Анна Эйч – Сломай мой лед (страница 4)

– Просто раньше не было повода начать разговор.

– А может, я специально? – хихикаю.

– Что специально?

– Ну, падала, чтобы у тебя не было предлога со мной заговорить.

– Чушь, ты с таким упорством пыталась сделать эту мёртвую петлю: не думаю, что ты настолько не хочешь со мной знакомиться.

– Ха-а… – вырывается у меня. Чёрт возьми, мне нравятся его ответы или я просто на радостях такая добрая сегодня – Я Эля! – протягиваю ему руку.

– Я знаю, Антон, – пожимает в ответ. – Хоккеист «Торпедо».

– Я знаю – улыбаюсь. – Почему ты здесь? Ваша тренировка закончилась около 3-х часов назад.

– Не могу добровольно оторваться от твоих танцев на льду.

– Бесконечно можно смотреть как моя задница полирует лёд, понимаю. – Я саркастично комментирую и снимаю конёк.

– Нет, ты прекра… Матерь божья, что с твоими ногами?

Хоккеисты выкатывает глаза и таращиться на мои сбитые ноги.

– А, это? – я безразлично бросаю взгляд на мозоли – Знаешь, если у тебя ничего не получится в хоккее, не смей идти в фигурное катание, тебя ждёт вот это.

Как я и предполагала, натёрла новые мозоли поверх старых, тем самым стерев кожу в кровь.

– Ты идти сможешь? – испуганно спрашивает Антон.

– Конечно. – Я резко встаю, но действие адреналина исчезает, и ноги решают, что могут устроить себе незапланированный отпуск: одним словом, я валюсь прямо в большие руки моего маньяка с клюшкой.

– Эл… ты что?

– Ой, прости, это просто побочный эффект от долгой тренировки.

– Ни хрена себе побочный! Нам нужно в медпункт! – паникует он, сверля меня испуганным взглядом.

– Нет, это нормальная практика. Ты… ты что делаешь? – Я не успеваю за развитием событий, но каким-то образов оказываюсь на руках у хоккеиста. – Это очень плохая идея! – чеканю строгим тоном, скрестив руки на груди.

– А по мне так отличная – скалится мой маньяк – Мы идеально анатомически подходим.

– Я не буду с тобой спать, даже не мечтай! – вырывается у меня.

– Это мы ещё посмотрим!

С улыбкой победителя он гордо несёт меня через весь спортивный комплекс. По дороге мы встречаем моего тренера, которая даже не находит едкого комментария от шока, его тренера, который грозит Антону тремя дополнительными тренировками в зале, если он решит сделать мне ребёнка и уйдёт в декрет перед началом сезона.

– Тренер, чего вы так переживаете, у нас полкоманды уже с детьми? – смеётся Антон, не выпуская меня из рук.

– Они женаты не на фигуристках! Ты выбрал самый сложный вариант: они себе руку отгрызут, но на соревнования поедут.

– Это правда, – с деловым видом вставляю я, всё также сидя в руках хоккеиста со скрещёнными руками, будто не я здесь подбитая птица, а директор клуба.

Антон заливается смехом, слегка подкидывает, чтобы взять поудобнее, и следует дальше.

– Ладно, спасибо, дальше я сама – пытаюсь отделаться от него, как только он усаживает меня на кушетку.

– Подожду снаружи, – безапелляционно заявляет он и выходит.

Боже, да что с ним не так?

Спустя десять минут медсестра выходит из кабинета, сказав моему новоиспечённому телохранителю забирать меня.

– Доктор, скажите, она сможет ходить? – наигранно спрашивает он интонацией из дешёвых мелодрам.

– Нет, Соколов, только кататься на льду. Пришлось ей вшить коньки в кожу: она всё равно их никогда не снимает.

– Спасибо, док, – бросает ей довольный Антон и врывается в кабинет.

– У тебя что, никаких дел нет? – возмущаюсь я, пока он бесцеремонно натягивает на мои, заклеенные пластырями, ноги кроссовки.

Антон резко останавливается, но не выпуская мою голую ногу из рук, говорит как-то неуверенно, уже без улыбки.

– Ты же знаешь, что я уже месяц к тебе подойти пытаюсь? – Он всё ещё смотрит на мой кроссовок, который пока так и не одет на ногу.

– Откуда? Я решила, что ты просто озабоченный маньяк – решаю подшутить, вот только всё его озорство куда-то исчезло, он поднимает на меня свои грустные глаза.

– Пойдёшь со мной на свидание?

– Конечно, нет! – даже не думая, отрезаю я – Я не хожу на свидания!

– Почему?

– Потому что это всё отвлекает, а мне нужно тренироваться.

– Это всем нужно, но жизнь – это не только лёд.

– Уверена, у тебя в голове тоже сначала хоккей, а потом всё остальное.

– Одно другому не мешает.

– Я не завожу романы.

– Тогда давай заведём дружбу. – Он откашливается – С привилегиями?

– Иди ты! – я начинаю смеяться и легонько пихаю его в плечо ногой.

Он обхватывает её обеими руками и, смотря мне в глаза, произносит:

– Никуда не отпущу, пока не согласишься.

– Я не соглашусь!

– Тогда пропустишь следующую тренировку

– Ты тоже свою пропустишь?

– Да!

– Нет!

– Что нет?

– Ты не пропустишь, я же знаю!

– Проверим?

– Давай!

– Ок, но я бы предпочёл другое положение.

Он резко встаёт, и оказавшись между моих ног, притягивает к себе так, что моя промежность ударяется прямо о его пах. Он запускает руку мне в волосы и шепчет:

– Если я тебя сейчас поцелую, какова вероятность, что ты снова со мной заговоришь?

– Нулевая… – тут же отвечаю я, но между нами, девочками, я хочу, чтобы он поцеловал меня. Наша перепалка всё это время веселила меня и расслабляла. А если быть уже совсем честной, он красавчик. Хоть мне и всё равно.

Мне всё равно!