Анна и – Детектив к Рождеству (страница 5)

Она влетела в гостиную, когда они уже оделись в свои хитрые костюмы.

— Это чо, правда? Вы оттуда? Из матери земли?

— Из альма-матер, — подмигнул ей Злыдень. — Ты вот что, Хмырь, накорми нас и напои, да поторопись, пусть хозяйка поможет. Затем мы в магазин одежды, нам прикид человечий нужен. В прямом и переносном смысле. Вечером на такси в Костомукшу.

— Помню я, — радостно кивнул Хмырь.

Когда братья вышли на кухню, то не узнали гостью. Куда делась девушка в футляре? Спортивная фигуристая Анютка хозяйничала в короткой майке, сверкая крепкими голыми ногами, очков не было, по плечам расплескалась медно-рыжая шевелюра. Линзы тоже исчезли. Изумрудные глаза так и посверкивали, выдавая ее природу. И ровные зубки с чуть выдающимися острыми клычками тоже, когда она улыбалась. Анютка резала хлеб, колбасу и сыр, что прихватила по дороге.

— И откуда ж ты такая взялась, а? — спросил Болтун, поглядывая на ее ладные ноги. — Анюта Захаровна?

— Долгая история, — весело откликнулась та.

— А мы не торопимся, — заметил Злыдень.

— Маманя моя моталась не там и не с теми, было дело, вот и залетела на одно кладбище, на вечеринку. Все ее дружки там и остались. Кто обедом стал, кто ужином. А она выжила. Выбор у нее был: либо теперь она другая, либо тоже покойница. Красива была, вот ее и пожалели. Она выбрала остаться. А потом и меня родила — такой, какая я есть. Ведьмой, до крови охочей.

— А отец, стало быть, Захаром был? — спросил Болтун.

— Отцов много было. Но один, ведьмак, точно был Захаром. Вот я и решила, что Захаровной останусь.

— И где сейчас маманя твоя?

Суровая тень пролетела по лицу юной энергичной вампирши.

— Истребители погубили. Мстить буду, пока жива, а прожить я собираюсь долго, — так же весело и задорно сказала Анютка. — Ясно?

— Предельно, — кивнул Злыдень. — С нашей матушкой точно так же поступили. Так что и мы на них зуб имеем.

— Какой у тебя талант? — спросил Болтун.

— Чего? — не поняла она.

— У любой ведьмы талант должен быть особый — то, что она умеет делать лучше других.

— А, вон ты о чем, — кивнула Анютка и прихватила со стола яблоко. — Видишь?

— Вижу, — кивнул Болтун.

Злыдень тоже уставился на нее. Хмырь посмеивался. Анютка подбросила яблоко, мгновенно в полете, смотря в глаза Болтуну, рассекла фрукт ножом надвое и, тоже не глядя, поймала обе половины. Одну половинку оставила на столе, подбросила вторую — и точно так же ловко, улыбаясь Болтуну, рассекла на две ровные четвертинки и поймала их.

— Шустрая я, — объяснила она. — Будь нож поострее, я бы и на восемь долек яблоко посекла. И на двенадцать смогла бы.

— Хороша моя Анютка? — спросил Хмырь.

— В цирке точно можешь выступать, — кивнул Злыдень. — А стреляешь тоже в десятку?

— Пулю в пулю кладу, — ответила молодая ведьма.

— Значит, пригодишься.

— А кто у нас еще? — очищая вкрутую сваренное яйцо, спросил Болтун. — Нас же будет пятеро?

— Шалопут, — объяснил Хмырь. — Он буквально такой. Должен был отец его с нами двинуть, старый вампир Чалый, но его ревматизм заел. Он только за рулем будет. Но и Шалопут свое дело знает. Это они в Костомукше нас поджидают.

— А кто из них доки для нас готовит?

— Чалый и готовит. Шалопут неусидчив для таких дел. Ему бы пальнуть в кого-нибудь. Перо в бок засадить. Кровушки напиться прямо на месте. Тут он горазд.

— Пять человек — прямо целая армия, — усмехнулся Злыдень. — Впору штурмовать небеса.

— Если надо будет, и небеса пойдем штурмовать, — уверенно и смело подмигнула ему Анютка.

Они славно позавтракали, и Хмырь повел гостей в подвал осмотреть арсенал.

— У меня все по лицензии, не придерешься, — по дороге говорил он. — Главный егерь местного заповедника ремингтон брал. А два дружка его по браунингу. Так что я у администрации на заметке со знаком плюс.

Арсенал был что надо! Кольты, браунинги, бенелли, те же ремингтоны, ижевские «Байкалы». Оружия было много, от него пестрило в глазах.

— Так в чем прикол? — спросил у хозяина дома Злыдень. — Ружья твои — загляденье. Но мы же не на оленя идем. Даже не на медведя. Тут добыча посильнее да покрупнее будет. Почти на мамонта.

Хмырь заговорщицки рассмеялся:

— То-то и оно, что прикол есть. — Он выложил из ящика тумбы две коробки патронов, затем еще две, и еще четыре. — Изюминка! Собственного изготовления. Порох у меня особый. Супер-пупер!

— Это какой же? — спросил Болтун.

— Адский! Из самой главной пороховницы. — Он ткнул пальцем в пол. — Из серы адовой, которую сам Господь и сочинил, когда всех низвергал, вот откуда мой порох, братцы-близнецы.

— Ого. — Болтун взглянул на брата. — Крутяк. Я бы и не догадался.

Злыдень кивнул:

— Видать, хорошо бьет, Хмырь?

— В куски разнесет. Клочки будут искать по закоулочкам.

Анютка прихватила ремингтон, подбросила его, ловко поймала и также четко передернула затвор.

— Ну что, прикончим бородатого старикана? — воодушевленно спросила она, сверкая злыми изумрудными глазами. — Давно руки чесались!

Да, их увидели и к ним шли! Одно из самых необычных существ на планете земля!

— Да вы провидец, Антон Антонович, — кривя рот, процедил в сторону Крымов. — Электрошокер не понадобится?

— Увидим. Но злить его все же не стоит. Когда-то силен был, чертяка!

Элегантный мужчина средних лет в светлом кашемировом пальто, шапке-ушанке и затемненных очках остановился в десяти шагах от двух туристов.

— Как я понимаю, вы по мою душу, господа? — спросил он.

— Почему вы так решили? — бойко и с вызовом ответил вопросом на вопрос Долгополов.

— Потому что у вас, мой маленький незнакомец, энергетическое поле размером с эту площадь.

— Да, я такой, — вздохнул Антон Антонович. — Не скроешься. Говорил вам, Андрей Петрович, он меня почует.

— А у меня? — спросил Крымов. — Какое поле?

Профессор призадумался.

— В вас чувствуется иная сила, человеческого порядка, сила и воля рыцаря, который очень давно странствует по временам и всякий раз в новом обличье.

— Тонко подмечено, — перехватив взгляд Крымова, усмехнулся Долгополов. — С вами, профессор, надо держать ухо востро.

— Ну так что, познакомимся? Кто я, вы знаете. Кто же вы?

Долгополов и Крымов представились.

— Может, пройдемся? — предложил профессор.

— С удовольствием, — согласился Антон Антонович.

— Как я понимаю, господин Долгополов, вас зачем-то прислали ко мне? — на ходу отхлебнув кофе, спросил профессор Лари Асгардсон.

— Меня не присылают — я сам прихожу.

— Тем более интересно.