Анна Гале – Жены проклятого рыцаря. Наложница верховного рыцаря (страница 69)

Парень, наконец, посмотрел на нас. Взгляд — не от мира сего, слишком чистый, неиспорченный. Наверно, так глядел и Герберт на подошедшую к нему Лили, когда был рыцарем Грааля.

Напарник Вильгельма резко встал и молча отвесил мне короткий поклон.

— Синичка, этого молодого человека можно называть Эдик. Эдик, это Таня, моя жена. Отнесись к ней со всем уважением, на какое ты способен.

Я улыбнулась парню. Он хмуро кивнул, сел и снова принялся за чай.

— Ой, мы же съели всё, что у вас было, и ничего тебе не оставили, — сообразила я. — Что вам приготовить?

— Вадим Игоревич, с твоей супругой общаться гораздо приятнее, чем с тобой, — ухмыльнулся парень.

— Вот и общайся, хоть с людьми разговаривать научишься, — парировал Вильгельм. — Синичка, не порть мне ученика. Готовить сегодня его очередь. И, кстати, даже не вздумай убирать квартиру и мыть за ним посуду.

— А что мне тогда делать? — я недоумённо посмотрела на мужа.

— Отдыхать, высыпаться, гулять по городу. Сидеть в интернете, музыку слушать, фильмы смотреть. Делать задания для колледжа. С друзьями, — тут он невольно поморщился, — по телефону общаться.

Из-за стола донёсся отчётливый смешок.

— Ну можно я хоть готовить буду? Скучно же!

— А там было весело? — Эдик поднял глаза.

Взгляд у парня оказался неожиданно серьёзным. Я уж ожидала пляшущих в глубине карих глаз шальных огоньков. Таких, как у Герберта, когда он испытывает чьё-то терпение.

— Прекратить сейчас же! — рявкнул Вильгельм.

— Уже замолкаю, шеф. Просто любопытно, чем Татьяна занималась в Марске? Приспешникам Грарга она наверняка на скуку не жаловалась.

— Помогала по хозяйству судье Лилиане, она поддерживает в квартире такой же порядок, — спокойно заговорила я. — Училась в колледже. А вообще там была масса развлечений. Я ездила с Лили на море, ходила с ними в театр, побывала с Гербертом на загородной граргской вечеринке, которая закончилась турниром вселений и большим скандалом. Сидела с их многочисленными гостями, причём каждый второй просил Герберта поделиться правом победителя. Один из таких гостей, судья Луис, ты его знаешь, пытался из любопытства вселиться в меня, правда, у него это не очень хорошо получилось. Так что скучать мне там не пришлось. Какие-нибудь подробности нужны?

— Нет, — Эдик покраснел. — Прости, я не должен был спрашивать.

Вильгельм прислонился к стене и смотрел на меня полными боли глазами. Что же я делаю? Зачем травлю ему душу? Хватит вспоминать об этом при муже, ему же плохо, гораздо хуже, чем мне!

— Танюш, — глухо произнёс Вильгельм, — я постараюсь найти тебе дело, что-нибудь увлекательное и безопасное.

— Я сама найду себе дело. Хотелось бы, чтобы от меня была какая-то польза.

— С трудом представляю, — отчётливо проворчал под нос Эдик. — Главная польза от женщины — не быть помехой.

Ничего, несколько дней уйдёт на установление нормальных отношений с напарником мужа и успокоение издёрганных нервов. А там придумаю, чем заняться. Одно дело для меня уже есть. Надо сдать сессию и перевестись потом на заочное отделение в колледже.

— Эдик, твоего мнения никто не спрашивал, — резко оборвал Вильгельм.

— Молчу, шеф, — широко улыбнулся парень.

— Между прочим, Синичка, одно увлекательное и безопасное дело я для тебя уже придумал, — глаза моего мужа озорно блеснули. — Надо научить Эдика общаться с современной молодёжью, чтобы он не выделялся в компаниях, и обучить приемлемо двигаться под музыку. С полуночи я ухожу, вернусь завтра вечером. Можешь с утра этим заняться, принесёшь пользу, как ты и хотела.

— Премного благодарен, — раздражённо вмешался Эдик. — Я не нуждаюсь в помощи твоей супруги.

— Это приказ. После завтрака, который, кстати, приготовишь ты, берёшь Татьяну под руку и ведёшь… Ну, определитесь сами, куда пойти. Гуляете по улицам, сидите в кафе, показываешь ей город. А Таня оценивает по пятибалльной шкале твоё умение общаться и поправляет, если слышит выражения, нетипичные для твоего возраста. Позже начнём учить тебя двигаться, с твоими умениями в ночных клубах и на дискотеках делать пока нечего.

— Но…

— Этот вопрос закрыт, я всё сказал. Синичка, не будем мешать Эдику готовить ужин. Ты голодная?

— Нет.

— Тогда пойдём, посидишь за компьютером или в телефоне, а я займусь нашим переездом в другую комнату.

Неправильно это как-то. Почему я не могу позаботиться о своём муже? Я бы с удовольствием приготовила ужин.

— Жареная картошка всех устроит? — спросил Эдик.

— Танюш, ты будешь картошку? — обратился ко мне Вильгельм.

— Угу.

— Всех, — ответил муж. — Но если на завтрак ты снова пожаришь или сваришь картофель, — будешь учиться готовить всю неделю.

— Шеф, это не мужское дело.

— Хочешь сказать, что я, Иоганн, твой покойный отец, Мартин и все остальные — не мужчины? Вспомни, кто ты. Ты собираешься везде искать женщин, которые о тебе позаботятся? В селении тебя сильно разбаловали. Ты давно уже не ребёнок.

— Понял, исправлюсь. Таня, любопытно, а сэр Герберт что-нибудь делает в своём доме? — ехидно поинтересовался Эдик.

— Мало что делает, — признала я, — но при этом всё умеет.

Вильгельм взял меня за руку и увёл в комнату.

— Синичка, я поговорю с ним, — пообещал он. — Больше расспросов и намёков на Марск не будет.

Я пожала плечами.

— Могу и рассказать, мне не жалко.

— Постепенно расскажешь всё, что захочешь, — Вильгельм ласково погладил меня по щеке. — Только сначала успокоишься. Я знаю, что вы подружились, но нервы у тебя на пределе, и это заметно. Полазь пока что в интернете, а я начну заниматься делом. Ночью будешь спать на удобном диване. Эдик, попрошу воздержаться от каких-либо комментариев, — добавил он, не повышая голоса. — Иначе у нас с тобой возникнут серьёзные проблемы. При нашей службе этого лучше не допускать.

Я вошла в одну из соцсетей на телефоне. Лили, как обычно, в режиме он-лайн, но звонить им сейчас не стоит. Лучше звякну, когда поблизости не будет ни мужа, ни его напарника. Вильгельм и так переживает, а Эдик усердно наступает ему на самое больное место. Ладно, со своими отношениями пусть разбираются сами. Моя первая задача здесь — поладить с ехидным ершистым парнем. Тогда в квартире станет гораздо спокойнее.

Я набрала сообщение: «Всем привет! Всё в порядке. Люблю, целую, надеюсь, что вы благополучно добрались до Марска».

Ответ пришёл через минуту.

«Всё ОК, дорогая. Жермон ещё у нас. От всех тебе привет. Обязательно позвони завтра. Чмок!»

Вильгельм за моей спиной перетаскивал вещи. Муж подошёл ближе. Нет уж, хватит травить ему душу! Незачем Вильгельму видеть эту переписку. Я, не оборачиваясь, закрыла страницу и вышла на сайт любителей классической музыки.

Комната, в которую мы перебрались, оказалась большой и светлой. Особенно радовало, что диван здесь гораздо шире и мягче.

— Эдик от природы — лидер, при переезде он, не задумываясь, выбрал лучшие условия, — объяснил муж. — Я привык к скромной обстановке, но сегодня и сам собирался выселить его в другую комнату.

Поздно вечером Вильгельм сидел рядом и держал меня за руку, пока я не заснула.

— Любимый, не уходи! Не оставляй меня здесь, пожалуйста… Вильгельм!

Проснулась я в слезах. Герберт стоял рядом с диваном и нерешительно тряс меня за плечо.

— Спасибо, Герб.

— Я Эдик, — он поспешно убрал руку. — Тебе снился кошмар.

Я вспомнила прошедший день и ощутила невероятное облегчение.

— Извини. Я тебя разбудила?

— Я не спал. Часто с тобой такое?

— Почти каждую ночь. Спи, я не буду мешать.

— Ручаешься за сны? — в голосе Эдика прозвучала мягкая насмешка.

— Нет, конечно. Я посижу в телефоне или что-нибудь почитаю. А могу приготовить завтрак, обед и ужин.

— Твой супруг будет от этого в восторге, — хмыкнул он. — Ладно, не хочешь спать, значит, одевайся и пошли пить чай. Я довариваю суп, может, что-то посоветуешь.

Прежде всего я посоветовала Эдику снять с непонятного варева высокую шапку серой пены и не бросать туда картошку, пока не сварится фасоль.