Анна Филин – Все началось с измены (страница 1)

Анна Филин

Все началось с измены

Глава 1

Ба-бах!

Да откуда взялась эта машина? Я на секундочку только слезы сморгнула, и тут удар! Нехарактерный для ноября ливень. Окна в машине запотели, но главное – это, конечно, измена мужа.

Поднимая сумочку, упавшую от удара на коврик, я молюсь только, чтобы та, вторая, машина оказалась КАМАЗом или «Газелью». И в этот момент в мое окно стучат.

– Страховка есть? – вместо «здравствуйте» спрашивает преклонных лет дядечка.

На нем темный пиджак, белоснежная рубашка, галстук.

Сердце ухает ниже колен. Водители «Газелей» так не одеваются.

– Д-да… – отвечаю я, заикаясь.

Тяну ручку двери, накидываю капюшон короткой куртки и выскакиваю на улицу под дождь.

За что! Передо мной стоит черный автомобиль представительского класса. Первым делом я спешу к нему, чтобы рассмотреть повреждения. Бампер поцарапан, ан нет, треснул. Фонарь разбит. И в общем-то, все. Внутри шевелится спасительная мысль, что страховки может и хватить.

Я поворачиваюсь к своему «Гришке». Бампер кусками на асфальте, решетки радиатора, по сути, нет, обе фары разбиты, и капот «домиком». Да как так-то?

– А это какая марка машины? – я обращаюсь к стоящему рядом водителю.

Нет, я не «обезьяна с гранатой». Пятнадцать лет за рулем. Просто значок на багажнике авто мне не знаком. Да мало ли сейчас «китайцев» на дороге?

– Майбах, – тихо говорит мужчина.

И я опять начинаю реветь. Мне не хватит страховки даже на покупку фонаря для этого авто. Ну почему все враз?

– Вы… вы зачем такие дорогие машины покупаете? – в сердцах кидаю я.

Придется брать кредит, чтобы расплатиться за аварию. А как я его буду выплачивать? У меня же двое детей и мужа с этого дня нет.

И сколько продлится разбирательство? Временя шесть вечера, до садика ехать минут двадцать, надо Дашку забирать. Старшего просить – намучаешься. У него начался пубертатный период. Он превратился из понимающего и любящего сыночка в волчонка. На каждое слово или просьбу норовит укусить.

– Миша, вызови мне другой автомобиль, – рядом с водителем пострадавшего авто возникает мужчина в костюме.

Его повелительный тон говорит о том, что именно эту дорогущую задницу везет не менее дорогущий авто.

Я лишь мельком смотрю по его лицу. Сдвинутые недовольно брови. Ухоженная с сединой борода. Возрастом немного старше меня. Приятный и наверняка дорогой парфюм. Все, придется продать почку. Такие люди с таких, как я, сдерут три или тридцать шкур. Все в их власти.

– Да, Дмитрий Сергеевич, – отзывается водитель и исчезает в салоне поверженного противника.

Хозяин проходит мимо меня и принимается разглядывать ранения своего авто. Затем почему-то трогает фару у моего и проводит пальцем по капоту.

– Торопились? – совершенно спокойным голосом, без крика и унижений обращается он ко мне.

– Мне дочку из садика забирать. Минут двадцать осталось, – я опускаю взгляд вниз. – Дождь, окна запотели… Извините меня, пожалуйста, – добавляю я в свое оправдание.

– Да… дождь, – немного отстраненно, как мне кажется, отвечает хозяин положения. – Давайте не будем терять времени. Несите все документы, начнем оформлять.

– Мне аварийного комиссара вызывать? Или будем дожидаться ГАИ? У вас… у вашей машины повреждений явно больше, чем на сто тысяч.

– Сами оформим.

Он уже промок под дождем и поднимает воротник пиджака. По лицу стекают капли. Да что я стою? Не стоит его злить.

– У меня все в сумочке. Секунда, я принесу.

Я лихо разворачиваюсь на невысоких каблуках. Мелкими, торопливыми шажками добегаю до своего «Гришки», распахиваю дверцу и, нагнувшись, молниеносно подхватываю сумочку.

– Прошу ко мне, – показывает рукой хозяин дорогого авто на дверь своей машины.

Ну, оно и понятно. Не под дождем же нам оформлять документы. А ко мне в машину он побрезгует сесть.

Я семеню к нему. Он открывает мне дверцу. А там… бежевая кожа дутого дивана, в тон ему меховой коврик под ногами. И как на эту красоту можно ставить ноги в мокрых сапогах? Но и выбора особо нет. Я осторожно опускаюсь на сидение. С капюшона потоками стекает вода. Один момент, и я, как та лягушка, окажусь в болоте. Но не это главное. Дашка. Нужно поскорее закончить и придумать, как ее забрать из садика.

Между тем Дмитрий, так, кажется, обратился к нему водитель, не закрыл дверцу. Мне представлялось, что он обойдет авто и сядет с другой стороны, но нет, приходится, словно в такси, отодвинуться дальше, чтобы освободить ему место. Ладно, он сейчас хозяин положения. И я передвигаюсь вглубь теплого и сухого салона. Мужчина же садится туда, где мгновение назад сидела я.

Водитель подает ему пачку бумажных полотенец. И первым делом Дмитрий протягивает ее мне.

– Прошу.

От его вежливости и обходительности тревога медленно уходит. Вернее, страх, что меня убьют на месте, а детей оставят сиротами.

– С-спасибо.

Я вытаскиваю длинную салфетку, промакиваю лицо, вытираю насухо руки.

Затем из сумочки по очереди вынимаю страховку на авто, документы, паспорт. И протягиваю Дмитрию.

Он первым делом берет паспорт, достает свой телефон и начинает фотографировать все страницы. Разворот с фото, прописка, семейное положение, дети. Наверное, так надо, я лишь наблюдаю за ним, не задавая вопросов. В моем ли положении его злить?

Сама же беру телефон и набираю сына.

– Саша, сынок. Выручи меня, пожалуйста. Забери Дашку из садика? Я разбила чужой авто, пока оформим, пройдет часа два.

– Я в торговом центре с пацанами. Договаривались же, что я за мелкой не хожу в сад. Позвони папе.

– Папа… он не сможет. Ни сегодня, ни завтра, вообще никогда…

По щекам опять катятся слезы обиды и предательства.

Я увидела их, своего мужа и стройную, в отличие от меня, веселую блондинку, на светофоре. Он ее обнимал и заботливо поправлял платок на ее шее. Она в ответ заразительно смеялась и тянулась к нему с поцелуем.

И в этот момент наши с ним глаза встретились. Сложно не заметить одиноко стоящий на светофоре ярко-желтый «Хендай Гетц». Вместо того чтобы испугаться, муж, не отрывая взгляда, притянул женщину к себе и впился в ее рот губами. Нагло и демонстративно рассказывая мне об измене.

Глава 2

Я возвращался с переговоров в офис. Все же как быстро люди забывают добро и превращаются в обычных рвачей? Не перестаю этому удивляться. Витька Зотов. Еще год назад были компаньонами, у меня восемьдесят процентов, у него двадцать. Совершенно не умел обращаться с деньгами, сплошные кутежи, бабы, самое дорогое спиртное, элитные закуски – пыль в глаза. В то время как семья жила достаточно скромно. Его родная семья.

В общем, я прознал, что в городской администрации требуется начальник сектора по благоустройству. Можно сказать, купил Витьке эту должность. А сегодня он меня огорошил, что вместо отката в двадцать процентов хочет тридцать. Скотина неблагодарная. Ничего, порешаю. В конце концов, этот объект не такой уж важный для меня. Но тенденция настораживает.

И вот по дороге в офис в мой авто врезается другой. А виновницей аварии оказывается…

У каждого мужика есть свой эталон женщины. Его долго и скрупулезно продумываешь в голове. Тщательно прорисовывая каждую деталь, начиная от роста, форм и заканчивая формой ногтей. Любуешься. Носишь в памяти, как фото в портмоне.

И вот выхожу я под дождь, просто размять ноги и распорядиться, чтобы пригнали другую машину, пока с этой будут разбираться. Так вот выхожу и вижу ЕЁ – свой идеал. Темные волосы, классическое каре, что называется, волосок к волоску. Обожаю! Такое сейчас мало кто носит. Платье до середины колен с узким пояском, высокие сапоги на крошечном каблуке. Но самое главное – она идеальная «булочка».

Я разглядываю ее и теряю суть происходящего. Ну зачем на платьях придумали глухой ворот? Взгляд так и тянется к ложбинке… А коленки! Держите меня семеро… А когда она бросается в свой авто за сумочкой и наклоняется, чтобы ее достать… Так, чем же себя отвлечь? Этак меня ударило…

Надо ее задержать. Все про нее выведать. Потом решу, что с этим делать, пока же я просто хочу ею любоваться. Не могу удержаться. Сажаю в свою машину. Мне бы обойти и занять место с другой стороны… Но хочу туда, где она сидит. Именно на это место. Некрасиво получилось, но я добиваюсь своего и, улыбаясь от того, что задница ощущает тепло, оставленное ее телом, приступаю к коварному плану.

Первым делом листаю и снимаю на телефон все страницы ее паспорта. Двое детей… замужем… Вот кому-то повезло! Ложится в постель с моей красавицей! Стоп! Не моя. Но оговорка, что называется, по Фрейду.

А она тем временем звонит. Голос. Таким голосом нужно хвалить. Меня. За одно слово я многое отдам… Снова стоп! Рано.

Кому она звонит? Сыну, просит забрать дочь из садика, тот, судя по обрывкам фраз, отказывается.

– Вы потеряли мужа? Простите, что вмешиваюсь.

Как иначе объяснить поток ее слез?

Хрустальные, огромные, они катятся по щекам… Не надо на это смотреть. Я и так уже выдал себя с головой.

– Лучше бы потеряла… Только что увидела его с другой, – она отворачивается и утирает слезы.