Анна Харатян – Абсолют. Квантовый код (страница 3)
— Холодный, как лед.
Кира усмехнулась.
— Он не всегда был таким. Раньше он смеялся. Шутил. Мечтал.
— Что-то случилось, из-за чего он превратился в статую? — насмешливо произнесла я.
— То же, что и со всеми здесь. Ноосфера. — Она смотрит вдаль, на мерцающие огни далеких структур. — Он потерял кого-то очень важного. И решил, что лучше не чувствовать вообще, чем чувствовать боль.
Да уж, уже не так смешно. Я посмотрела на свои руки. Все еще дрожат.
— Я понимаю его.
— Знаю. — Кира коснулась моего плеча. Ее пальцы теплые, несмотря на свечение.
— Поэтому ты здесь. Потому что ты тоже выбрала не чувствовать. А теперь тебе придется научиться заново.
— Зачем?
— Затем, что твой дар растет из чувств. Подавишь их — подавишь себя. А без себя ты не найдешь Даниэля.
Я молча проглотила ком в горле. Внутри поднялась знакомая волна — отчаяние, смешанное с надеждой. Я уже почти забыла, каково это — надеяться.
— Кира, — обратилась я тихо. — А ты? Ты потеряла кого-то?
Она долго не отвечала. А когда ответила, то голос ее прозвучал откуда-то издалека.
— Я потеряла всех. Несколько раз. Я живу так долго, что почти забыла их лица. Только голоса. Иногда они приходят ко мне во сне.
— Мне жаль.
— Не жалей. — Она улыбнулась, и в этой улыбке столько света, что на миг комната стала ярче. — Я научилась с этим жить. И ты научишься.
Некоторое время мы сидели в тишине, глядя на чужое небо.
Я не знала, что ждет меня завтра. Не знала, смогу ли контролировать то, что Кай назвал «даром». Не знала, найду ли Дани. Впервые за восемь месяцев я почувствовала что-то кроме боли. Надежду.
Глава 3. Три Закона
На следующее утро Кай разбудил меня ни свет ни заря.
— Подъем, — скомандовал он, не входя в комнату — просто его голос раздался из динамиков, встроенных в стены. — Жду в учебном зале через десять минут. Без опозданий.
Я вскочила, натянула на себя одежду — Кира оставила мне что-то местное, похожее на легкий комбинезон, который был удивительно удобен, — и побежала по коридорам, ориентируясь на подсказки механического голоса.
— Поверните налево, — прозвучал механический голос. — Затем поднимитесь на платформе на третий уровень.
— Ты что… — спросила я на бегу. — Ты… искусственный интеллект?
— Я — квантовый ИИ, администратор Ноосферы. АРХИВ. Моя задача — поддерживать стабильность системы.
— И как, получается?
Пауза.
— С вашим появлением — хуже.
Я усмехнулась. Хотя бы честно.
Учебный зал оказался пустой сферой с матовыми стенами. В центре стоял Кай, рядом с ним — Кира. На балконе, опоясывающем зал, я заметила еще несколько человек в одинаковых серых одеждах, которые наблюдали за нами.
— Не отвлекайся, — попросил Кай, заметив мой взгляд. — Смотри сюда.
Перед ним загорелась голограмма. Три формулы, выведенные светом в воздухе.
— Перед тобой основные законы Ноосферы, помимо многих прочих, — уточнил Кай. — Запомни их. От этих формул зависит твоя жизнь.
Ψ = ∫ (Сознание × Намерение) dt
— Первый закон — материализация. Ψ — это пси-потенциал, сила твоего творения. Сознание — четкость образа. Намерение — эмоциональный заряд. Интеграл по времени — длительность фокуса. Чем ярче мысль, чем сильнее чувство, чем дольше ты удерживаешь образ — тем реальнее результат.
H = Σ (Страх × Масса) / Δt
— Второй закон — энтропия Хаоса. Хаос не живет сам по себе. Он питается страхом. Твоим страхом, страхом любого разумного существа. Масса — это вес травмы, ее глубина. Время — скорость накопления. Чем сильнее ты боишься, чем тяжелее твоя боль — тем больше Хаоса ты производишь.
E = Ψ2 × t0
— Третий закон — сохранение. За каждое творение нужно платить. Энергия, которую ты тратишь, растет пропорционально квадрату твоего пси-потенциала. Хочешь создать что-то большое — готовься заплатить всем, что у тебя есть.
Кай замолк и посмотрел на меня.
— Вопросы?
Я таращилась на первую и знакомую до боли формулу. На Земле эта формула неохотно сотрудничала с учеными. А здесь это главный закон, который доказывает, что мы могли быть правы.
— Тысяча, — выдала я. — Но начну с главного: как это вообще работает? Я ученый, Кай. Я привыкла к экспериментам, доказательствам, воспроизводимым результатам. А это… это похоже на магию.
— Это не магия. Это квантовая физика, — Кай сделал жест рукой, и голограмма поменялась, показывая структуру, похожую на нейронную сеть, но в миллиарды раз сложнее. — Ноосфера — это поле коллективного сознания. Каждая мысль, каждая эмоция оставляет здесь след. Ваш мозг — квантовый компьютер. Ген Ψ позволяет ему подключаться к этому полю. Все остальное — просто применение.
— Просто, — пробормотала я. — Ну да.
— Кай, — спросила я, глядя на формулы. — Эти законы… они работают везде? Или только в Ноосфере?
Он помолчал минуту и продолжил.
— На Земле они тоже работают, но иначе. Там материя плотнее, мысли тяжелее. Чтобы создать что-то на Земле, нужно в сто раз больше энергии. Но Ноосфера… здесь мысль — это все.
Вот оно что.
— А что было до Ноосферы? — не унималась я.
— Пустота. Не черная, не белая — просто никакая. А потом пришли они. Те, кто построил этот мир.
— Кто?
— Мы не знаем их имени. Они не оставили записей. Только память в кристаллах. И один закон, который они вырезали в самом основании Ноосферы: «Сознание первично. Все остальное — его тень».
Я смотрела на формулы и чувствовала, как внутри поднимается странное волнение. Сознание первично. Значит, весь этот мир — просто мысль? Чья?
— Хватит теории. — Кай хлопнул в ладоши. — Переходим к практике.
Он подвел меня к центру зала.
— Твоя задача: создать стакан чистой воды. Простой, обычной воды, которую можно пить. Никаких примесей, никаких искажений.
— С чего мне начать?
— Закрой глаза. Представь воду.
Я послушно закрыла. Представила прозрачную жидкость, льющуюся из крана. Просто. Легко.
— Теперь добавь чувство. Не просто картинку — ощущение. Прохладу на коже. Вкус после долгой жажды. Как она течет по горлу.
Я попыталась. Вспоминала, как пила воду после пробежки с Даниэлем. Мы бегали по набережной, он всегда обгонял меня, а потом дразнил, что я слишком медленная. Потом мы пили воду из одного стакана, и я злилась, потому что он всегда оставлял на горлышке следы…
— Стоп, — голос Кая резал воздух. — Открой глаза.
Я открыла глаза и посмотрела на свои руки. Между ними пульсировала сфера — но не прозрачная, а мутная, зеленоватая, с неприятным запахом.