Анна и – Детектив к Рождеству (страница 32)

— Нет, мсье, в дом ночью никто не забирался. Беллент не лаял, а уж этот верный пес облаивает каждого незнакомца, как он только что сделал при появлении полиции. Я осмотрелся вокруг, и утром никаких следов вокруг дома и под окном не наблюдалось. Самые крупные стекла от разбитого окна валялись снаружи, поэтому окно разбил кто-то, кто был в доме.

Все присутствующие продолжали молчать.

— Эта деталь никак мне не давала покоя. Я постоянно думал, кому же понадобилось придумывать историю о «воре»? Казалось бы, всем, но кто это сделал на самом деле, ведь в доме ничего не пропало?

— Этого мы не можем сказать наверняка, мсье Ленуар, — сказал Арман. — Я утром осмотрел только весь первый этаж, а мсье де Вильре проверил свой кабинет и сказал, что ночью кто-то рылся в его бумагах.

— Конечно, ведь окно разбил именно мсье де Вильре, — продолжил Ленуар.

Тереза ахнула и прижала руку ко рту. Кристиан растерянно посмотрел на отца.

— Сегодня утром, когда вы склонились над телом Альберта, я заметил на указательном пальце вашей правой руки каплю крови и подумал, что вы успели запачкаться в крови Альберта, мсье де Вильре. Но тогда бы пятно было смазано. Разбив окно, вы порезали палец о стекло. Я долго думал, зачем вам понадобилось устраивать весь этот театр, а потом понял. С годами сон становится все более чутким, а ваша спальня находится как раз под спальней, которую Аделин приготовила для Мари и Жанны. Сегодня ночью вы услышали звуки из этой комнаты. Они вполне определенно свидетельствовали о характере страсти, которой предавались любовники в спальне.

У мисс Хардинг вытянулось лицо, но она продолжала держать свою спину прямо.

— Когда утром вы вышли в уборную, то увидели свет в гостиной и нашли тело Альберта. Вы уже знали о его махинациях со шкурками животных и фальсификации бухгалтерских книг, поэтому подумали, что Кристиан сговорился с Мари после бурной ночи и убил Альберта.

Мсье де Вильре опустил голову и теперь смотрел на Ленуара исподлобья, словно затаившийся перед атакой зверь.

— Тогда вы решили, что в случае обвинения Кристиана и Мари вы потеряете все: и двоих своих сыновей, и верную сотрудницу семейного предприятия, которая знает о махинациях Альберта. Это означало и неизбежный скандал, связанный с потерей доброй репутации компании де Вильре. Тогда, пока все спали, вы разбили окно, чтобы инсценировать кражу и убийство, а потом вернулись в свою комнату. За тяжелыми шторами сначала никто не заметил, что окно разбито, но потом все действительно решили, что в дом ночью кто-то забрался. Однако по стечению обстоятельств, мсье де Вильре, Мари перед сном попросила поменяться спальнями с мисс Хардинг, потому что в спальне мисс Хардинг было больше места для нее с дочерью. Когда под влиянием алкоголя Кристиан постучал в дверь спальни над вашей комнатой, он нашел не Мари, а мисс Хардинг. О дальнейшем вы догадываетесь сами.

— О, боже мой… — прошептала Тереза.

— Однако и Кристиан, и мисс Хардинг наутро посчитали, что их совместная ночь — большая ошибка. Что поделать? О времена, о нравы! Мисс Хардинг вышла рано утром из спальни, чтобы покататься на лыжах и чтобы ее никто не видел в одной комнате с Кристианом. Кристиан завалился спать в мою комнату на диван. Слова мисс Хардинг подтвердила дорожка следов, ведущих наутро из дома. Молочник видел, как она уходила из дома в пять утра. А убийство было совершено около шести.

— Постойте! — поднял руки старик де Вильре и дрожащим голосом спросил: — Но это значит, что Альберта все равно убил… Кристиан?

— Нет, Кристиан на обратном пути снова ошибся спальней и приземлился на диване в моей комнате. Остальную часть ночи он никуда не выходил, а Мари не могла оставить свою малолетнюю дочь спать одну. Она тоже не выходила из своей комнаты всю ночь.

Старик де Вильре посмотрел на сына, и в его глазах появились слезы облегчения. Он вытер слезу тыльной стороной ладони и закивал сам себе.

Кристиан уставился на Ленуара, стараясь не смотреть на своего отца. Мари, сидевшая рядом, крепко сжала его руку.

— Но постойте, — нарушила всеобщее молчание мисс Хардинг, — если меня не было, а Мари и Кристиан Альберта не убивали, то остается только Тереза?!

Тереза большими глазами посмотрела на мсье де Вильре и покачала головой, словно говорила, что это была не она.

— Не совсем, — спокойно продолжил Ленуар. — Не мне вам рассказывать, что за человек был Альберт. Каким жестоким и иногда бессердечным он мог быть, даже в отношении своей беременной невесты.

— Что?! — Теперь настал черед удивляться Кристиану. По реакции мсье де Вильре Ленуар понял, что старика эта новость не застала врасплох.

— Да, но, несмотря на это, Альберт позволял себе поднимать на нее руку. Тереза не могла его убить, потому что она его боялась. Иначе она бы давно уже нашла решение своей проблемы.

— Доченька, — прошептал старик де Вильре, — прости! Прости, что не отпустил тебя, когда ты хотела уйти…

— Мсье Ленуар, — сказала Мари, — но кто же тогда убийца? Неужели сюда ночью все-таки кто-то заходил?!

— Нет, ночью никто сюда не заходил, — ответил Ленуар. — Все дело в том, что со вчерашнего вечера никто отсюда не выходил, не так ли, Аделин и господин Моро?

— Мсье Ленуар, вчера вечером после ужина я со всеми попрощался и вышел. Разве вы не помните, как пожелали мне хорошего вечера? — спросил Дидье Моро.

— Как же, прекрасно помню. Только после этого вы вышли не во двор, а в кухню, где вас спрятала в кладовке Аделин. Сегодня, когда я разговаривал с вами, милая Аделин, на кухне уже стояли две чашки, которые вы быстро убрали в сервант. Я тогда подумал, что вы решили угостить меня кофе из более изящной чашки, но я ошибался. Вы просто хотели как можно скорее скрыть, что из предыдущих двух чашек до меня тоже кто-то пил кофе. То есть вы с господином Моро. Кроме того, в кладовке висело черное пальто ольстер с беличьим рыжим воротником. А такое охотничье пальто, защищающее от непогоды, носили только вы, мсье Моро.

— Нет, постойте, постойте, — сказала кухарка, — вы же сами сказали, что вокруг дома не было никаких следов. Как же мсье Моро мог выйти из особняка? Вы все придумали, мсье Ленуар! Наверное, это вы сами и убили Альберта!

— Вы правы, Аделин, вопрос с утренними следами долго сбивал меня с толку. Как же господин Моро мог выйти из дома, не наследив? Не превратился же он в ночного духа? Но все оказалось проще. Вы сами мне сказали, что утром приходил молочник и оставил вам тяжелый бидон молока. Получается, что на обратном пути его следы должны были стать легче. Однако, когда я осматривал вторую дорожку следов, то и в одну, и в другую сторону они были одинаковой глубины. Это означает только одно: господин Моро, как опытный охотник, вышел на дорогу по следам молочника. Именно поэтому следы стали глубже.

— Моро? Почему ты молчишь? — крикнула Аделин. — Мы ведь с детства друг друга знаем. Скажи что-нибудь! Скажи, что ты тут ни при чем!

Однако охотник продолжал молчать. Казалось, ему проще было убить бурого медведя в горах, чем попытаться найти себе оправдание. Кухарка посмотрела на него и в сердцах махнула рукой, сжатой в кулак.

— Как вы сами мне рассказали, господин Моро — однолюб. Он всегда любил свою невесту Сесилию и после того, как она повесилась, так и не женился на ком-то другом, несмотря на интерес противоположного пола. Аделин любила его, правда, мадемуазель? — обратился он к кухарке.

Аделин прижала руки к лицу и теперь тяжело дышала.

— Конечно, она его любила, иначе никогда бы не согласилась помочь Моро отомстить Альберту де Вильре, спрятав охотника на ночь в кладовке. Возможно, она тоже в свое время стала одним из трофеев Альберта…

— Но при чем тут мой сын? — не выдержал отец семейства.

— Эта грязная свинья соблазнила Сесилию накануне нашей свадьбы! — прогремел голос охотника. — Все ему было мало. Сесилия рассказала мне. Но я тогда был молод. Я накричал на нее, а потом ушел из дома в горы, а когда вернулся… Сесилия… Моя Сесилия повесилась.

Теперь все молча смотрели на господина Моро. Его борода казалась теперь еще чернее. В камине треснуло прогоревшее полено.

— Да, только человек, который привык убивать зверей, мог так точно попасть в сонную артерию, — сказал Ленуар. — Я только никак не мог понять, чем именно Моро убил Альберта. Для охотничьего ножа отверстие в шее убитого было слишком маленьким. Но сегодня, когда я сидел у елки и смотрел на нее, то общая картина полностью сложилась. Я еще вчера заметил на ней ангелочков. Все они самодельные. И у всех на голове белые волосы из овечьей шерсти. У всех, кроме одного. Господин Моро убил Альберта ножом для вскрытия писем. Когда я спустился в гостиную, услышав голос Аделин, на каминной полке оставались письма, чернильница и перо. Однако на ней не было ножа для вскрытия писем. Увидев этот набор вчера в гостиной, господин Моро принял свое страшное решение о том, что Альберт примет смерть именно от него, вот только почему? Мсье Моро, почему вы, например, просто не задушили свою жертву?

— Этот письменный набор Альберту подарила Сесилия, — ответил угрюмо охотник.

— Набор подарила моему брату Сесилия? — удивился Кристиан. — Он ведь здесь уже вечность стоит… Я думал, что его купил отец.

— Это был ее рождественский подарок… — сказал Моро.