Анна Евдо – 30 чашек кофе (страница 4)
Они заняли свои уже привычные места у окна. Настя села вполоборота к нему и без дополнительных вступлений с выражением прочитала:
Он слушал, немного склонив голову. Причмокнул своими одурманивающими губами.
– Вкусовое, ммм. И снова «оно». Ощущение?
– Почти, – она улыбнулась.
– Вчера мы беседовали о вкусе. Сегодня ты выдаешь такой вкусовой кусочек. – Павел хлопнул ладонью по столу. – Чёрт возьми, я начинаю считать себя соавтором твоих четверостиший.
– Имеешь полное право. Так и есть. Ты не подсказываешь, но даёшь толчок, на который меня щёлкает.
– А после щёлкает меня. Теперь я хочу арбуз. Чтобы трещал, когда его режешь. Такой большой кусман полумесяцем.
– Чтобы сок брызгал и таял во рту, – добавила Настя, перенимая его азарт.
– Да-да, и стрелять косточками. Лопать его на открытом воздухе и выплёвывать их, метко целясь куда-то.
Они рассмеялись.
– Даже запах арбузный завитал вокруг! – Она втянула носом воздух.
– Как только появятся дозревшие настоящие, организуем его поедание.
– Я запасу слюнявчики и тазики-мишени.
– Договорились!
Тая принесла кофе.
– У нас сегодня вкусные блины и омлет. Вдруг надумаете позавтракать.
Павел изогнул бровь, глядя на Настю.
– Почему бы и нет. Пора расширять горизонты.
Его глаза сверкнули. Она ухмыльнулась. Оба подумали не только о меню кафе.
– Несите два омлета, порцию блинов со сметаной и ещё по кофе.
– Сейчас будут, с пылу с жару! – Девушка метнулась на кухню.
– У тебя есть любимое блюдо? – Павел обмакнул блин в густую сметану.
– Макароны. – Настя расправлялась с пышным омлетом. – Люблю их в любом виде, от просто отваренных ракушек, слегка прижаренных в сливочном масле, до любой пасты в итальянском стиле с овощами, рыбой, фаршем или морепродуктами. Когда была маленькой, подворовывала их у мамы из шкафчика и грызла сухими. Делала бесчисленные бусы из разных по форме макарошек.
– Бусы-деликатес для маленькой хитрой Настёны, – хохотнул он.
– Сто процентов! Понимаешь, что реставрировались они постоянно?
– Не сомневаюсь, – согласился Павел. – Я обожаю плов, настоящий, со специями, с раскрывающимися чесночными цветками, растомлённый в казане. Никакие ризотто, паэлья и тяхан рядом не стояли. Даже обидно, когда суть плова пытаются объяснить незнающему человеку через сравнение с ними. – Он свернул второй блин. – Но рис сухим не грыз.
– Ха-ха! – Настя подцепила последний блин и переложила его себе на тарелку.
– Боишься, что не поделюсь? – поддел он.
– Перестраховываюсь, – пробурчала она. – Кстати, в противоположность – не люблю гречку. Даже от запаха её воротит, когда варится. При этом уважаю её за столь узнаваемый свой собственный аромат, как бы он ни был мне неприятен.
– Наверное, я всеядный. – Павел перешёл к омлету. – Хотя… Брокколи и цветная капуста. Бе-е! Обычная – нормально, пирожки с ней люблю. А эту, соцветиями, даже на вид не переношу.
Настя отложила вилку.
– Я тебя сейчас удивлю – во всяком случае, очень на это надеюсь!
Он перестал жевать. Она поджала губы, чтобы не рассмеяться.
– Я люблю ещё один коктейль, только в еде! Семифредо с персиками и базиликом!
Он застыл истуканом.
– Это что за зверь заморский?
Она закатила глаза. Он развёл руками.
– Зато я не делаю умное лицо и глупо не поддакиваю. Фрукты и трава… Хм… И красивое иностранное слово. Наверняка сочетаются. При всём моём незнании нюансов, это вроде бы десерт, так? С базиликом? Серьёзно?!
– Ты просто вынуждаешь меня устроить тебе дегустацию, – прищурилась она.
– Пиши список – я обеспечу продукты. Арбуз будет бонусом, – ответно усмехнулся он.
– Замётано. Как только наступит сезон больших ягод. – Она протянула ему руку.
– Поставлю напоминание в телефоне и дам указания секретарю внести в календарь. – Улыбаясь, он пожал её ладонь, чуть дольше задержав пальцы в своём мягком захвате.
– Мне пора. – Настя отняла руку.
– Спешишь на работу? – Он нехотя разжал свою.
– Дочку из садика забирать. Она только начала ходить туда.
– Дочку? – Сказать, что он был удивлён, – значило не сказать ничего.
Она рассмеялась, спускаясь с высокого табурета на пол.
– Мой ассоциативный коллега по кофейне, скажи уже сакраментальную фразу! – Настя широко улыбалась Павлу, откровенно забавляясь его растерянностью. – Ни за что не поверю, что ты не смотрел этот фильм хотя бы один раз!3
Он испытал шок, услышав про ребёнка, хотя сам не мог объяснить почему. Немного натянуто улыбнулся, встал, посмотрел на неё, опустил глаза, взглянул сверху вниз и не разочаровал:
– «Может ещё и муж есть?»
– «А что это меняет, если…» Ой, реплика на опережение. Перефразирую, хорошо? Что это меняет, если МЕНЯ к тебе тянет? – Её веселило происходящее и его реакция.
Павел рассматривал девушку вблизи. Её глаза оказались скорее зелеными, не карими.
– Предположу, следуя сюжету, что мужа никакого нет.
– Дочка есть, мужа нет. – Она не стала мучить его неопределенностью.
– Я могу повторить без перефразирования и без подсказок. – Ему стало легче дышать, но о причине он подумает позже. – Меня к тебе тянет.
– Взаимное притяжение. – Настя перестала улыбаться и серьёзно на него посмотрела. – Хотя странное. Не хочется выходить за рамки кофейни.
– Предпочитаешь оставить себе надежду? – Хотя надежда вернулась к нему самому после её подтверждения, что мужа нет.
– Скорее понаслаждаться этим хорошо-здесь-и-сейчас.
– Согласен. Хочется продлить это ощущение, будто знаешь другого человека очень хорошо и вроде бы не нужно лезть во все стороны его жизни. Хотя, если по-честному, узнать всё равно хочется.
Павел подался к ней, немного, но почему-то ощутимо и в прямом смысле осязаемо.
– Завтра в садике выходной? – не столько спросил, сколько подтвердил.