Анна Гур – Бывший Муж. Второй Шанс для Предателя (страница 8)
Боль воспоминаний сжимает сердце, и я отвечаю на его ледяную улыбку, окидываю еще раз внимательным взглядом и понимаю, что на Доронине не обычный костюм, не тот, что мой муж носит повседневно. Я уже научилась разбираться в его люксовой одежде и по лацканам вижу, а еще… бабочка… пусть развязанная, но все же…
– Подскажи, дорогой муж, я могу, наверное, тебя поздравить?! – спрашиваю, продолжая улыбаться, но на самом деле внутри я кричу. Возможно, если бы не капельница, я бы сейчас впала в истерику, а сейчас… все происходящее воспринимается словно под пеленой… издали… будто под самой настоящей анестезией.
И это хорошо. Если бы было по-другому – я бы просто не выстояла…
Но сейчас, когда под сердцем у меня уже малыш, я могу думать только о его благополучии.
Мой вопрос заставляет Доронина сжать кулаки. Мгновение – и кажется, что он сейчас на меня накинется и затрясет.
– С чем поздравлять собралась?! – спрашивает холодно. По-деловому. При этом прищуривается, а я прикусываю губу.
– С обручением твоим… – отвечаю тихо. По глазам вижу, что это правда. По взгляду.
Сжимает челюсти. Желваки проступать начинают.
– И поэтому решила мне ответить вот так, да?! – отвечает вопросом на вопрос, но даже в этом умалчивании я ответ очевидный вижу, потому что, будь то ложь – Доронин бы рассмеялся или же заорал на меня, сказал бы, чтобы пургу не несла, а он… молчит… молчит о том, что нанес мне удар в спину, а вопрос задает…
Тоже улыбаюсь. Как странно. Душа рвется на куски, а на губах улыбка умирающего… слишком болезненная… но прилипшая… ставшая моей броней…
– Ты обручился!
Это уже не вопрос. Это факт, который я озвучиваю, и страшно становится, когда Доронин наклоняется ко мне, упирает огромные кулаки в мою кровать и… меня начинает мутить от его запаха, потому что к привычному терпкому парфюму примешивается аромат тяжелого алкоголя…
Доронин всматривается в меня, а затем отвечает хриплым голосом, полным какой-то стали и шипов:
– И поэтому… ты… избавилась… от ребенка…
Глава 7
Хорошо, что я лежу, иначе точно бы упала бы…
Медлю… Не отвечаю!
Доронин сейчас на себя не похож!
Не этого мужчину я полюбила! Не с ним хотела строить семью… Передо мной именно олигарх Виктор Доронин, привыкший ступать по головам, уничтожающий всех, кто попадается у него на пути. И сейчас у него на пути я!
Он меня бульдозером давит! Приехал в больницу и выясняет отношения! Предъявляет обвинения и претензии! В то время как он должен был меня поддерживать! Должен был быть со мной! Должен быть банально спросить: как ты?! Всего два слова, но в них так много… забота, беспокойство, любовь…
Но нет. Есть только обвинения и претензии!
И разумеется, мой муж не должен был за моей спиной обручаться с другой! С той, которая ему по статусу подходит! Которая запросам его мамочки соответствует!
Вся эта ситуация просто обескураживает! Уничтожает…
И слезы где-то в горле застывают, а обида… она не просто душит меня в эту секунду, по ощущениям мне разом все сухожилия вспарывают…
– Ты… изменил мне… обручился с другой… Виктор… – отвечаю, едва губами шевеля, слезы мои не текут из глаз, они наполняют мое нутро целым невыплаканным океаном!
Меняется в лице, желваки вздуваются на красивых щеках, морщит свой аристократичный нос и впивается в меня ненавидящим взглядом.
Так странно, но еще сегодня утром я была самой счастливой женщиной на земле, любимой женой, будущей матерью нашего долгожданного малыша…
Еще этим утром я жила в другой реальности, а сейчас… будто бы оказываюсь в королевстве кривых зеркал, где вместо любимого мужа какая-то искаженная версия человека, которого я абсолютно не знаю.
Но сейчас… Скорее всего, я вижу настоящего Виктора Доронина, того самого, кто привык уничтожать целые бизнес-империи по щелчку собственного пальца.
Я оказалась женой жестокого мужчины, который изначально прятал свое истинное обличие, а вот сейчас… сейчас я понимаю, к кому именно попала. Розовые очки разбились, так банально, но я тысячу раз слышала эту фразу и только теперь осознаю ее смысл.
– Значит… Решила так мне отомстить, да, лиса Алиса?!
Коверкает мое имя, но сейчас… сейчас в нем иной смысл вкладывает. Называет меня двуличной и лицемерной.
И неожиданно для себя я осознаю, что не хочу оправдываться и переубеждать Виктора в чем-то!
А зачем я должна это делать?! Зачем рассказывать, что всему виной чертова путаница с моей тезкой, из-за чего Доронина ввели в заблуждение?!
Мой муж – предатель. Подлец. Который за моей спиной устроил не пойми что. И… я бы его поняла, если бы он пришел однажды ко мне и сказал честно: «Между нами все кончено. У меня планы, и ты в них не вписываешься!»
Да, мне было бы сложно! Да, было бы чертовски больно! Но… это было бы честно! Честно и по-человечески… Я бы пережила эту боль, я бы залечивала раны, но приняла бы, что так бывает и… иногда люди перестают любить друг друга…
Хотя… мама была права, и я не уверена, что Виктор знает, что такое любовь. Определенно не знает.
– Ты мне предъявляешь претензии, Виктор?! Серьезно?! Ты, который приперся ко мне чуть ли не во фраке! С помолвки! С другой! Ты в своем уме?!
Мой голос дрожит, нотки ярости прорываются, и хочется ущипнуть себя, чтобы проснуться, чтобы не испытывать эту адскую боль…
Но я знаю, что не сплю. Мне слишком больно. Я бы уже рухнула из-за такой оглушительной боли в грудной клетке, которая распространяется и на живот, но я успокаиваю себя изо всех сил, потому что мне сейчас не о Доронине нужно думать, не о его подлой измене, не о предательстве
Нет! Есть совсем другое. То самое, ради чего я буду жить и бороться. Моя тайна. Которую я буду защищать изо всех сил!
– Что ты хочешь услышать от меня, Виктор?! А?! Может, скажешь, что я все не так поняла и сейчас ты не прибежал ко мне с помолвки! При живой-то жене!
– Не переигрывай!
– Ты… не жена… моя жена бы так не поступила… – выдает с нажимом, упирается огромными кулаками в мою постель, а я… я на его руки смотрю, на золотые часы, которые выглядывают из-под манжеты сорочки и… не узнаю этого человека.
– Почему же?! – отвечаю вопросом на вопрос, я в каком-то аффекте сейчас нахожусь, все через призму тумана будто достигает моего разума, – ты сделал мне больно… почему я не могу сделать больно тебе?! – отвечаю, улыбаясь, и на мгновение кажется, что Доронин меня сейчас ударит. Наотмашь.
Но он этого не делает. Спустя мгновение тянет уголок губ в ухмылке и бросает взгляд, оценивающий, мужской и… обидный до невозможности. Возможно, было бы меньше боли, если бы он меня ударил.
– А я, оказывается, тебя совсем не знал, Алиса… Ты всего лишь подстилка из разряда «обыкновенных».
Отвечает так хлестко, что я вздрагиваю внутренне, умирает моя любовь к этому мужчине в агонии, подыхает, становясь фундаментом для нового чувства, которое вот-вот в моей груди расцветет ярким цветком ненависти.
– Как и ты, Виктор. Каждой твари по паре, слышал?!
Зачем я это все делаю?! Зачем провоцирую и ударяю словами?! Наверное, включается инстинкт самосохранения, потому что я не знаю, чего именно можно ждать от человека с бесконечной властью и возможностями.
Глава 8
В какой-то момент мне кажется, что Виктор меня ударит. Мне действительно так кажется, ощущаю, как у него буквально все сухожилия натягиваются, как начинает пульсировать вена на виске, будто бы Доронин не просто в ярости, а в слепом бешенстве, когда впадаешь в дикое состояние аффекта и в себя приходишь, только расколошматив все вокруг…
И… если бы сейчас Виктор выдал именно эту эмоцию, если бы показал, что ему не наплевать на меня с малышом, проявил чувства, возможно… что-то бы всколыхнулось в моей душе, возможно, я бы корила себя за то, что вру отцу моего малыша…
Но секунды все текут и… ничего не происходит. Доронин смотрит на меня своим ледяным взглядом, но ничего не произносит. И эмоции, которые, мне казалось, я вижу, исчезают, так и не проявившись.
Наверное… это я просто дура… хочу видеть то, чего нет… Как видела в своем муже мужчину, которым он никогда не являлся…
Тот Виктор, которого я полюбила, был предупредителен и нежен, обаятелен и… за ним мне казалось, что ни одна беда меня не достигнет, потому что он словно моим плащом был в непогоду, вернее… это я в нем видела все эти качества, я, вероятно, нафантазировала себе образ, который полюбила всем сердцем.
В то время как истинный Доронин прямо сейчас стоит передо мной. Человек, который не задумался о моих чувствах, человек, который сегодня надел кольцо на палец другой девушке, человек, который называл меня своей женой, своей единственной, любимой…
Все ложь. А я… все смотрю в ледяное лицо мужчины. Да, красивого, словно древнегреческая скульптура, но такого же холодного, как изваяние, лишенное чувств, эмоций и… жизни…
Передо мной статуя. Не человек. Потому что с такими ледяными глазами выносят смертный приговор и… никогда я не видела Виктора в его истинном обличье, но сейчас, когда морок чувственности спал, когда мой муж меня предал, когда ударил в спину ножом и провернул рукоять, я вижу его настоящего.