Анна Хаккетт – Чего бы это ни стоило (страница 37)

Я смотрю на него и ухмыляюсь.

— У меня слабость к плохим парням.

Он издает низкий звук, затем рывком пересаживает меня из кресла к себе на колени.

— Есть только один плохой парень, к которому тебе позволено питать слабость.

Подняв руку, я провожу пальцами по его челюсти, по щетине.

— Ну, когда мы вернемся домой, может, если ты натрешься маслом…

Он щекочет меня и я смеюсь.

Боже, еще несколько минут назад я думала, что больше никогда не смогу смеяться.

​— Посмотри вот эту часть шоу, — шепчет он.

Я прижимаюсь к нему спиной, положив голову ему на плечо. На сцене прекрасная Исида обнаруживает тело своего убитого мужа. Она взмахивает руками и золотой свет закручивается в вихре, символизируя её магию. Парни по спецэффектам заслужили медаль.

Тело Осириса оживает и исцеляется. Влюбленные целуются так, словно наступает конец света. Внезапно сверху спускаются тонкие полотна белой ткани, скрывая актеров и превращая их в силуэты. Ткань почти прозрачная, отчего сцена кажется сном.

За этим экраном пара движется, их тени сливаются в одну. Они страстно целуются, руки блуждают по телам друг друга. Совершенно ясно, что они раздевают друг друга.

Волна желания ударяет мне в живот. Красивые тела актеров очерчены тенями, они извилисто двигаются в такт друг другу. Осирис укладывает Исиду на ложе, затем его голова оказывается между её ног; она выгибает спину. Её гортанные стоны наполняют театр.

Жар приливает к моей коже, дыхание учащается.

Так легко представить, что это мы с Бастианом. Я ерзаю и чувствую его твердый член под собой. Не я одна пала под чарами этого чувственного представления.

​— Я знал, что тебе понравится. — Его глубокий голос рокочет мне в самое ухо, затем он прикусывает мою мочку. Одна его рука скользит по моему телу так, будто он им владеет.

— Бастиан…

— Обожаю, когда ты произносишь моё имя вот так. Будто ты во мне нуждаешься.

— Я нуждаюсь в тебе. — Во многих смыслах. В смыслах, которые меня пугают. Он ведет пальцами вверх по моему бедру, между ног. Он усиливает давление, проводя подушечками по шву моих брюк.

Мои губы приоткрываются, я подаюсь бедрами навстречу. Жаркое предвкушение пронзает всё тело.

Его рот находит мою шею, целуя и покусывая. Соблазняя меня.

Всё в этом мужчине притягивает меня. Он заставляет меня чувствовать себя желанной. Окруженной заботой.

В безопасности.

​Затем он расстегивает мои брюки и его рука скользит внутрь, под белье.

С хриплым стоном я приподнимаюсь. Он начинает ласкать меня. На сцене силуэты показывают Исиду, оседлавшую своего мужа.

Я хочу этого.

Я хочу Бастиана внутри себя. Хочу чувствовать его твердость в моем теле. Хочу быть сверху и дарить ему наслаждение.

Хочу знать, что он мой. Пусть даже ненадолго.

Он вводит в меня два пальца и я двигаюсь на его руке.

— Боже, как мне нравится твоя отзывчивость, — выдавливает он сквозь зубы.

— Со мной никогда такого не было раньше, — задыхаюсь я, запрокидывая голову.

Я вижу, что ему приятно это знать. Я уже близко. На сцене Исида и Осирис достигают разрядки, их переплетенные стоны заполняют зал.

Бастиан нажимает большим пальцем на мой клитор. Я взрываюсь.

Я дергаюсь в его руках, удовольствие захлестывает меня с головой. Его рот ловит мои вскрики, пока я переживаю пик оргазма.

После этого я не чувствую себя расслабленной и умиротворенной. Я разворачиваюсь, садясь на него верхом.

— Я хочу тебя. Никаких ожиданий. Никаких помех.

Даже в тени я вижу желание на его лице. Его скулы кажутся острее, взгляд — жарче.

— Не здесь. — Он ловко застегивает мои брюки и ставит меня на ноги.

Затем он берет меня за руку и уводит из ложи.

С бешено колотящимся сердцем я иду за ним.

ГЛАВА 26

​Бастиан

​Прижав ладонь к сенсорной панели, я заставляю себя остаться на другой стороне лифта. Ларк прижимается спиной к зеркальной стене напротив.

Я все еще слышу ее сексуальные вздохи, чувствую фантомное ощущение ее горячего тела, сжимающего мои пальцы.

Мы пожираем друг друга взглядами и, клянусь, воздух в кабине наэлектризован. Я знаю: если коснусь ее сейчас, то устрою настоящее шоу для моей службы безопасности у мониторов.

Я не хочу, чтобы наш первый раз случился на полу лифта.

​Наконец, кабина замедляет ход и останавливается. Я хватаю ее за руку и вытаскиваю наружу. Через мгновение открываю дверь пентхауса и втягиваю ее внутрь.

Едва дверь захлопывается, мы оборачиваемся одновременно. Ларк делает шаг вперед и в тот же миг я рву ее к себе. Мы сталкиваемся телами.

Ее руки обвивают мою шею, пальцы впиваются в волосы. Этот поцелуй — жгучий и ненасытный. Все ее тело дрожит от желания, и во мне растет жажда. Голод более глубокий, чем любой, что я когда-либо испытывал.

​Она выдергивает мою рубашку из брюк. Я стягиваю с нее футболку.

Мы двигаемся через гостиную по немыслимой траектории, скидывая обувь и теряя по пути одежду. Я расстегиваю ее джинсы, задерживаясь, чтобы прикусить оголенное плечо. Мне нужно видеть ее голой. Мне нужна вся эта гладкая кожа в моем распоряжении, чтобы касаться ее так, как захочу.

Она возится с пуговицами на моей рубашке, тихо ругаясь.

— Почему на тебе так много всего?

С победным звуком она справляется с последней пуговицей и стаскивает ткань с моих плеч. Затем принимается за брюки.

Мой член твердый как камень, желание пронзает меня насквозь. Я готов прижать ее к стене и войти в нее прямо здесь. Я хочу слышать ее крики. Чувствовать, как ее ногти впиваются в спину. Видеть, как ее киска принимает меня.

Нет. Это Ларк. Я не стану торопиться. Для нас это не будет быстро и яростно.

​Я снимаю с нее остатки одежды, оставив только черные трусики. Именно сегодня она решила их надеть. На боку у нее все еще повязка, но гораздо меньше той, что была в ночь ранения. Я знаю, что рана заживает хорошо.

Подхватив ее на руки, я быстрыми шагами направляюсь в спальню. Ее губы вновь находят мои, затем она атакует поцелуями шею, скользя зубами по мышцам. Она проводит языком по пульсирующей точке, и я знаю — она чувствует, как бешено бьется мое сердце.

— Тебе нравится это, да? Чувствовать, как я схожу с ума из-за тебя.

Ее зубы прихватывают кожу.

— Так много жизни. Обожаю эту силу.

Я понимаю ее маленькую одержимость. Я стону, сжимая ее ягодицы.

​Я пересекаю спальню и опускаю ее на кровать. Скидываю брюки, стягиваю боксеры. Наклонившись над ней, я снова прижимаюсь к ее губам. Целуя, стаскиваю с нее трусики.

Она тянет меня вниз и переворачивается. Резко толкает, заставляя лечь на спину. Оседлав меня, она осыпает мою грудь жадными поцелуями. Я чувствую исходящую от нее бешеную, дикую энергию. Она находит уже заживший шрам — след от ее же удара — и проводит по нему языком.

Я переворачиваю нас, меняясь местами.