Анна Гращенко – НИИ ядерной магии. Том 3 (страница 70)

– Так и есть, – кивнул Аметист Аметистович. – Она нашла бы, конечно, другие врата, но не думаю, что в нашем крае есть переход сильнее этого. Есть несколько парных водопадов, но они даже близко не получают столько же внимания, сколько морские ворота города.

– Так давайте вырубим его! Мы же это можем?

– Это будет непросто. За всю историю его свет ни разу не гас, – скептично заметила Ольга. – Там пять запасных ламп, которые включаются автоматически, запасной генератор и в целом хорошо налаженная система автономной работы.

– Я и не знала, что ты такая любительница маяков!

– Мир полон секретов.

Диалог прервался: Роман остановился, заглушил двигатель и обратился к товарищам:

– Ну что ж, я нас всех поздравляю сразу с двумя вещами. Во-первых, теперь у нас есть недостающая часть плана по спасению мира. Во-вторых, нас уже радушно встречают.

Действительно, на дорожке, ведущей к маяку, стояли две фигуры. Милица и её компаньон были облачены в простую тёмную одежду. Лица мужчины было не разглядеть за маской-балаклавой, зато отлично было видно топор в его руках.

Глава 24

Роман сощурил глаза, вглядываясь в силуэты, и резко скомандовал:

– Все вон из машины!

Он сделал это как раз вовремя, потому что стоило всем четверым выскочить наружу, как автомобиль с оглушительным скрежетом начал видоизменяться. Первыми сдались двери – каждая начала скукоживаться, будто завядшая овощная шкурка, и через несколько секунд они сорвались с петель и влетели внутрь. Следом стремительно пошёл остальной корпус: каждый элемент будто иссох, истончился, и тянулся при этом к центру конструкции. Грохот стоял невероятный, казалось, машина стонала и выла от боли. Всё затихло лишь когда перед товарищами по несчастью не остался большой стальной ком. На всё про всё ушло не больше тридцати секунд, но все чувствовали себя застывшими в вакууме, будто они были жуками, угодившими в янтарь.

Аметист Аметистович полулежал на земле, вцепившись в рюкзак, который чудом успел схватить, выпрыгивая наружу. В момент, когда всё началось, он дёрнулся к Жанне, но увидел, что она уже раскрыла дверь со своей стороны. Тогда рука его рефлекторно схватила то, что лежало между ними всю поездку: рюкзак, который Роман велел им беречь как зеницу ока. Ну что ж, задача выполнена на пять с плюсом.

Аметист Аметистович очнулся от ступора, когда что-то коснулось его руки. Он дёрнулся, но Жанна цепко ухватилась за его запястье.

– Ты что делаешь?

– Тихо, – потребовала она. – Так надо.

Через мгновение она отпрянула, а на руке мужчины уже затягивались узелки широкого браслета с цветочной вышивкой. Аметист Аметистович с лёгкостью ощутил влитую в него силу, которая была даже слишком велика для подобного оберега. Чувствовалось, что создательница выложилась на полную и даже чуть больше. Жанна торопливо зашептала:

– Это защита, тебе нужнее.

– Ты в своём уме? – прошипел он в ответ.

Он не пытался снять браслет, зная, как они работают. Пообещав себе всенепременно отчитать девушку сразу после того, как они выберутся из этого переплёта (обязательно живые и здоровые), он подтолкнул Жанну назад, закрыв её собой, и сконцентрировал внимание на стоявших перед ним людях.

«Мила не узнала мой дух? – размышлял он. – Или узнала и всё равно напала?»

Долго раздумывать не пришлось – он заметил, как ведьма читает новое заклинание, глядя прямо ему в глаза.

– Спона! – прошипел колдун, и намерение его было настолько сильным, что возникший над ними купол можно было различить невооружённым глазом.

Его выдавали мягкие перламутровые всполохи: полупрозрачные, нежные они перекатывались с вершины к земле. Купол вспыхнул особенно ярко там, куда попало атакующее заклинание. Однако защита выстояла, а Аметист Аметистович успел добавить ещё пару коротких заклятий, благодаря которым с каждой новой атакой купол будет становиться лишь крепче. Об этом он быстро рассказал остальным.

– Ты лучший, Аметистыч! То есть, Аметист, Аметист! – Роман выставил руки в жесте капитуляции, хотя это казалось совершенно нелепым в текущей ситуации. – А купол может с нами перемещаться?

– Боюсь, что нет.

– Тогда леди остаются здесь, а я пошёл, – беспечно сообщил он и выпрямился в полный рост, поправляя костюм.

На запястье звякнул его план «А». Роман пригладил волосы и, радушно расставив руки, продекларировал:

– Тётя Мила! Сколько лет, сколько зим!

– Чего тебе надо, дурак? – крикнула Милица в ответ.

Она выглядела расслабленной, но озлобленной. Будто ей предстояло перебить крыс, что портят запасы: омерзительно, но несложно.

– Мы приехали подготовить всё к ритуалу, – соврал он без зазрения совести.

– Вы-то? Кучка неучей без силы да трус дряхлый?

Аметист Аметистович сначала никак не отреагировал: он вглядывался в топор, что держал соратник женщины, и пытался понять, было ли это оружие обычное или зачарованное. Но он спохватился, поняв, что своим молчанием может привлечь только более пристальное внимание, так что наспех огрызнулся в ответ:

– Мудрые женщины делают выводы, а глупые – обижаются. Признавайся, Мила, ты же обиделась, что я не стал качать для тебя ещё больше жизненных сил?

Милица проигнорировала его выпад. Её показное спокойствие улетучилось. Она скрипела зубами, скалилась, но всё же не отводила взгляд от Романа. Сложно было определить, видит ли она в нём какую-то угрозу или попросту не может отвернуться. Она судорожно шарила глазами по его фигуре, что-то выискивая, и Роман на всякий случай убрал руку с артефактом за спину. Он мгновенно считал её поведение, и Чуйка услужливо подсказала, как лучше себя вести.

«Счёт уже на минуты, – думал Роман. – Надо шевелить поршнями. Кстати, поршнями называли обувь в Великом Нов… Чёрт, соберись!»

– Тётя Мила, время уходит. К рассвету всё должно быть готово, иначе пропустим шанс провести ритуал. Следующий через двадцать девять дней будет, у вас хватит сил продержаться?

«Ну давайте, тётя, я же знаю, что у вас оборвались почти все энергопроводы».

Милица колебалась. Она скривила губы и скребла ногой землю, будто была быком, готовым взять окружающих на рога. Но всё же крикнула:

– И с чего же такая спешка?

– Фима сказала, что сегодня единственно подходящая луна – растущая, одиннадцатый день. В заклинании одиннадцать элементов, которые по очереди надо призвать, чтобы нарастить силу. И сделать это на рассвете, в минуту, когда для ночи уже слишком светло, а для утра ещё слишком темно. Рассвет сегодня в шесть двадцать четыре. Как сами думаете, нужна нам спешка или ещё пообщаемся?

Ведьма смотрела на Романа, не моргая. Она вздёрнула подбородок и, несмотря на то, что была ниже, глядела будто бы свысока. Его осведомлённость о таких деталях никого не оставила равнодушным, но особенно удивлены были Милица и Аметист Аметистович, поскольку оба знали, что все названные цифры были верны.

«Подготовился или его Чуйка и такое может? – поражённо подумал Аметист Аметистович, глядя ему в спину. Пока Роман выступал со своей речью, колдун судорожно придумывал, какую именно подготовку они могли бы провести. – В лоб с ней биться бесполезно. Она ударит по девушкам, они – наше слабое место. Надо брать хитростью, но как, бесы тебя дери?!»

Он пожалел, что не сделал эмоциональный маячок на Романа. Имей он сейчас доступ к его чувствам, был бы хоть какой-то шанс понять, что творится у него в голове. И чем можно было бы помочь.

Милица сражалась с собой: она не доверяла Роману, но и не верить не могла. Всё в его словах звучало более или менее правдоподобно.

– И что вам нужно подготовить?

Ответил Аметист Аметистович:

– Выбрать место и начертить колесо Гекаты, подготовить его перенос в чёртов океан. Нам же нужны ворота, о чём ты и так знаешь.

– На кой-бес вам Геката?

Роман обернулся и одобрительно кивнул, передавая дальнейшие объяснения колдуну. Тот легко нашёлся с ответом:

– А к кому тебе обращаться, как не к матери колдовства и богине преисподней? Странно, что сама об этом не подумала. Духи отвернулись от тебя да и ото всех нас, на их поддержку не стоит рассчитывать.

Милица размышляла над его словами долго, почти минуту, и Роман заговорил вновь, не давая ей опомниться:

– В любом случае все детали знает только Арифметика. Она держит заклинание в тайне, и нам дала лишь крохи информации, чтобы мы подготовились. Тётя Мила, ты можешь нам довериться и дать помочь себе, или не довериться и упустить единственный шанс вернуть Океана.

При упоминании имени сына Милица заметно вздрогнула. Казалось, это была последняя капля, которая сломила её. Женщина расслабила лицо и плечи. Руки её повисли безвольными плетьми, а уголки губ сами собой потянулись вниз.

– Если вы что-то задумали, – сказала она негромко, – я разорву каждому из вас глотку собственными зубами.

– Фу, как грубо, тётя Мила, – фыркнул Роман. – Вы же сами сказали, мы – куча неучей, не надо нас переоценивать.

Милица едва заметно махнула рукой и в защитный купол ударилось боевое заклинание. Ведьма процедила сквозь зубы:

– Не искушай меня.

– И в мыслях не было, – он подтянул пониже рукав пиджака и выставил перед собой руки. – Наши намерения совершенно чисты!

– Почему-то я тебе не верю, – Милица поморщилась будто от неприятного запаха и сделала шаг в сторону, открывая путь к маяку.