Анна Горбачева – Женщина в оранжевых одеждах (страница 12)

– Не знаю, я здесь только два года. Когда я пришёл, он уже такой был, – извиняющимся тоном ответил юноша.

– Читайте дальше, – попросил Грачёв, откинувшись на спинку лавочки. Ему надо было подумать.

– «Монах есть тот, кто держится одних только Божиих словес и заповедей во всяком времени и месте, и деле. Монах есть всегдашнее понуждение естества и неослабное хранение чувств. Монах есть тот, у кого тело очищенное, чистые уста и ум просвещенный. Монах есть тот, кто, скорбя и болезнуя душой, всегда памятует и размышляет о смерти и во сне, и во бдении…»

Слушая вполуха, майор думал:

– «В отчёте о Григория не было ни слова о том, что он не разговаривает. Это неудивительно – монастыри редко передают информацию в медицинские центры… Очередной тупик. Везде одни тупики. Вытянуть хоть что-нибудь из него вряд ли получится. Последняя ниточка оборвалась. Нужен новый план. Может забрать в Москву и попробовать привести его в чувство?» – он скосил взгляд на безразлично глядящего вдаль Григория. – «Нет, из этой затеи ничего не выйдет. Возможно, на лечения уйдут месяцы, а ответ нужен уже сейчас».

В кармане майора громко запиликал мобильный телефон. Юноша запнулся, но продолжил читать. Грачёв быстро выключил звук, отошёл на несколько метров, чтобы не мешать чтению, и поднял трубку:

– Слушаю!

– Разрешите обратиться, у нас ЧП, – отозвалась трубка голосом главы отдела Статистики и Наблюдений.

Грачёв нецензурно выругался, зная, что ничего хорошего этого звонок не принесёт, и бросил:

– Докладывайте!

– Ночью зарегистрирована вспышка мутаций. Девять перевёртышей, за которыми вели наблюдение, вошли в активную стадию в людных местах. Кроме того, небывалая вспышка нападений домашних животных на людей. Подтверждены около восьмидесяти случаев в столице и в пяти областях на восток. Травмпункты переполнены. СМИ печатают репортажи о бешенстве, которое передаётся по воздуху. В Пермском крае крупный рогатый скот напал на работников совхозов. Мы имеем шесть локаций, в общей сложности одиннадцать трупов, – отрапортовал бодрый голос.

– Пришлите мне карту с указанием мест вспышек и постарайтесь установить временные промежутки, – ответил Грачёв и положил трубку.

– «Итак, в тексте, который декларирует Кошка, мутировали растения, насекомые, затем животные, а потом люди. У нас, похоже, направление обратное. Подключились полуживотные и животные. А что, если это не «что-то», а какой-то глобальный планетарный сдвиг, а я пытаюсь ловить «нечто»?» – спросил сам себя Грачёв и усмехнулся:

– «Или Дикие проснулись».

Тряхнув головой, он сделал шаг к лавочке и заметил, что у ног юноши что-то блеснуло. Очки. Видимо, они выпали, когда доставал телефон, и упали на мягкую землю. Наклонившись, он поднял их и собрался убрать в карман, как заметил сквозь стёкла яркое свечение.

Майор застыл, шумно втянул носом воздух, по спине пробежали неприятные мурашки. Он ничего не чувствовал. Медленно надел очки и убедился: вокруг юноши переливалось голубое сияние. У старика тоже. Такое же было вокруг забора погоста.

Почему он не чует запах?!

Майор потёр виски. То голубое свечение, которое видит здесь, той же породы, что и у маньяков? Он и на месте преступлений не чувствовал ничего. С чем они имеют дело? Нечто, что всегда у них было под носом, не поддавалось идентификации привычными способами? Как молекулярная физика. Просто у них не было микроскопа.

Грачёв резко развернулся и пошёл в сторону церкви, оставив недоумевающего юношу на лавочке. Ловко миновал закутки и подворотни, которыми его вели сюда. Перед храмом он остановился, выдохнул и постарался войти как можно спокойнее. Служба всё ещё шла. Монахи стояли лицом к алтарю: кто-то менял свечи, кто-то вглядывался в лики икон. Грачёв жадно впивался взглядом в каждую фигуру – у большинства свечение было как у обычных людей: немного сиреневого, немного фиолетового, лёгкий туман перекатывался неспешно и лениво. Голубого свечения было всего два: одно у старца, который в углу маленькой щёточкой чистил раму с позолотой, а второе у сухощавого мужчины с растрёпанной чёрной бородой; он стоял прилежно и смотрел прямо на священника.

Грачёв снял очки, прикрыл глаза и попробовал почувствовать привычным способом. Ничего. Нюх говорил ему, что он в помещении с обычными людьми.

Майор нацепил очки обратно и вышел из монастыря, свернул на оживлённую улицу и двинулся в сторону центра города.

Прохожие светили сиренево-фиолетовым. Он встретил нескольких травниц-окудниц с вкраплением зелёного, возможных будущих оборотней с малой долей вишнёвого, одну ярко-алую ведьму, всю обвешанную амулетами, бусами и браслетами. Никого, у кого было бы голубое свечение, как у монахов в церкви.

– А это значит что? – резко остановившись, сказал сам себе майор вслух, и от него отпрянула старушка, которая как раз с ним поравнялась.

«А это значит, что мы имеем веский повод созывать комиссию», – добавил про себя майор и повернулся вокруг своей оси, выискивая кофейню. Телефон давно уже пиликал в кармане, оповещая о входящих сообщениях. Надо перекусить и ознакомится с отчётами, которые наверняка ему прислали в большом количестве.

Заняв столик на открытом воздухе, он заказал ужин и принялся изучать почту: версии отделов о тексте, который читает Кошка, сводки новостей, задачи начальства, заявки на отпуск и отчёт отдела Статистики о дислокации мест происшествий… Так, это уже интересно. Грачёв пролистал карту и вывод:

– Судя по времени и месту… – майор не поверил своим глазам, открыл в приложении телефона карты и вгляделся.

Снова начал читать:

– Судя по времени и месту происшествия, объект двигался от Москвы в сторону Екатеринбурга.

В статистике были указаны города и сёла, близкие к остановке скорых поездов.

Значит, это не подземный эпицентр, а что-то, что может поместиться в поезд? Интересно, грузовой или пассажирский?

Он тряхнул головой. Нужно поспать, утро вечера мудренее. Перелёт и бессонная ночь сыграли свою роль.

Найдя в электронной почте письмо с адресом забронированного отеля, он уже через полчаса с блаженством растянулся на хрустящих белоснежных простынях.

Погружаясь в сон, он успел подумать: что-то не так. Будто голова непривычно тяжёлая, а в нос ударил едкий запах соли…

Он долго падал во сне в зияющую пустоту, наконец замер, и перед ним предстала седовласая женщина в длинном, до пола, старомодном платье. Её высоко взбитая причёска, украшенная зелёными драгоценными камнями, перекликалась с ажуром на белой с зелёными вставками пышной юбке. Тонкие черты лица и узкий прямой нос с красноватым оттенком кожи выдавали благородное происхождение. В руках она держала зелёную с прожилками мрамора шкатулку с ящеркой на крышке, протягивая её Грачёву.

Майор пытался говорить, но изо рта не раздалось ни звука. Женщина печально покачала головой. Внутри черепной коробки нарастал гул и всё, что смог расслышать Грачёв: «Сехмет…»

Он вскочил на кровати и жадно вдохнул воздух. Горло першило, а глаза слезились. Попив воды из бутылочки, заботливо оставленной сотрудниками отеля, открыл интернет. По запросу «Сехмет» – выдавалась только информация о Египетской богине.

Где-то ещё он встречал это слово, но где? Точно! В том самом тексте, который пересказывала Кошка.

Про Сехмет там было крайне мало. Грачёв старательно выписал всё, что имело к ней отношение:

– Одна из тринадцати жрецов совета, утвердивших слияние с Дикими. Специализация – Вариация Возможностей, жила одновременно в настоящем, и в меняющемся будущем. После поглощения мира Дикими отправилась в сторону северного материка и гор Ура… Таких гор не существует… По всему выходит, что это здесь, горы Урала и территория современной России… И наш объект, который движется в ту же сторону. Что всё это значит? Как всё это свести воедино?

То, что ночью к нему в разум кто-то вторгся, он не сомневался, но вот что этот «кто-то» хотел? Друг он или враг?

Грачёв распахнул настежь окна и глубоко вздохнул. Начинался новый день.

Глава 5

Наши дни

Грачёв

Майор склонился над столом главы монастыря. Он устал приводить корректные аргументы и решился на более серьёзные. Раскрыв удостоверение лицом к игумену, тихо прошипел:

– Читайте внимательно. Предлагаю в последний раз полное сотрудничество с властями. Иначе я найду, как устроить вам жизнь по «уставу», по кирпичу всё переберу.

Игумен побледнел и сжал кулаки так, что костяшки пальцев побелели. До этого разговор вёлся с позиции просителя. Да и представили посетителя как «следователь из Москвы», кто же знал, что перед ним майор ФСБ.

– Что вам нужно? – глаза игумена зло блеснули.

– Один день в монастыре, а после выберу монаха, который поедет со мной для дачи показаний, – в очередной раз повторил Грачёв.

– Под меня копаете?! Ничего вам не накопать, крысы канцелярские! – стукнул кулаками по столу игумен.

Грачёв изумлённо заморгал. Он уже несколько раз объяснял, что его приезд не имеет никакого отношения к игумену, но на того его слова не действовали. Тогда он решился на полуправду. Правда всегда целительна, но, когда нет возможности её сказать, полуправда тоже сойдёт.

– Хорошо, я открою вам, для чего я прибыл сюда. Это информация строго конфиденциальная, – поднял руки вверх Грачёв, показывая, что сдаётся. Ему нужно иметь главу в союзниках, от него зависели некоторые части плана.