Анна Филатова – Ещё один день (страница 21)

- Через окно, - мрачно говорит Варя. - Высадил стекло и ушел.

- Там же чары, и магия уже работала! Их ведь кто только не пытался разбить за эти годы!

- Представь себе, я тоже знаю, что там чары! И тем не менее, окно разбито, он ушел, а пространственники срочно обновляют защитный контур на всех окнах и дверях, на всякий случай.

- Ладно, допустим, через окно, а дальше куда? Там же стена еще. А он менталист, а не стихийник, он летать не умеет!

- Во дворе мы тоже ищем, - говорит Варя, и я чувствую, что она закипает. А что закипать? Важные, между прочим, вопросы! Если где-то у нас во дворе Розен, то это не «он ушел», а «еще одна тревога»!

- Он точно не оставил в замке больше никакой гадости, вроде еще одного портала? - спрашиваю я. Варя окидывает меня еще более мрачным взглядом: еще бы, я вслух усомнилась в ее высказываниях, который раз подряд!

- Мы ищем, - слегка обиженно отвечает она. - Не уходи, ладно? Пойдем обратно вместе, я хочу узнать, что там у вас произошло, за воротами. Я только быстро проведаю Дана и обратно.

Я вспоминаю, что вообще-то, меня еще Зверин повидать хотел, но тут же понимаю, что ему в ближайшее время будет не до меня. Ну, обратно так обратно.

Когда буквально через пять минут Варя выходит из медблока, вид у нее такой, будто она готова меня убить.

- Ты зачем это сделала? - угрожающе спрашивает она, и я немного жалею, что Яра нет рядом. Если мне придется отбиваться от Вари, и я прибью ее в темном коридоре у медблока, не так уж легко будет доказать, что она первая начала.

- Что именно? Зачем я спасла Дана?

- Ты, тихушница! Сидела-сидела, таилась, а потом выгадала удачный момент и захапала его себе! Ты по какому праву вообще?..

Она практически задыхается, а я, пользуясь тем, что Варя никак не справится с собственным возмущением, рявкаю еще погромче, чем она:

- Еще раз говорю: я ему жизнь спасала! Что мне было делать, а? Ты предпочла бы, чтобы он там и умер от проклятой пули?!

- Да! Нет, - тут же поправляется она. - То есть... ты должна была придумать что-то другое!

- Могла бы — придумала бы! А ты давно должна была дать ему понять, если он тебе нравится. Развели тут страдания на ровном месте, а крайняя почему-то я.

- Да при чем тут нравится-не нравится! Я прекрасно понимаю, что ничего у меня с ним быть не могло, и ты знаешь почему. А вот ты куда полезла? И главное, как тебе это удалось? Ты ведь ему тоже не подходишь!

- Ну, просто оказалось, что я еще некромант.

- Тихушница и эгоистка. Нет бы нести свои таланты в семью, нет, ты понесла предъявлять их Дану. Ты вообще не должна была выходить замуж раньше меня!

- Ты сдурела, что ли? Варь, я теперь не из вашей семьи вообще, ты забыла?

- Ну почему всегда всё достается тебе? - с тоской спросила она. - Глена младше, уступи Глене, отдай Глене, позаботься о Глене... можно вырасти, можно выставить тебя из семьи, а ты все равно продолжаешь отбирать мое.

- А ты продолжаешь считать, что это только твое, хотя на нем не написано! Если тебе нужен Дан, разбирайся с Даном!

- Очень удобная позиция, конечно. Ты наворотила непонятно чего, а отвечать не тебе. Прекрасно.

Их всех сглазили, что ли? У Джанны ко мне претензии, у этих тоже ко мне претензии.

- Еще раз ответь, Варя: я должна была оставить его умирать? Это ты так сильно его любишь?

- Я? Его? С чего ты взяла?!

- А если нет, я вообще не понимаю, чего ты взъелась!

Я отворачиваюсь и иду по коридору к главному залу. Лучше займусь чем-нибудь более полезным, чем торчание у медблока. Наверняка дела найдутся. Может быть, даже в обновлении защиты.

- Да потому что не ожидала от тебя такого! - не отстает Варя.

Ну, тут я не могу ее осудить. Я и сама от тебя такого не ожидала. Кто вообще в здравом уме мог всего этого ожидать? Кто мог сказать, как все повернется, еще ночью, когда мы вылавливали Дана у подземного хода... кстати!

- Ты не думаешь, что он мог разбить окно просто так, а сам уйти через подземный ход? - я меняю тему неожиданно даже для себя самой, что называется, осенило. Варя неожиданно легко переключается.

- Там тоже дежурили. Тата и Лён. Они говорят, никого и близко не было.

- Лён у нас кто?

- Зельевар.

- Зельевар и стихийница... а с ментальной защитой у них что? И кстати, почему ты так уверена, что он вообще уходил из замка? Только из-за окна?

Варя неразборчиво ругается сквозь зубы и прибавляет шаг. Неужели не подумала? Это как же она вымоталась за эту ночь, что даже я соображаю резвее? Она ненадолго оборачивается на меня:

- Глена, там Дан и Грозовские...

Я понятливо разворачиваюсь и иду обратно к медблоку. А может быть, вовсе она не вымоталась? Может, просто не в состоянии думать в нужном направлении? Может, она тоже попала под какую-то ментальную раздачу?

- У тебя гребень с собой? Обнови и надень! - говорю я ей вслед.

- Зачем?.. А! Да. Сделаю, - кивает она и скрывается за углом.

Кто мог бы себе представить, что мы окажется не готовы к одному-единственному диверсанту-менталисту в стенах нашего замка? И как так вышло, что именно он, кабинетный зверек, почти не имеющий опыта боя, смог ускользнуть от тех, кто нашел и повязал стихийников, боевиков и даже пространственников с их скрывающими чарами? Центральная Академия! Самый богатый выбор специализаций! Цвет научной мысли! Не можем выловить одного мага! Может, не так уж не прав был Розен, когда пришел к нам со штурмом? Здесь давно все прогнило, если не могут нормально выучить...

Странная, чужеродная мысль оставляет во рту неприятный привкус. Я мотаю головой, выбрасывая из нее остатки этой чуши, и настороженно оглядываю коридор. Это ведь была ментальная атака. А раз есть атака, значит, есть и тот, кто атаковал. Коридор выглядит пустым. Бить наугад или идти дальше, будто ничего не заметила?

Я собираю огонь на кончиках пальцев.

27. Лето, сны

Джанна стала сниться мне по ночам. Раз в два-три дня, стоило мне заснуть, я видела ее. Каждый раз примерно одно и то же: наша комната в Академии, наша составленная из двух кровать, я лежала, она сидела рядом со мной и плела вокруг меня золотистую сеть. Эта сеть окутывала меня, как кокон, а когда Джанна заканчивала очередной фрагмент и завязывала какой-то особенно мудреный узел, кусочек сети становился невидимым. Но никуда не девался, это я точно знала той странной сонной логикой, что внушает нам в снах наши новые биографии и знания о причудливых законах мира, который нам снится.

Во сне я не помнила, что мы расстались, поэтому воспринимала ее присутствие как должное. И вела себя тоже так, как обычно. Правда, встать с кровати я при этом не могла, зато могла заманивать Джанну к себе. Чаще всего я пыталась просто поймать ее за руку, чтобы уложить рядом с собой. Иногда мне даже удавалось, и в таких случаях никакую сеть Джанна уже не плела. Но обычно она уворачивалась, смеялась и говорила:

- Глена, у меня важное дело, не мешай!

- Важное!.. Что может быть важнее нас с тобой?

- Ничего. Поэтому дай мне доплести, пожалуйста.

- Серьезно, Джи, я ужасно соскучилась!

- Я тоже.

- Ну так иди сюда!

- Не могу...

И так — часами, часами. Иногда — гораздо реже, чем выходило поймать за руку — я все-таки убалтывала Джанну на поцелуй, или обняться, или подержаться за руки. И тогда, конечно, уже никуда ее не отпускала. Это были очень хорошие сны и очень счастливые часы. А потом я просыпалась.

Я была ужасно зла на себя: днем я пыталась выкорчевать ее с корнем из своей жизни, избегала воспоминаний, разговоров, всего, что напоминало о ней, верила, что справлюсь, а ночами... ночами я давала слабину. Что угодно, чтобы быть с ней, да, Глена? Если невозможно простить ее в здравом уме, хорошо, можно просто забыть, да? Забыть о проблеме и сделать вид, что ее нет, потому что иначе ты должна была бы не лезть к Джанне целоваться, а попытаться ее прогнать. Или убить. Как получится. Но еще неизвестно, смогла бы ты это сделать или нет. Может, и в этом тоже дело? Боишься, что не сможешь вести себя так, как сама считаешь правильным?

Но сколько бы я ни грызла себя, ничего не менялось. Я ложилась, засыпала и видела во сне Джанну. Мне казалось ироничным, что даже отбирая память о том, что случилось наяву, мое подсознание давало мне подсказку: сама сеть, которую плела Джанна, сама моя неподвижность — разве не идеальная метафора того, что между нами произошло? Я была просто бревном, которое ничего не могло сделать по своей воле и делало лишь то, что Джанна позволяла.

И все равно, раз за разом я вляпывалась в это. Смешила, подлизывалась, уговаривала, угрожала. А получала чаще всего лишь легкий, невесомый поцелуй незадолго до того, как звонил будильник: «на прощание», - говорила Джанна, а я полагала, что просто в комнату приходил свет, и я понимала, что скоро придется просыпаться.

Мы много говорили. Вернее, чаще Джанна много говорила, рассказывала и общеизвестные вещи, и какие-то сказки, а я лишь время от времени задавала вопросы. Когда я просыпалась, мне казалось странным всерьез обдумывать разговоры в сновидении (ведь по сути, это разговоры с самой собой), и большую часть их я забывала, но что-то все равно помнилось. Во сне разговоры были неизбежны: столько времени лежать почти без движения ужасно скучно.

- Когда-то западные и восточные боги поссорились между собой, - говорила Джанна. - Западные легенды говорят, что не поделили между собой власть над Верхним Миром, а согласно восточным, не сошлись во мнениях насчет того, как именно стоит одаривать людей. Западные боги (тогда они еще не назывались западными) считали: надо давать человеку лишь один дар, чтобы он всецело принадлежал одному богу и служил лишь ему. Если у человека лишь один дар, то отними его — и ничего не останется. А коли так, ему есть ради чего стараться, так они говорили. А может быть, не совсем так, но это то, что люди смогли понять. Лишь изредка несколько богов разом соглашались одарить одного человека. Но за это они всегда хотели служения, договоров и жертв.