Анна Елизарова – Спасла на свою голову (страница 5)

Что меня разбудило я не поняла, но решила сходить на кухню – выпить воды и съесть еще булочку. Точно помню – они оставались. Я налила себе воды, утащила из-под полотенца булку и уселась на лавку. Мне было вкусно. В помещение неслышно ступила женщина. На меня она старалась не смотреть – прошла и налила себе молока.

– Попробуй еще. – сама не знаю зачем брякнула я.

Женщина вздрогнула и замерла. Затем в два глотка допила молоко и ушла. Через какое-то время послышалось характерное шуршание. А я, сама не знаю, чем довольная, отправилась спать.

Проснулась я за полдень и совершенно разбитая. Будто не спала ночью, а вагоны разгружала, ну или пила, на худой конец. Жена Вовека во всю суетилась на кухне, когда я там появилась. Что-то в ней неуловимо изменилось, я все смотрела на нее и смотрела, пытаясь отыскать изменения. Минут через двадцать вглядываний (женщина их совершенно игнорировала), ее образ расплылся у меня в глазах, так же как ночью во сне, я снова увидела эти нити-линии. Но самое удивительное, что там, где недавно был узел с бантиком, появился новый, пока совсем маленький, клубочек. От неожиданности я подскочила, опрокинув при этом чашку с молоком, которую она передо мной поставила.

Как ни странно, зрение не расфокусировалось, я продолжала видеть нити.

– Замри! – скомандовала я.

Она послушно замерла, а я протянула дрожащие руки к клубочку. Клубочек в ответ протянул ко мне кончик ниточки и, словно котенок ластится, потерся об мою ладонь. Меня захлестнул восторг – получается, мне это не приснилось – удалось ей помочь! Клубочек давно свернулся в изначальное положение, а я все держала руку у нее на животе.

Но вот я моргнула, и вновь увидела потрясенную, но послушно стоящую женщину.

– Поздравляю, мамочка! – радостно возвестила я.

Кувшин с молоком, из которого мне наливали в стакан, выпал из ослабевших рук, женщина уставилась на меня неверящим взглядом.

– Ну скажи же что-нибудь! – меня одолевал восторг, мне хотелось плясать, не знаю почему я удерживалась на месте.

– Тебя действительно послали боги… – еле слышно прошептала она и рухнула на колени, прямо в молоко.

– Эй, ты чего?! А ну вставай немедленно! – я бросилась к ней, пыталась поднять, а она лишь стояла на коленях и держалась за живот.

В кухню вошел Вовек и увидев эту пасторальную картинку взревел так, что задро-жали стены:

– Ты что с ней сделала?! – и не останавливаясь ухватил меня за грудки, заметно приподняв над полом.

– Вовек! Вовек, стой! – женщина повисла у него на руке. – Она помогла! Я беременна, Вовек! У нас будет малыш!

Руки Вовека разжались, и он уставился на жену. Она повторила еще раз. Потом еще парочку. Наконец, до старосты дошел смысл сказанного, и он подхватил жену на руки. Меня догнала запоздалая умная мысль: кто-то оставил там кокетливый бантик.

– Кто желал вам зла? – прервала я радость. На меня уставились две пары глаз.

– Кто-то проклял или сглазил твою жену, Вовек. – сама не знаю откуда, но я была в этом уверена.

– Сестра моя. – приглушенно сказала женщина (как же зовут-то ее?) – Каролина. Она страшно завидовала, когда Вовек свататься пришел.

– Где сестра сейчас? – я помрачнела. Сделала раз, сможет и еще.

– Так дома. За ней так никто и не пришел – дева старая она. – сообщила женщина.

– Больно у нее характер склочный. – добавил Вовек, за что заработал негодующий взгляд жены и пожал плечами, мол, правда и все это знают.

– А дома это где? – с подозрением спросила я.

– Этот тот, около которого ты рокона убивала, – «сориентировал» Вовек.

Ладно, найду. Я кивнула и вышла из дома.

Двинулась по направлению к околице, туда, куда бежала вчера. Дом там действительно был небольшой, но крепкий на вид. Во дворе копошилась старушка и женщина лет сорока, в окружении кур и гусей. Я уселась на придорожную травку, оперлась спиной о чей-то забор и стала наблюдать за женщиной. Она выглядела всем недовольной: губы поджаты, глаза сужены, крылья носа трепещут. Общее впечатление было неприятным. Через пол часа наблюдений мое зрение опять перестроилось, и я снова увидела нити.

Нити бабушки были яркими и сочными, такими же как у жены Вовека, а вот нити Каролины были мутными и какими-то грязными. Я мысленно протянула к ним руки и завязала несколько нитей на узел с бантами. Почти сразу же послышалась приглушенная ругань: Каролина уронила мешок с зерном, чем птицы незамедлительно воспользовались. Пытаясь их отогнать, она наступила на петуха, который тут же выразил свое неудовольствие по этому поводу. От неожиданности Каролина сделала три шага назад и рухнула в корыто с водой, распугав двух упитанных свинок, наслаждавшихся свежей водой.

И вот мокрая, грязная и злая, женщина вылезла из корыта и направила свой взор на ни в чем не повинную бабушку. Когда я была уже готова вмешаться, она снова обо что-то споткнулась и упала лицом точно в то место, куда недавно рассыпала зерно. На этот раз она побежала в дом молча.

Да, месть мелкая и недостойная. Согласна. Но и оставить просто так эту женщину показалось мне неправильным. Вдруг ей еще какая гадость в голову придет, а так будет занята своими бедами.

Вернулась в дом к старосте. Вернулась, чтобы обнаружить, что мой старый знакомый – рыцарь, тоже дошел до поселения.

– Я готов на любую работу – мне нужен конь! – немного злобно сообщил Неор Вовеку.

– Вовек, я собралась уходить. Сколько я должна за постой? – с порога сообщила я, надеясь отвлечь Неора от старосты.

– Да что ты, Хелена! – тут же вклинилась старостина жена. – Вот, я тебе в дорогу собрала. Мы тебе по гроб должны! – она протянула мне полотняный рюкзачок с милыми пряжками.

Я смутилась. По сути, тот факт, что мне удалось им помочь – везение чистой воды. Это дало мне возможность узнать, что я могу очень и очень многое теперь. И я не собиралась останавливаться на достигнутом; этот успех – не повод гордиться. Это повод работать, много и титанически.

– Неор, идем со мной. Заработаешь коня в Лиоссе – до него три дня пути. – после некоторых сомнений и раздумий я решила все же предложить ему помощь.

Какой-то я больно отзывчивой стала. Раньше такого за мной не наблюдалось.

Глава 3 – Милота

– Спасибо, конечно, Хелена, но я способен добраться и без помощи человеческой женщины. – с раздражением ответили мне, пока я надевала рюкзачок и привешивала на него мои не хитрые ножи.

– То есть добраться, куда там тебе приспичило, без помощи человеческого мужчины ты не в состоянии? – язвительно парировала я. – До свидания! – махнула рукой гостеприимным хозяевам и вышла из дома.

Сразу направилась в сторону города. Если честно, я не была уверена, что город окажется там, где я вспомнила. С другой стороны, раньше осечек не было. По дороге я пыталась опять переключиться в тот режим зрения, где я видела нити. Не получалось – только голова заболела. Часа через три меня догнал Неор и молча пошел рядом. Я решила не нарушать тишину, но экспериментировать временно перестала.

Остаток дня мы шли молча. Так же молча остановились пообедать положенной старостиной женой запеканкой, потом поужинать яблоками и сметаной. На ве-черней стоянке Неор молча сходил за хворостом и развел огонь, я взяла его флягу и сходила за водой. Еще одной способностью я считала возможность безошибочно и сразу определять воду – уже третий раз я шла за водой и находила сразу же.

В рюкзачке я нашла пледик – мягкий, легкий и очень теплый. Неор натаскал лапника на нас обоих и улегся спиной ко мне. Я, продолжая не обращать на него внимания, укрылась одеялкой и уснула почти сразу. Снилось мне много всего, очень перемешано, настолько сумбурно, что рассказать, что именно я не могу и по сей день.

Наутро голова трещала, но вроде как знания действительно появились. Теперь в голове крутилось очень много новых для меня сведений, и их надлежало сортировать и воспринимать. Мне необходима была медитация, но как сообщить об этом Неору я не представляла. Оказалось, что утро начинается у нас в очень раз-ное время: когда я проснулась, Неор глубоко спал и не планировал просыпаться. Так что я выпила воды и села медитировать.

Приняла позу, как научилась на йоге, расслабилась и стала по одной вылавливать все мельтешащие в голове мысли. Часа через три в голове прояснилось, понимание окружающего мира понемногу стало приходить. Не буду описывать все подробности – необходимое расскажу по ходу.

К моменту, когда закончила, Неор начал просыпаться. Я изобразила завтрак из хлеба, вкуснейшего в двух жизнях сыра и овощей. Мне было очень вкусно, как Неору не знаю. Солнце давно взошло и припекало, когда мы, по-прежнему молча, двинулись в путь.

Этот день ничем от предыдущего не отличался – мы молча шли, я тренировалась (правда, благодаря обретенным знаниям, лучше понимала, что делала), вокруг был лес и некоторое количество полей. День прошел продуктивнее предыдущего – я уже могла быстро переключаться в разные типы зрения.

Тот, что осмысленно получился у меня первым зовется местными целительским и позволяет в упрощенном виде понять, что не так с организмом. Считается, что на него способны только лучшие и сильнейшие целители, но о том, что сил во мне немерено я уже догадалась. Существовал так же «внутренний» тип зрения – он позволял рассмотреть ближайшее пространство, так же, как у меня получилось с роконом. Еще есть «тонкое» зрение – оно позволяет видеть бесплотное и нематериальное, так как получилось с нимфой; для него не нужна концентрация – это дар – либо умеешь, либо нет. Не всем магам везет одинаково.