Анна Гур – Бывший Муж. Второй Шанс для Предателя (страница 11)
Сердце пропускает удар, когда мой бывший муж нависает скалой и задает вопрос:
– Сколько лет твоей дочери?!
Глава 11
Виктор Доронин
– Виктор Романович. Мэр напоминает о своем приглашении… – выдает моя помощница.
Я киваю. Учитывая, какие деньги я собираюсь вложить в инфраструктуру открытия края, я понимаю, отчего так нервничает Сергей Анатольевич.
– Хорошо, – отвечаю коротко и погружаюсь в чтение очередного отчета. Ситуация в мире не радует. Приходится принимать решения буквально на лету, учитывая, как быстро меняются условия рынка. И если мы все наши договоренности соблюдаем, то наши так называемые западные партнеры – совсем нет.
Конкретно сегодня у меня был телефонный разговор на самых верхах, и то, что мне рассказали, совсем не радует, а главное, мне предстоит принять решение и организовать проект, чтобы обойти определенные сложности, которые в ближайшее время будут нам, так сказать, устроены.
В принципе у меня уже есть наработки. Придется просто действовать более резко и брать нахрапом, но где наша не пропадала. Конкретно сейчас я разворачиваю бизнес в сторону Азии, направление радует, кроме того, что я удержал бизнес на плаву и сохранил рабочие места своих сотрудников, я еще и расширяюсь, и пример этому – вложения, которые я планирую сделать на юге, что принесет к открытию новых рабочих мест, а также привлечет туристов как раз из Азии к нам, у нас есть что показать и есть чем удивить.
– Здесь, Виктор Романович, мероприятие будет коротенькое, минут на сорок, но учитывая, что строительство торгового центра была на финансировании дочерней компании вашей корпорации, мэр настаивает на вашем присутствии, – вновь информирует меня Марта, сопоставляя информацию с моим ежедневником.
Молча выхожу из автомобиля. В последнее время все подумываю о том, что можно и развлечься, совместить полезное с приятным, здесь на юге у нас есть неплохой горный курорт, а я обожаю именно горный воздух, будоражащие виды и прохладу.
С этими мыслями я иду вперед, прохожу в торговый центр. Мои ребята работают на опережение. У меня служба безопасности в последнее время модернизирована и дополнена ребятами, которые служат в структурах. Время такое. Черт знает что происходит, но я отношусь к этому всему весьма спокойно.
Все же для конкурентов я вполне себе мишень, учитывая, что держу определенную, очень важную для жизнедеятельности страны сферу. Я привык, что меня окружают профессионалы, в то время как я сам особо спуску не даю. Мой характер еще выдерживать надо.
Мне проводят небольшую экскурсию по торговому центру, сам мэр прогуливается и прислушивается к отчету своего подчиненного, при этом бросает на меня почтительные и полные внимания взгляды.
Прислушиваюсь к тому, что мне говорят, а сам внимательно проверяю все.
– Виктор Романович? – наконец, когда небольшой экскурс закончен, ко мне обращается мэр, при этом выдерживает паузу, явно ожидая моей реакции.
– В целом я доволен, что удалось построить настолько современное здание, которое удовлетворяет потребности граждан.
Отвечаю спокойно, ощущая, как на меня направлены все камеры и микрофоны. Журналисты наперебой пытаются задать вопросы, на которые я отвечаю, некоторые вопросы также интересуют меня, поднимают проблемы, на которых я заостряю внимание моего секретаря, позже затребую более детальную информацию по проблемам – и будем решать.
– Виктор Романович, а вы не собираетесь баллотироваться? – неожиданно задает вопрос репортерша с перекачанным ртом.
Я ухмыляюсь и качаю головой:
– Нет, я человек бизнеса и не вижу себя в политике. Но я рад, что моя деятельность направлена на процветание не просто ниши, но и целого пласта людей, которые уверены в своем завтрашнем дне благодаря верному курсу моей корпорации…
Что-то наподобие пресс-конференции заканчивается, и мэр жмет мне руку, позируя на камеры.
– Виктор Романович, очень жду вас на дне рождения моей супруги, – выговаривает мужчина. Явно демонстрируя намерение со мной помириться.
- Благодарю, не могу обещать, что буду. У меня достаточно плотный график. Но я попрошу Марту свериться с моим расписанием.
Отвечаю почтительно, но четко ставлю границы. Я не собираюсь «дружить» с мэром, когда у меня есть ряд вопросов по реализации проектов. Есть подозрения, что не все средства дошли до адресата, и в этом случае дружба со мной виновных не спасет. Сниму с постов и заставлю выплатить все до копейки.
– И все же мы будем очень польщены, если у вас сложится и вы сможете присутствовать.
– Благодарю. Ценю ваше приглашение.
Обмениваемся с мэром рукопожатием, и опять вокруг толпятся журналисты. Мэр улыбается, а я просто устаю от всей этой мишуры.
Я действительно слишком далек от политики, но достаточно приближен к власти, чтобы понимать, что благополучие отдельно взятых людей и их семей ведет к процветанию не просто бизнеса, но и самой сферы.
Прощаюсь с мэром, отклоняю еще ряд предложений и в итоге остаюсь наедине с простыми сотрудниками, которые выполняли всю самую ответственную работу, провожу с ними несколько минут за беседой и узнаю всю необходимую информацию из первых рук.
– Эвелина Генриховна. Мне нужно организовать ряд встреч с подрядчиками. Нужно понять, в чем именно причина задержек поставок.
Женщина кивает. Как всегда молчалива, но работает со скоростью кометы.
– Еще будут какие-то распоряжения, Виктор Романович?! – задает вопрос, когда все необходимые формальности пройдены и все фотографии сделаны.
– Нет. Я хочу просто пройтись по торговому центру, осмотреться, так сказать.
– Да, конечно, Виктор Романович. Не буду мешать, – отвечает уверенно и отходит от меня, а я… я даю команду своим парням отступить.
Сам же гуляю по торговому центру, как неожиданно замечаю девчушку, которая прилипла к витрине и, положив тонкие руки на стекло, смотрит внутрь…
Странная картина, потому что девочка совершенно одна здесь, рядом никого…
Отчего-то тонкая фигурка в стареньком потертом пальто вызывает беспокойство, и я иду прямиком к девочке с длинными золотистыми волосами…
Я знаю, почему не прохожу мимо. Все же ребенок явно один. Без взрослых. Это напрягает. Нельзя так. Очевидно, нерадивые родители зазевались и пропустили малышку.
Конечно, я не могу остаться равнодушным и уже готовлюсь позвать сотрудников охраны, чтобы разобрались в ситуации и оповестили о том, что пропала девочка, но… чем ближе подхожу к девчушке, тем сильнее меня что-то напрягает…
Не могу понять, что именно срабатывает, но меня просто магнитом тянет, как пришпиливает. Я приближаюсь к девочке и еще раз оглядываюсь по сторонам, чтобы убедиться, что малышка действительно потерялась. На худой конец, ожидаю поблизости увидеть мамашу, углубившуюся в телефон и не заметившую, что дочка от нее отошла, но здесь… действительно никого нет, кто бы мало-мальски походил бы на родителей девчушки.
С каждой секундой все сильнее во мне поднимает голову злость. Потому что это… это оставление ребенка без присмотра может аукнуться. Все же людей много, и неадекватов тоже полно. Что, если, пока мамашка с папашкой зазеваются, случится непоправимое?!
В принципе, я весьма спокоен и привык на стрессовые ситуации реагировать адекватно. Мне ничего не стоит по щелчку пальцев поднять всю охрану не то что торгового центра, а всего города вместе с полицией, и спустя час, максимум два родители девочки найдутся.
Но… сама эта фигурка, которая положила обе ручки на стекло, за которым спрятана витрина магазина, вызывает интерес, обеспокоенность и желание помочь.
Я не прохожу мимо, давая указание своим помощникам, чтобы решили ситуацию. Я сам подхожу к девочке и рассматриваю ее.
Малышка совсем. Четыре или пять лет на вид. Щупленькая, тонкая, одета опрятно, чувствуется, но вещи старые, потертое пальтишко уже явно маловато…
Обращаю взгляд на витрину, на которую залипла девочка, и понимаю, что это магазин игрушек, а на витрине стоят множество кукол, которые явно пришлись по нраву этой девочке.
Останавливаюсь рядом, бросаю короткий взгляд и произношу ровно:
– Привет.
Почему-то тянет заговорить, когда встаю рядом, и девочка оборачивается, смотрит на меня бледно-голубыми глазами…
Взгляд… у нее очень интересные глаза… и в целом личико сердцевидное, симпатичное…
Странно, но мне эта девочка кажется знакомой, хотя такого в принципе быть не может. Девчушка окидывает меня с ног до головы любопытным взглядом, а потом морщит носик, отвечает, теряя ко мне интерес:
– Мне нельзя говорить с незнакомыми людьми, – произносит уверенно и заставляет меня приподнять брови. Она не картавит и четко выговаривает букву «Р». Обычно дети в ее возрасте немного коверкают слова, а эта выговорила все на одном дыхании и при этом еще и обдала меня недовольством.
Словно я ее от важных дел отвлекаю.
Надо же…
Немного поражает такое отношение. Я не привык. Хотя… я и с детьми особо не общаюсь, но эта малышка – явно отдельный кадр. Уверенная в себе, а с лица ангелок.
Наши гляделки не длятся долго, девчушка опять отворачивается и рассматривает витрину с игрушками.
– Девочка. Ты потерялась? – спустя паузу задаю вопрос малышке, которая вновь бросает на меня тяжелый взгляд, хмурится и отворачивается, полностью игнорируя.