Анна Кэтрин Грин – Дело Ливенворта (страница 13)
– Мисс Ливенворт, находясь в своей комнате, вы имеете обыкновение держать дверь открытой?
Девушка вздрогнула, но тут же подавила этот порыв.
– Нет, сэр, не имею.
– Почему же прошлой ночью вы оставили ее открытой?
– Мне было жарко.
– Иных причин не было?
– Я не могу назвать других.
– Когда же вы закрыли дверь?
– Перед тем, как лечь спать.
– До того, как слуги поднялись наверх, или после?
– После.
– Вы слышали мистера Харвелла, когда он вышел из библиотеки и поднялся к себе?
– Слышала, сэр.
– Как долго после этого ваша дверь оставалась открытой?
– Я… я… несколько минут… я… не могу сказать, – добавила девушка поспешно.
– Не можете сказать? Почему? Вы забыли?
– Я забыла, сколько именно времени прошло после того, как мистер Харвелл поднялся, прежде чем я ее закрыла.
– Это было больше десяти минут?
– Да.
– Больше двадцати?
– Возможно.
Как бледно было ее лицо, как она дрожала!
– Мисс Ливенворт, согласно показаниям, ваш дядя умер вскоре после того, как мистер Харвелл его покинул. Если ваша дверь была открыта, вы должны были услышать, если кто-нибудь входил к нему или если раздался выстрел. Скажите же теперь: вы слышали что-нибудь?
– Я не слышала шума, нет, сэр.
– Вы вообще что-нибудь слышали?
– Никаких выстрелов я не слышала.
– Мисс Ливенворт, простите мою настойчивость, но какие-нибудь звуки вы слышали?
– Я слышала, как закрылась дверь.
– Какая дверь?
– Дверь библиотеки.
– Когда?
– Я не знаю, – сказала девушка, истерически сцепив руки. – Не могу сказать. Зачем вы задаете мне столько вопросов?
Я вскочил на ноги. Мисс Элеонора покачивалась и была почти без чувств. Но, прежде чем я успел подойти, она вновь выпрямилась и вернула себе прежнее самообладание.
– Простите, – произнесла она. – Сегодня утром я не в себе. Прошу меня извинить, – и Элеонора вновь спокойно обратилась к коронеру. – Что вы спрашивали?
– Я спросил, – и голос его стал резким и пронзительным, – очевидно, ее манера держаться начала действовать против нее, – когда именно вы услышали, как закрылась дверь библиотеки?
– Я не могу назвать точного времени, но это было после того, как мистер Харвелл поднялся наверх, и до того, как я закрыла собственную дверь.
– И вы не слышали выстрела?
– Нет, сэр.
Коронер быстро взглянул на присяжных, и почти все они отвели глаза.
– Мисс Ливенворт, нам сообщили, что Ханна, одна из служанок, поздно ночью направилась к вам в комнату за каким-то лекарством. Она приходила?
– Нет, сэр.
– Когда вы впервые узнали о ее странном исчезновении из дома в ту ночь?
– Сегодня утром, перед завтраком. Молли встретила меня в коридоре и спросила, как поживает Ханна. Этот вопрос показался мне странным, и я, разумеется, стала расспрашивать ее. После короткого разговора стало понятно, что Ханна исчезла.
– Что вы подумали, когда узнали об этом?
– Я не знала, что и думать.
– Какие-либо подозрения не приходили вам в голову?
– Нет, сэр.
– Вы не связали это с убийством вашего дяди?
– Я тогда еще не знала об убийстве.
– А позже?
– О… мысль о том, что Ханна могла знать что-нибудь об этом, вероятно, и мелькнула у меня в голове, не могу сказать.
– Можете ли вы сообщить нам что-нибудь о прошлом этой девушки?
– Не больше того, что уже сказала моя кузина.
– Вы не знаете, что делало ее по вечерам такой печальной?
Щеки Элеоноры гневно вспыхнули – от тона коронера или от самого вопроса?
– Нет, сэр! Ханна никогда не доверяла мне своих тайн.
– Тогда вы не можете сказать, куда она могла направиться, покинув этот дом?
– Разумеется, нет.
– Мисс Ливенворт, мы вынуждены задать вам еще один вопрос. Нам сообщили, что именно по вашему распоряжению тело вашего дяди было перенесено с места, где его нашли, в соседнюю комнату.
Девушка склонила голову.
– Разве вы не знали, что недопустимо тревожить тело умершего человека – вам или кому бы то ни было – иначе как в присутствии и с разрешения надлежащего должностного лица?
– Я руководствовалась не знанием, сэр, – лишь своими чувствами.
– Тогда, полагаю, именно чувства побудили вас остаться у стола, за которым он был убит, вместо того чтобы последовать за телом и проследить за его надлежащим размещением? Или, – продолжал коронер с беспощадной иронией, – вы были слишком заняты в тот момент клочком бумаги, который унесли с собой, чтобы задумываться о приличиях происходящего?
– Бумаги? – девушка решительно подняла голову. – Кто утверждает, что я взяла со стола бумагу?
– Один свидетель поклялся, что видел, как вы склонились над столом, на котором были разбросаны бумаги. Другой – что встретил вас несколькими минутами позже в коридоре, когда вы прятали листок в карман. Вывод напрашивается сам, мисс Ливенворт.