Анна Хрустальная – Девочка Дьявола (страница 55)
— Я не говорила, чтобы ты делала именно это. Я сказала, чего тебе надо опасаться Стаффордов. Вот они точно ни перед чем не остановятся. Поэтому будет просто чудом, если ты каким-то образом не забеременеешь, а Рейнольд в конечном счёте перебесится и всё это как-то переживёт. Пока что остаётся лишь ждать и надеяться. К тому же, кроме медицинских контрацептивов существует масса других каких-то проверенных способов. Уверена, в интернете можно найти достаточно ценных на эту тему идей…
Честно говоря, после встречи с матерью я ощущала себя ещё более беспомощной и ни на что не годной. Я и раньше испытывала между нами определённую пропасть и недопонимание. Но сегодня эти чувства обострились настолько сильно, что от них мне стало больно едва не физически. Как будто я увидела то, чего не должна была видеть, вот только никто меня об этом не спрашивал. Поставили в известность и точка. А там живи с этим дальше, как хочешь.
Ещё и по приезду на Фолсом стрит и с возвращением в пентхаус Стаффорда мне пришлось столкнуться с его хозяином едва не сразу, как только я вышла из лифта. Вернее, он позвал меня прямо из гостиной, впервые проявив желание увидеться со мной после нашей последней безумной встречи в его кабинете.
— С тобой всё в порядке? — он в это время сидел на одном из диванов перед огромным экраном плазменного телевизора, но едва я вошла в зал, приглушил звук просматриваемого им канала практически до нуля.
— Что-то вы не особо похожи на человека, которого волнует в порядке кто-то или нет. Или вас больше интересует моя поездка к матери в реабилитационный центр?
Глава 42
Его ответная кривая усмешка если и не подтвердила моё обвинение, то сказала достаточно о многом.
— Сядь, — он кивнул в сторону ближайшего к нему кресла, явно не собираясь передо мной в чём-то оправдываться или отчитываться. По идее, этим должна заниматься перед ним я, а не он.
— Что на этот раз? Или я успела сделать что-то такое, о чём сама не догадываюсь?
Всё же я прошлась к указанному месту величественной походкой с гордо поднятой головой и несколько картинно, вернее, сдерживаясь от распирающего негодования. После чего уселась в кресло напротив своего слишком расслабленного, в отличие от меня, мучителя. И снова от его безупречного вида меня пробрало до самых поджилок, будто в его жизни никогда ничего ужасного не происходило, или же он обязан был выглядеть таким идеальным всегда, несмотря ни на что. С идеальной укладкой пепельно-русых волос, в абсолютно новом домашнем костюме светло-бежевого цвета, как будто всего через несколько минут или даже секунд он отправится на какую-нибудь важную деловую встречу.
— Я уже не могу о чём-то с тобой поговорить? И что это за беспричинная агрессия?
Я несдержанно хмыкнула, демонстрируя свою далеко не наигранную нервозность, но строить сейчас из себя пай-девочку определённо не собиралась.
— Я только что вернулась после встречи с матерью. И, предвидя ваш встречный по этому поводу вопрос, отвечу сразу. Нет, с ней всё прекрасно. Она восстанавливается с поразительной скоростью и, думаю, очень даже скоро будет и бегать, и танцевать, так сказать, вести активный образ жизни, как и до этого. Кто его знает. Может она расцветёт до такой степени, что даже вы не сможете перед ней устоять, как когда-то.
Очередная ироничная усмешка изогнула губы мужчины, выдавая его абсолютно апатичное отношение к моим словам с лёгким неверием или даже восхищением.
— Только не говори, будто ты сейчас продемонстрировала мне свою ревность?
— С чего вдруг мне это делать? Наоборот, я должна вроде как радоваться. Наконец-то вы вернётесь к той, из-за кого устроили мне весь этот безумный цирк, и мне не придётся от вас беременеть, а потом жить под вашим бдительным присмотром ещё целых девять месяцев.
Наконец-то его ухмылка сошла с совершенного аристократического лица, хотя иронии и надменности во взгляде не поубавилось.
— Так значит, с тобой далеко не всё в порядке, судя по твоему едва ли адекватному поведению.
— А с чего мне быть в порядке? Когда это заложники чувствовали себя хорошо, находясь под принудительным наблюдением своих похитителей? Или думаете, если позволяете мне куда-то выходить и что-то делать за пределами своей золотой клетки, я должна ощущать себя как-то иначе? А может я ещё должна вам быть за это благодарна?
— Я разве запрещаю тебе жить своей обычной жизнью? Да, увы, не могу с этим не согласиться. В ближайшее время тебе придётся несколько пересмотреть свой будничный график и внести в него коррективы, связанные с будущей беременностью. Но, насколько я помню, не всем это мешает заниматься любимыми вещами и даже учиться.
— В этом-то и проблема. Вы ни черта не видите и не понимаете, что со мной происходит, потому что это вы продолжаете жить привычной
Как бы равнодушно Стаффорд ко мне не относился до этого, не услышать он меня сейчас никак не мог. А уж если он действительно так сильно хотел будущего от меня ребёнка, то должен был отреагировать на мои более чем разумные замечания, как никто другой.
— Может поэтому я интересовался твоим состоянием, хотел узнать, насколько твои встречи с матерью влияют на твоё психическое самочувствие.
— И что, узнали? Что дальше? Что вам это даст? Или что вы собираетесь с этим делать?
Он сдержанно выдохнул, немного затянув с ответом, или давая мне немного времени, чтобы я остыла.
— Если ты будешь и дальше вести себя с подобным агрессивным настроем, не думаю, что тебе это что-то даст, девочка. Я не изменю своего решения, а вот тебе как-то придётся со всем этим смириться и найти в себе силы не только огрызаться, но и как-то идти на контакт. Решение вроде как на поверхности. Либо ты принимаешь мои условия и продолжаешь жить дальше с этой мыслью, либо…
— Либо вы тоже поменяете ко мне своё отношение и перестанете вести себя, как надменный господин и хозяин. А так же дадите мне возможность быть не просто придатком в вашей постели в определённые дни месяца, но и хоть какой-то частью вашей жизни. Я не хочу себя ощущать сексуальной рабыней и сходить с ума изо дня в день от мыслей, что я должна расплачиваться перед вами за чужие долги. Вы не представляете, что это такое, ощущать себя вещью или куском мяса для определённого использования. Боюсь, такими темпами я очень скоро дотяну до какого-нибудь очередного психического срыва, а не до желанной вами беременности. И тогда вам придётся ко всему прочему тратиться ещё и на психотерапевта. Что-то я сильно сомневаюсь, чтобы вас устроил подобный расклад.
— И что же ты предлагаешь в таком случае? Чтобы я сделал вид, будто между нами какие-то иные отношения?.. Ты вроде как ни в чём не нуждаешься, если даже не более того…
— Для начала перестаньте быть засранцем, и хватит относиться ко мне, как к одной из своих многочисленных любовниц. Хотя, скорее, вы относитесь ко мне даже похуже, чем с нимм. С ними, небось, вы ходите по ресторанам, посещаете важнейшие в городе мероприятия, значимые встречи и светские вечеринки…
В этот раз Стаффорд не просто улыбнулся, а буквально осклабился, показав идеальные ряды ровных и белоснежных зубов, расслабляясь ещё больше и любуясь мной, как какой-нибудь забавной экзотической зверушкой.
— Так вот ты, значит, куда решила замахнуться?
— А вы предпочитаете, чтобы я и дальше с вами так себя вела? Либо огрызалась, либо ревела, пока вы будете меня трахать, в попытке заделать мне ребёнка? Я же не требую от вас притворяться и делать что-то для нас неестественное. Я просто хочу, чтобы вы начали относиться ко мне, как к живому человеку с определёнными потребностями и запросами. Господи, да мне всего-то девятнадцать лет! Я для вас ещё подросток, у которого в голове радужные фантазии и зефирные мечты о вечной любви. И у которого, по сути, ещё всё впереди. Да, вам пришлось когда-то в моём возрасте пройти через несколько кругов ада, но, неужели вы хотите нечто подобного для собственной дочери и для меня? Я ведь, между прочим, к вам попала тоже не от сладкой жизни, и тоже через многое прошла. Мне требуется хоть какая-то компенсация! Хоть какое-то мнимое представление о том, что всё это не закончится ещё более худшим кошмаром.
Теперь Рейнальд, слава богу, больше не улыбался и не зубоскалился. Не знаю, насколько мне удалось до него достучаться, но сейчас, если так подумать, от его дальнейшего решения зависело моё будущее, если не вся жизнь.
— Ты же не можешь не понимать, что моя личная жизнь кардинально отличается от твоей. Мы с тобой из разных миров, почти как Элиза Дулиттл и Хиггинс. Только в моём случае, у меня нет никакого желания или целей перевоспитывать тебя в светскую леди. И то, что ты так отчаянно пытаешься пролезть на мою территорию и в мою зону комфорта, не добавляет в твою копилку положительных баллов. И едва ли это как-то изменит твоё здесь положение.