Анна Грай-Воронец – Госпожа Смерть (страница 5)

– Я организовывал похороны своего кота. Да, – Максим состряпал грустную, но при этом комичную мину. – Он был уже старый и однажды утром умер. Я тогда сам сколотил ему такой ма-а-аленький гробик, – он очертил в воздухе пальцами прямоугольник, – положил его на ма-а-аленькую подушечку и накрыл его ма-а-аленьким одеяльцем.

Боже, что я несу?

Мария рассмеялась, по всей видимости, догадавшись об отсутствии правды в истории Максима.

– Ладно, герой, приходи завтра в офис, посмотрим, что из тебя может получиться. Люблю людей, желающих работать. – Она задвинула стул и направилась к выходу.

Максим стоял и смотрел вслед удаляющейся Марии. Каблуки-шпильки цокали в такт разрывающимся в его голове праздничным фейерверкам. Вдруг он вспомнил, что не знает, куда же ему ехать.

– А как мне найти ваш офис? – спросил он, догоняя совладелицу похоронного дома.

Она слегка повернула голову в сторону Максима и искоса бросила на него взгляд. Ее пушистые черные ресницы задрожали. Максим увидел, как уголок ее рта медленно пополз вверх.

– Считай это своим первым испытанием, герой! Adios!1 – произнесла Мария и скрылась в коридоре, оставив за собой легкий флер розы и мускуса.

На следующий день Максим стоял на пороге похоронного дома «Элизиум», не решаясь войти и принять свой первый бой за право работать бок о бок с женщиной-мечтой.

До этого дня он не знал, что небольшое серо-черное здание из стекла и стали, построенное лет семь назад на окраине исторического центра, было двухэтажной юдолью траура и скорби для толстосумов, проживающих в Новосибирске. На графитовой лаконичной табличке, притулившейся слева от стеклянных затонированных дверей, красовалась надпись – «Элизиум». Чуть ниже названия можно было прочесть на латыни: «Veniet tempus et non sumus»2. Режим работы заставил сердце Максима екнуть: круглосуточно, без выходных. Видимо, придется вначале попотеть. Он шагнул вперед и стеклянные двери открылись перед ним, как в супермаркете. На входе его встретила одетая во все черное девушка-администратор, которая вынырнула из-за стойки ресепшен с сочувственным выражением лица. По всей видимости, здесь Максиму не придется притворно улыбаться клиентам. Это радовало.

– Здрасьте. Я на собеседование к Марии, – он метнул несколько оценивающих взглядов по сторонам.

На светло-серых стенах, отделанных декоративной штукатуркой, висели черно-белые фотографии с похоронами девятнадцатого века: люди в старинных костюмах, раритетные катафалки, европейское кладбище со склепами и аккуратными надгробиями. Рядом со стойкой располагался черный кожаный диван, а едва освещенный коридор убегал вдаль, упираясь в конце в каменный фонтан, льющий воду с высоты, точно водопад.

– Вы на какую должность? Оператора крематория, уборщика или клиентского менеджера? – уточнила Лена, чье выгравированное имя он уже успел разглядеть на бейджике.

Максим поперхнулся, услышав варианты для трудоустройства.

– Менеджер по продажам, ну, клиентский менеджер то есть, – ответил он, а затем спросил, понизив голос. – А что, у вас и крематорий есть?

– Да, для людей и домашних животных, – сухо бросила администратор. – Как вас представить? Максим, верно?

Он открыл было рот, чтобы произнести всплывшую в памяти шутку, как свет в конце коридора вспыхнул чуть ярче, и показалась женская фигура с длинными светлыми волосами розоватого оттенка в сопровождении хозяйки похоронного дома.

– Ну, вы сами понимаете, все должно быть по высшему разряду, никаких заминок. Масечка хотел именно под открытым небом, – девушка приближалась, и Максим смог разглядеть ее неестественно пышную грудь, возле которой на руках она держала крохотную собачонку, и огромные пельменеподобные губы. – Когда мы были в Индии, то встречались с одним гуру, он объяснил нам, что только так душа сможет свободно покинуть тело…

Девушка поглаживала песика и продолжила щебетать, беспрестанно кивая, но Максим уже не слышал ее. Он в упор смотрел на Марию, которая в черном брючном костюме и на высоких каблуках выглядела бесподобно. Инстинкт охотника забурлил адреналином в крови Максима. Мария кивнула ему в знак приветствия.

– Не переживайте, все пройдет, как запланировано, – заверила она клиентку, которая, казалось, не собирается умолкать. – У нас высокие стандарты работы. Мы единственное агентство в Новосибирске, которое сможет все для вас организовать наилучшим образом.

– Простите, а юристы у вас есть? Ну… по наследственным делам? – вдруг спросила пышногрудая, понизив голос.

– Да, конечно, вот как раз и его кабинет, – Мария указала на дверь по правую руку от нее.

Она постучала, и из кабинета раздался хрипловатый мужской голос. Мария приоткрыла дверь и спросила:

– Роберт Альбертович, примете клиентку?

Мужчина в кабинете негромко крякнул. Мария жестом пригласила пышногрудую пройти внутрь, притворила за ней дверь и посмотрела на Максима.

– Здравствуй, герой! Ну что, пойдем на собеседование? – спросила она, тепло улыбнувшись.

Тот произнес что-то невнятное в ответ. Язык внезапно перестал его слушаться: он разбух во рту, словно от укуса пчелы. Да и дышать что-то удавалось с трудом. «Ах, вот что значит, когда от женщины перехватывает дух!», – подумал Максим.

– Идем! – произнесла она. – Надеюсь, с клиентами ты будешь более многословен.

Максим зашагал за ней следом. Мимо проплывали кабинеты с номерами. Картины исчезли со стен, потолок, казалось, стал ниже, а свет приглушеннее.

– Экскурсию я устрою тебе позже, если ты не возражаешь, – сказала Госпожа Смерть, оборачиваясь.

Они подошли вплотную к водопаду. В огромной каменной чаше, подсвечиваемой точечными светильниками, плескались рыжие рыбки. Справа показалась лестница наверх. Поднявшись на второй этаж, они очутились в просторном светлом холле, обставленном кожаными белыми диванчиками и обеденными столиками, возле которых стояли кадки с фикусами. Со стен и потолка повсюду свисали вьющиеся растения, превращая зал в сад. В глубине холла виднелся небольшой стол с едой, расставленной по типу шведского стола, кулер с водой и кофе-машина.

– Внизу место для траура, а здесь, – Мария обвела руками пространство, – здесь царствует жизнь. Это столовая. У нас работает повар, который готовит нам завтраки, обеды и ужины. Как ты уже заметил, офис работает круглосуточно.

Хозяйка похоронного дома пригласила его за столик возле живой зеленой стены. Администратор Лена принесла ароматный кофе, отдающий гвоздикой и кардамоном, и скрылась на лестничной клетке. Максим поймал себя на мысли, что впервые в жизни волнуется рядом с женщиной. Ему казалось, что около него не человек, а какой-то мощный поток энергии, а, может быть, даже какая-то древняя богиня.

– Нам нужен менеджер по работе с клиентами, – начала Мария, отпив немного кофе. – Как ты уже, наверное, прочел на вывеске, «Элизиум» – это элитный похоронный дом. Наши клиенты – состоятельные люди, которые хотят проводить родственника или домашнего питомца в последний путь именно так, как хотят они. По-особенному. Мы способны организовать полный цикл: у нас есть собственные крематорий, колумбарий, поминальный ресторан и даже ведущие похорон.

Брови Максима поплыли вверх. Он знал про свадебного тамаду, но чтобы кто-то из ведущих специализировался на похоронах – такого он еще не слышал.

– Жаль, что морга нет собственного, в нашем городском вечно какие-то накладки. Что ж… Наша задача – проводить умершего в последний путь, обеспечив высокий уровень сервиса, – Мария была влюблена в свое дело, и это чувствовалось по тому, как она рассказывала Максиму об агентстве. – Как ты уже понял, наши клиенты зачастую, так сказать, с претензией. Они требовательны, но способны за свои высокие требования заплатить. Также, мы единственные в городе, кто предоставляет услуги крематория и кладбища для домашних животных. Это у нас поставлено, так сказать, на поток. В общем, мы уникальны.

Максим, завороженный Марией, до сих пор даже не притронулся к кофе.

– Да, я… уже это понял, – произнес он, вспоминая посетительницу, с которой столкнулся в коридоре.

– Так, расскажи мне, где ты раньше работал. Или работаешь. Что умеешь? – спросила Госпожа Смерть, внимательно глядя на Максима.

Его глаза забегали по пышущему жизнью пространству столовой. Он решил, что смысла врать нет, пусть это и здорово уменьшит его шансы.

– Я больше десяти лет проработал на стройке. Делал чистовую отделку, стеклил. Ничего особенного…

Мария откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди.

– Так. И что же привело тебя сюда? – она выглядела удивленной.

– Я устал. Понял, что вечно скакать не смогу, еще лет шесть – и все, силы будут уже не те, – Максима вдруг разбило красноречие. – Надо искать себя в чем-то новом. Я очень коммуникабельный, люблю общаться с людьми. Работаю на результат. Почти не беру больничные.

Она наклонила голову и задумчиво произнесла:

– Ну отчасти истина в твоих словах есть. Но все же, почему похоронное агентство?

Зазвонил телефон Марии. На экране отобразилось имя «Роберт».

– Минуту, – обратилась она к Максиму. – Да, слушаю.

Максим с трудом, но разобрал мужской голос. Он застрочил слова, как из пулемета:

– Маш, сегодня придет мой протеже. Обязательно его послушай. Он продавец от бога! Он принесет нашей фирме баснословную прибыль, я тебе гарантирую! Он делает сумасшедшие продажи на последнем месте работы, на него там буквально молятся. Таких ценных кадров очень трудно найти, мы должны его переманить к нам. И это возможно сделать только хорошей зарплатой. Надо дать ему в полтора раза больше, чем ты планируешь сейчас. И тогда он точно наш. Он придет ровно в три. Тем более, ты его знаешь, это Ильдар, сын Рафаэля…