Анна и – На один удар больше (страница 32)

Хорошо бы, ох, хорошо познакомиться с ним поближе!

Узнать — чем был занят последние месяцы?

Что мог — Валерий Петрович проверил сам.

Билетов на поезд или самолет Александр Сергеевич не приобретал. Лето, если верить его социальным сетям, провел в пригороде — в доме той самой покойной бабки. Наводил порядок на дачке и на участке. Собирал чернику, впервые в жизни вырастил собственную редиску и зелень.

С началом учебного года в университете вернулся в Петербург. Проживает в собственной квартире возле метро «Электросила». Никаких криминальных грешков — кроме штрафа за парковку в неположенном месте и недоказанного обвинения в краже старинной монеты.

Фотографию Александра Сергеевича Ходасевич, конечно, видел (и даже Денису ее переслал). Но никак не мог представить себе этого человека. Как он думает, что чувствует? Чем живет?

Ему казалось: поговори с ним или хотя бы понаблюдай — многое сможет понять.

Но только тащиться в Питер не хотелось по-прежнему.

И тогда в голову явилась неожиданная мысль.

Валерий Петрович не любил одалживаться. За любую информацию старался отблагодарить. Но среди его учеников имелись особо преданные — к кому можно обратиться безвозмездно и практически с любой просьбой.

Сначала Ходасевич обзвонил тех «крестных детей», кто родом из города на Неве, но никого в родных пенатах не застал. Тогда пришлось побеспокоить Пашу Синичкина — этот, хоть и живет в Москве, точно не откажет. У них с полковником сотрудничество взаимовыгодное. Паша руководил собственным детективным агентством. Задачки попроще (проследить, информацию собрать) выполнял собственными силами. Но с делами посложнее частенько обращался к Валерию Петровичу. И сам всегда говорил: давно ждет возможности отблагодарить. Вот и пришло время.

Паша его звонку обрадовался:

— Чем могу служить, товарищ полковник?

— Ты сейчас загружен?

— Для вас — время всегда найду.

— А в командировку съездишь? Билеты, гостиница — с меня.

— Надеюсь, в Майами?

— Нет. В Санкт-Петербург.

— Так у меня там квартира, — ответил радостно, — и город любимый я давно хотел проведать! А что делать надо?

— Собрать установочные на одного человечка.

— Кто сей? Не вор в законе, надеюсь?

— Нет-нет, что ты. Интеллигентнейший мужчина. Историк. Любитель антиквариата.

— Вам срочно надо? Могу завтра выехать.

— Отлично. Возьму тогда тебе билет на «Сапсан».

— Да ладно вам, Валерий Петрович. Не тратьтесь. Мне на машине привычней.

— Тогда на бензин сейчас скину.

— Ой, ну перестаньте. Вашего воскресного обеда будет достаточно. Я вам всегда рад услужить.

Митя обожал куда-то ездить с дядей Денисом. Но отправляться вместе с ним к Лизе ему не хотелось. Спроси почему — постеснялся бы объяснять. Мальчик не слишком разбирался в отношениях между взрослыми, однако неведомым шестым чувством уловил — тете Тане очень симпатичен дядя Гай. И она ему — тоже. И дядя Денис здесь вроде бы как лишний.

Но раз тот взялся стать Митиным проводником — как откажешься? Да и Таня спокойно сказала: «Слава богу, что извозчик нашелся, а то у меня на работе совсем завал».

Дядя Гай встретил приветливо, Лизин брат Костик — как обычно:

— Лизка, беги сюда! Твой раб приехал!

Митя ему ответил, как Юлия Юрьевна научила:

— Зря ты бесишься. Лиза меня может бо́льшему научить, чем я ее. Пока.

Костик не нашел, что ответить.

Дядя Гай предложил всем вместе сходить на корт, понаблюдать за тренировкой. Противный брат, конечно, не пошел, а Денис согласился с удовольствием.

Лизин тренер поставил их набивать диагонали, и Митя старался изо всех сил. Понятно, что куда эффектнее девчонке банально заколотить, но Юлия Юрьевна постоянно повторяла: на тренировке задача не выиграть, а научиться. Поэтому хоть и хотелось лупануть со всех сил, больше следил за тем, чтобы мяч в корте оказывался.

Дядя Гай (Митя косил краем глаза) что-то Денису рассказывал, тот в ответ кивал. Когда с ударом справа закончили и подошли к скамейке попить, на корт заявился новый персонаж. Мужик. В костюме, в очках и тапочках. Дядя Гай горячо его приветствовал:

— Георгий, рад видеть! Ты только посмотри! Я наконец-то Лизе равного нашел.

И попросил:

— Ну-ка, ребятки! Сыграйте пару розыгрышей.

Митя расстроился — если пробовали на счет, Лиза пока что его всегда делала. Как ни пытался читать ее игру, победить или хотя бы дать бой — не получалось. Отходит под сильный удар — а она ему коротенький. Бежит к сетке на перехват — в ответ высоченную «свечку» под заднюю линию.

Сейчас тоже поизгалялась от души. И даже к его коронному удару — когда резко перевел после перекидки на темпе в другую половину корта — была готова и успела добежать.

Оба розыгрыша в итоге остались за ней, и когда Гай позвал, Митя шел с виноватым видом.

Однако Георгий с уважением протянул ему прохладную влажную руку. Спросил:

— Ты действительно только третий месяц занимаешься?

— Ну, я еще в раннем детстве играл. Где-то год, — привычно ответил Митя.

— Тогда снимаю шляпу. Очень, очень круто тащишь, — покивал уважительно. — Как твоя фамилия? — улыбается. — Буду всем хвастаться, что чемпиона с детских лет знал.

— Сизов, — смущенно ответил Митя.

Дядечка в этот момент трепал его по плечу, и мальчик отчетливо ощутил: рука дрогнула. Взглянул на Георгия с удивлением:

— Что-то не так?

— Нет-нет, все хорошо! — расплылся в улыбке собеседник. — Я просто представил, как судья объявляет: «Game, set, match and Wimbledon title… Sizov!»

Мите эту картину воображать тоже нравилось, но, конечно, забормотал:

— Да ладно, куда мне!

Но дядя Гай уверенно сказал:

— Так и будет. Меня чутье никогда не подводило.

Хозяин вместе с Георгием ушли пить кофе, дядя Денис остался на корте. Митя никак не мог успокоиться из-за бесславного проигрыша Лизе, и мяч у него летел хуже. Правильно Юлия Юрьевна учит: все проблемы в голове. Тренер сердился, кричал:

— Сосредоточься ты наконец!

Но серия слева все равно шла тяжко, Митя то и дело попадал в сетку. Когда пришло время отдыхать, Лизин наставник в раздражении сказал дяде Денису:

— Вы его отвлекаете. Шли бы лучше отсюда.

Подруга бросилась на защиту:

— Да Митя вообще на скамейку не смотрит!

Но Денис в дискуссию вступать не стал — молча корт покинул.

А дальше будто назло — у Мити мяч опять полетел, так что тренер с удовольствием подытожил:

— Совсем другое дело. Больше на тренировке никаких родственников.

Мальчик пожал плечами — на корте, да в сумасшедшем Лизином темпе он видел лишь желтый шарик, и ничего больше. Но если с Юлией Юрьевной иногда получалось поспорить и даже покапризничать, то Лизиному коучу перечить бессмысленно, успел понять.