Анна Кейв – Школьный клуб «Лостширские ведьмы» (страница 3)
– Мы не дикари, Саванна, – упрекала ее Лиз, подавая пример эко-стиля с сумкой из переработанной кожи.
Была и Дженна Дормер, одержимая винтажной модой. Она постоянно приносила на встречи свои находки из местного секонд-хенда, утверждая, что каждая вещь имеет душу. Лиз относилась к этому снисходительно:
– Главное, чтобы эта душа не пахла нафталином, Дженна.
Но особенно отличалась Клэр Фитцжеральд, которая недавно (по меркам Лостшира) переехала из Манчестера и обладала смелым чувством стиля, которое иногда даже превосходило идеи Лиз. Клэр была красива и любила привлекать к себе внимание, ради этого она даже прошла прослушивание и получила главную роль в школьном спектакле. Несмотря на это, Лиз держала Клэр близко, ведь конкуренция всегда держит в тонусе.
– Пусть лучше Клэр станет моей правой рукой, нежели создаст свой клуб, – пояснила она Ксавьеру, когда тот задался вопросом, для чего принимать в «Лабораторию стиля» новенькую, которая раздражала Лиз одним своим присутствием. И в особенности сумкой-тоут из последней коллекции «Miu Miu».
Лиз пережила алгебру, испанский и историю, не забыв сделать комплимент миссис Эпплби, а точнее ее платку, на котором была изображена карта Европы в Средние века. Лесть легко срывалась с ее губ с коралловым блеском, помогая заработать дополнительные баллы по истории. К сожалению для Лиз, этот подход работал только в отношении миссис Эпплби, других учителей сложно было подкупить лживыми любезностями.
Ровно в половине первого, минута в минуту, Лиз вошла в бывший кабинет игры на духовых инструментах. Заседания клуба «Флейты и тромбона» просуществовали всего два месяца, пока вконец не достали директора – мистера Мензиса, – чей кабинет располагался прямо напротив.
За этот кабинет с ярусными деревянными полками, на которых стояли футляры для инструментов, разгорелась нешуточная борьба между несколькими школьными клубами. В итоге Лиз смогла заручиться поддержкой директора, пообещав, что «Лаборатория стиля» будет не просто клубом, но и гордостью школы. Ее уверенность и дар убеждения подкрепил отец, выступавший меценатом старшей школы Лостшира.
Однако, из-за острой нехватки кабинетов, мистер Мензис подселил к «Лаборатории стиля» еще один клуб, который Лиз ненавидела всей душой.
«Лаборатория стиля» занимала кабинет в понедельник, среду и пятницу, а «Лостширские ведьмы» пользовались им во вторник и четверг. Это вызвало немало неудобств для Лиз, ведь «ведьмы» оставляли после себя беспорядок, который, по мнению Лиз, противоречил любым нормам эстетики.
Кабинет был просторным, с высокими потолками и большими окнами, которые выходили на школьный дворик. Пол, застеленный темным паркетом, иногда скрипел, но на это можно было закрыть глаза. На одной из стен висела доска, украшенная нотами из фольги – остатками прошлого клуба. Лиз решила оставить ее и превратила в «Доску вдохновения», где размещались цитаты дизайнеров, вырезки из модных журналов и эскизы членов клуба.
Однако Лиз мечтала переделать кабинет. Она представляла его в светло-розовых тонах с бархатными креслами и элегантными столами, которые заменили бы неудобные старые парты. Ближе к окну она хотела поставить зеркало в золотой раме, чтобы члены клуба могли видеть результат своих модных экспериментов. К сожалению, пока бюджет не позволял этого сделать, а мистер Мензис строго-настрого запретил любые значительные изменения.
Войдя в кабинет после «ведьм», Лиз обнаружила на столе кучу обгоревших свечей – и это несмотря на запрет директора об использовании свечей в стенах школы! – и странный, слегка сладковатый запах, который «ведьмы» объясняли ароматерапией. Лиз, брезгливо сморщившись, провела рукой по поверхности стола, на которой остался слой воска, и прошипела:
– Этот кабинет должен быть символом утонченности, а не фоном для… ведьминых обрядов.
Она тут же отправила в чат клуба сообщение:
Конечно же, в уборке Лиз участвовать не собиралась. Но кто-то должен был руководить процессом. Она чувствовала себя хозяйкой положения.
Кабинет мог быть несовершенным, но для Лиз он стал настоящим убежищем – местом, где правила красота и стиль, несмотря ни на что.
Вскоре после отправки сообщения в кабинете клуба собрались его члены, рассевшись на стульях, которые Лиз забрала из школьной библиотеки. Она придирчиво осмотрела своих подопечных, как она называла про себя членов «Лаборатории стиля».
– Саванна, – прищурилась Лиз, глядя на едва различимый след от томатного соуса в уголке рта. – Ты опять ходила на ланч?
– Нет, – испуганно покачала головой она, выдавая себя тем, что тут же облизнула губы, стирая улики.
Лиз скрестила руки на груди:
– Когда ты успела? Ела прямо в коридоре по дороге на заседание? – она разочарованно цокнула. – Я же ради вас и ваших фигур провожу собрания во время обеденного перерыва! Что ж, придется снова внести в план лекцию о правильном и здоровом питании.
Она смерила Саванну красноречивым взглядом и отошла к доске.
Сегодня на повестке дня была тема «Анатомия идеального гардероба». На доске, украшенной вырезанными из журнала картинками, красовалась схема: от базовых вещей до аксессуаров.
– Начнем, дамы, – начала Лиз, хлопнув руками, чтобы привлечь внимание. – Надеюсь, вы все помните наше правило: базовый гардероб – это основа стиля. Сегодня мы составим личные капсулы для каждой из вас. Да, Дженна, даже для тебя, с твоей любовью к ретро. Это будет вызов для меня, но я люблю вызовы. И, Дженна, сожги этот жакет, вокруг него ореол моли.
Заседание началось, и кабинет наполнился тихим гулом обсуждений. Лиз обходила ряды, выслушивая вопросы и раздавая советы, отмечая про себя, что этим девушкам остро нужны ее наставления. Она считала, что давала им их с избытком, а взамен получала верность и признание.
«Лаборатория стиля» была для Лиз не просто клубом. Это была первая ступень к чему-то большему, чему-то великому. Ведь она всегда знала, что рождена для того, чтобы блистать и править.
Когда работа была завершена, Лиз вышла на школьный двор, где к ней подошла Клэр с ослепительной лицемерной улыбкой.
– Знаешь, Лиз, иногда мне кажется, что ты могла бы управлять всем Лостширом, если бы захотела, – заметила она, поправляя и без того идеально сидящий бархатный ободок.
– Только если мне предоставят полный контроль над бюджетом, – отозвалась Лиз, отвечая на откровенную лесть любезной улыбкой.
– Видела комментарий к твоей фотографии, – на распев произнесла Клэр. Лиз посетила мысль – а не ее ли правая рука скрывалась за фейковым профилем? – Тебе не кажется, что это написал кто-то из «Лостширских ведьм»?
Глава 2. Лостширские ведьмы
Захлопнув зеркальце и убрав его в сумку, Лиз задумчиво закусила губу, вспоминая разговор с Клэр. Та вполне могла направить ее по ложному следу, чтобы подозрение не пало на нее саму. Лиз была уверена, что Клэр вполне способна на то, чтобы создавать фейковые аккаунты и строчить желчные комментарии. Но также Лиз понимала – Клэр Фитцджеральд слишком умна, а в ее глазах плескалось настолько много неприязни, что она бы никогда не ограничилась одним единственным словом.
По уровню интеллекта это соответствовало «Лостширским ведьмам».
Она не могла точно вспомнить, когда началось их противостояние. Это было задолго до того, как директор Мензис поселил их клубы в один кабинет.
Лиз всегда посмеивалась над страницами из «старинных книг», которые «ведьмы» использовали для своих «заклинаний», а Ная Блэквелл – основатель и Президент клуба «ведьм» – над аккуратными цветными стикерами, которыми Лиз обклеивала свой блокнот. Их вражда напоминала то ли старую семейную сагу, где никто уже не помнит, из-за чего все началось, то ли партию шахмат, где каждый ход просчитывался на три шага вперед.
«Лостширские ведьмы» были самым эксцентричным клубом школы. Они не занимались магией в традиционном смысле, хотя снаружи все выглядело именно так. Черные волосы, строгий дресс-код, свечи на подоконнике и непонятные символы на полях тетрадей, – все это выглядело настолько театрально, что Лиз иногда удивлялась, как учителя вообще разрешают им это.
Однажды, Лиз создала петицию против «ведьм». Ее подписали все, кто не хотел портить отношения с Элизабет Стэдлер. Собрав достаточное количество подписей, она направила ее в администрацию школы с требованием ликвидировать «ведьм». Не в прямом смысле, конечно. Лиз добавилась того, чтобы клуб распустили. Главным ее аргументом было то, что клуб не приносил никакой существенной пользы для школы. И директор Мензис с этим согласился.
Однако, вместо того чтобы упразднить никчемных «Лостширских ведьм», он поставил перед Наей задачу – найти применение их деятельности. И Ная, будь она неладна, справилась с этим, придумав идею, от которой Лиз едва не лишилась чувств. Ная предложила проводить гадания в шатре и сеансы ясновидения на школьных мероприятиях. Ее предложение выглядело настолько абсурдно, что Лиз в первый момент была уверена, что мистер Мензис это не одобрит. Но директор, вечно ищущий способы сэкономить, увидел в этом не просто выход, а настоящий шедевр организационной смекалки.