страна: нет никакого кризиса. Мы реформируем, исполняя в большинстве случаев указание вышестоящих, потому что всё продано ещё до нас в молчании. Мы устраивали уже не одно собрание, но люди склонны принять временное существование России, чем пытаться им оказать противостояние.

– Но ты же нарушил их указание, отстояв Крым? – возразил он, – они же тебе запретили им мешать тогда.

– Инстинкт военного, – ответил Владимир, – я просто послушал мнение своих людей. Просто уже у меня самого не было сил терпеть их произвол. Мне просто стало наплевать на их реакцию, и ты видишь, то они предприняли.

– Значит, ты решил до конца отыграть эту роль политической пешки? – спросил он товарища.

– А куда мне деваться? – сказал Владимир, – наша валюта заграницей считается просто бумажками. Уже давно мы в финансовых гарантиях мошенники на мировой арене. Все напечатанные финансовые ассигнации не более, чем в использовании их для приобретения продукции нашего производства, игра не нервах и обещаниях. «Завтра сделаем и завтра заплатим» – только это в результате иностранные партнёры часто и слышат.

– Почему министерства ничего не предпринимают? Там же вся крыша исторических правителей… – спросил он, опустив формальные слова, – они же должны понимать, что люди, как минимум, производят им еду.

– Моё мнение: они уже вообще ничего не понимают и находятся в какой-то прострации. Я смотрю на некоторых и мне от одного взгляда становится жалко. «Ты бы слышал, что они выдвигают и предлагают мне на рассмотрение для продолжения процесса реформирования законодательства», – сказал Владимир, – иногда доходило о их отставки просто за неадекватность предложения. Ладно ещё, если в коммунистические идеи, подобно Зюганову, уходят, но иногда просто безумием одержимы. Просто весь предлагаемый законопроект пропитан какой-то жаждой быстрее истребить население. Я про любителей запрещать.

– Кстати, что вы решили по поводу усыновлений трансвеститами? Так же, по-моему, формулировка? – решил он отвлечься от вопроса, что стал даже в разговоре уходить в некую пропасть безысходности.

– Ну, я одобрил, как обычно, – сказал Владимир, – без них в стране размножаются всякие уроды. Не хватало ещё, чтобы люди нетрадиционной сексуальной ориентации заполонили страну своей модой.

– Да, ты прав, – сказал он, – спасибо за то, что немного прояснил мне происходящее. Мне нужно было только это.

Попрощавшись с Владимиром, он решил вернуться домой: слишком становится опасно на улицах Федеральной России, поглощаемой безумием отчаявшихся простых людей…

Он продолжал смотреть уплачиваемые налоги производства концерна и верить в завтрашний день с закрытыми сейчас глазами…

* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *

Глупый живой существ! Надо было не бояться их и всё равно завод людям построить, назначив там маленькую армию! Как в Китае надо! Как в Китае надо делать!

* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *

Даниэль в этот день, как обычно, пошёл к банкомату снимать деньги и опешил, протирая глаза. Он вытащил карту из банкомата и вновь погрузил в устройство. Сердце билось в бешенном ритме. Он ещё раз посмотрел и не понимал, что происходит: откуда у него на счету пять миллионов?

Он задумался: спрашивать ему или нет у банкиров историю перечислений? Он побоялся и снял сколько мог: 50 000 руб.

Он весь бледный пошёл в магазин покупать машину как можно быстрее, потеряв всякие следы собственного рассудка. Пусть будет две машины, главное, что они будут в его собственности.

Внезапно раздался звонок. Он взял трубку:

– Привет, Даниэль. Тебе дошёл подарок? – спросил голос в телефоне.

– Кто вы? – спросил бледный Даниэль.

– Не спрашивай. Просто следуй моим указаниям, а не то мы выставим это содействием в краже нашего же имущества и никуда ты не денешься, как и твои друзья. Остальное не по телефону, – дальше незнакомец назвал место встречи и улицу города рядом с одной из церквей Петербурга, – бери с собой Ольгу и Артёма. Артёму передай, что мы знаем о том, чем он занимается на досуге с домашнего ip…

Даниэль побледнел ещё сильнее, но не растерялся и всем сообщил об этом. Он сейчас больше всего сожалел, что у него нет оружия: он даже не знал кто его шантажировал столь грамотным способом…

К вечеру Артём, Ольга и Даниэль собрались в ожидании у местной церкви. К ним подошли Демид, Джан и ещё женщина пожилых лет с каким-то человеком в военной форме.

– У меня есть просьба из перечисленных вам денег передать нам четыре миллиона. «Остальное можете оставить себе, хоть это и не много», – сказал Демид.

Даниэля мучала жадность, но спокойствие Демида его ещё сильнее терзало. Он спросил:

– Деньги краденные?

– Да и украли их вы. Лучше от них избавьтесь побыстрее, так как в этом случае здесь просто ошибка работы банковской программы, – с улыбкой сказал Демид, – в противном случае просто вы украли эти деньги, а мы вас поймали.

– Как мне снять средства? – спросил Даниэль.

– Оплатить этот счёт, – Демид протянул ему стоимость операции на удаление раковой опухоли.

– Хорошо, – сказал Даниэль.

Артём всё это время смотрел на Демида как фанатик. Он был у него за это готов взять автограф: у человека, что смог такое провернуть. Артём сам пытался недавно взломать местный сервер, но потерпел фиаско, так как не знал, что за ip он вообще ломает. А тут вон как всё схвачено: прямо с представителями пенсионного и полиции пришёл. Он не мог не уважать Демида…

Реакция Ольги была совершенно аналогичной.

– Ждём деньги завтра, – сказал Демид, – на счёт проверки платежа не беспокойтесь. Всё уже оговорено.

После этого Демид и его хорошие знакомые ушли дальше продолжать контроль текущего процесса. Перераспределение капитала на благотворительность не преступление – это нельзя так даже называть.

Через час Даниэль в ближайшем отделении банка перечислил деньги. Женщина, что принимала платёж чувствовала неладное, но ей кто-то позвонил и она спокойно всё провела: и очень быстро. Обычно такие платежи проверяют несколько суток, но здесь был иной случай – срочная операция человека.

На следующий день Демид получил его долю: два с половиной миллиона. Он вернулся домой и сказал Джану:

– Видишь? А ты переживал! Сейчас тебе за городом какой-нибудь домик найдём или в пригороде, в деревнях. Тебе не один я помог: тебе все люди, которых ты видел помогли. Собирайся, – Демид на свои деньги купил ему много одежды.

– Огромное спасибо, – сказал Джан.

Дальше события развивались достаточно быстро: Демид уже давно знакомую, что торгует загородными домами найти что-нибудь подешевле – лишь бы была земля еду выращивать и небольшое одноэтажное помещение, но она решила продать получше, так как всё равно все участки стояли.

В результате Джану оформили домик в пригороде Петербурга, который вообще никто не покупал из-за того, что там было убийство. Для Петербурга два с половиной миллиона вообще не деньги и приобрести на это недвижимость можно только по хорошему знакомству с продавцами. Дом был хороший: из белого кирпича, одноэтажный. Внутри тоже выглядел не плохо. Адрес и кадастр были оформлены: то есть это частный дом, а не садовый участок садового товарищества, хотя Джан и тому бы был рад.

Демид и его знакомая, которую звали Дарья, с радостью смотрели, как Джан рад жилью. Рад, что сможет еду хотя бы выращивать, так как после пережитого он боялся зависимости от работы: опять его возьмут и со стабильной заработной платы оставят на улице. Демид оставил ему на всякий случай свои контакты и пожелал удачи, уехав с Дарьей в ближайшее кафе на своей машине.