Анна Измайлова – Спорим, ты сдашься первой? (страница 7)

— Ланская.

Я обернулась.

Артем сидел за столом, все еще без футболки, с вилкой в руке и этим ужасным выражением лица — будто он уже придумал пять способов испортить мне жизнь и выбирал самый веселый.

— Что?

— Добро пожаловать.

Я захлопнула дверь чуть громче, чем требовалось, потом прислонилась к ней спиной.

И только тогда позволила себе выдохнуть.

Комната была маленькой, светлой и пока пустой. Чемодан стоял у стены. На столе лежал пакет с постельным бельем. За окном темнело. Где-то внизу смеялись студенты.

А за дверью моей новой жизни сидел полуголый хоккеист.

Я подошла к зеркалу на шкафу, щеки действительно были красные.

— От злости, — сказала я своему отражению.

Я сняла испачканный свитер, переоделась в домашнюю футболку и широкие штаны, убрала волосы в пучок и начала раскладывать вещи. Учебники на стол, косметичку в ящик, аптечку на полку. Папку с документами — в верхний отсек.

Порядок.

Контроль.

Система.

Вот что отличало цивилизованного человека от мужчины, который ходит по общей кухне без футболки.

Через полчаса стало легче.

Через сорок минут я почти убедила себя, что все нормально.

Через сорок пять захотела пить.

Я посмотрела на дверь.

Нет.

Можно потерпеть.

Еще через пять минут жажда победила достоинство.

Я осторожно открыла дверь и выглянула. В гостиной было темно. Только на кухне горела мягкая подсветка под шкафчиками. Посуды в раковине не было. Стол чистый.

Неожиданно.

Может, он все-таки не совсем варвар.

Я тихо прошла к раковине, взяла стакан, налила воды и в этот момент дверь ванной открылась.

Повернула голову, Артем вышел в коридор.

В одном полотенце на бедрах, с мокрыми волосами.

С совершенно спокойным лицом человека, который решил окончательно разрушить мою нервную систему в первый же день.

Я закашлялась водой. Он остановился.

Посмотрел на меня, потом на стакан.

— Ланская, — сказал он с ленивой улыбкой, — ты точно доживешь до конца семестра?

Я вытерла губы тыльной стороной ладони и попыталась смотреть ему исключительно в глаза.

Исключительно.

В глаза.

Не ниже.

— Если ты наденешь одежду, мои шансы возрастут.

Он сделал шаг вперед. Я мгновенно подняла стакан, как щит.

— Не подходи.

— Опять боишься?

— Я берегу психику.

— Свою?

— Твою. Вдруг я все-таки ударю.

Он остановился на расстоянии пары шагов.

Но этого было достаточно, чтобы я снова почувствовала тот самый запах. Теперь сильнее. Душ, горячая кожа, чистое полотенце и что-то спортивное, мужское.

Я сжала стакан.

— У нас было правило, — напомнила я.

— Какое?

— Не ходить полуголым.

— Я не полуголый.

Я медленно опустила взгляд на полотенце.

Очень быстро подняла обратно.

— Сейчас я скорее стратегически прикрыт, — сказал он.

— Воронцов.

— Ланская.

— Я серьезно.

— Я тоже. Полотенце держится крепко.

— Господи.

Я развернулась, чтобы уйти, но он вдруг сказал:

— Спокойной ночи, соседка.

Замерла на секунду, потом, не оборачиваясь, ответила:

— Надень штаны, сосед.

И сбежала в комнату, сразу же закрыла дверь на замок.

Потом подумала и подвинула к ней стул.