Анна Елизарова – Мострал. Место действия Соренар (страница 4)

– Я знаю. – он накрыл мои руки своими и в мой мир ворвалась неестественная тишина, пугающая своей вязкостью, только всхлипы Галары ее нарушали. – Ты хороша в учении, когда я был на твоей ступени – тоже был хорош. – он забрал спичку и сам поджег лучину, от нее поленья.

Выпрямился, отошел, потом вернулся и бросил в огонь какой-то порошок. Темный дым от горящего дерева окрасился в белый.

Тело женщины учитель поднял мановением руки и вынес на улицу, коротко скомандовав следовать за ним. На заднем дворе он расположил окровавленное тело и щелчком пальцев объял его белым пламенем, которое за несколько минут оставило лишь черный след на земле.

Стремительно развернувшись, мы двинулись обратно – через дом на улицу. Только сейчас я заметила, что на самом деле день едва успел разгореться, мимо шли люди, которые даже не подозревали, что только что произошло в доме. Ярко светило солнце, мужчины и женщины шагали по своим делам. Некоторые обращали внимание на белый дым из трубы покинутого нами дома и все, кто замечал – кланялись дому.

Я будто застыла внутри, все силилась понять, куда же попала, на время этого процесса отключив все остальные чувства и мысли.

Примерно на том же месте, где мы вышли из перехода, учитель открыл новый куда мы все вошли без пререканий и проблем.

Глава 2. Ступени с третьей по седьмую

Уже почти у ворот дома, когда дойти оставалось всего несколько десятков метров, Галара не выдержала. Сначала она остановилась, а потом завопила так громко, что птицы взметнулись с деревьев:

– Убийца!

Сегодня мне кажется, что в этот вопль она вложила весь страх, боль и ужас последних лет, последней каплей которых стал сегодняшний день.

Учитель замер, а я обернулась. Полными ненависти глазами Галара смотрела на учителя

– Как маменька отдала меня вам?! – тихо проговорила она

Я слышала шелест одежды – учитель тоже обернулся.

– За два полновесных кошеля золотом. – равнодушно ответил ей учитель.

– Не может быть! – выкрикнула после долгой паузы девочка. Алаис смотрел на нее как на насекомое, причем оказавшееся более мерзким, чем он исходно ожидал.

Едва слышно скрипнули ворота – выглянул кто-то из домочадцев.

– Ты врешь! – Галара заливалась слезами, ее крупно трясло.

Учитель даже отвечать не стал, только наказал ее. Крик был пронзительным, громким и я друг поняла: никто не придет. Чтобы он с нами не делал. Никто сюда не придет, хотя бы потому что на многие километры вокруг никого нет.

– Ты врешь. – с ненавистью прохрипела Галара, впервые справившись с наказанием до того, как ее отпустили. – Я должна была быть некромантом, единственным на семь деревень. Маменька не могла меня продать! – девочка сплюнула кровь на землю и выпрямилась. – Меня не могли продать в учение убийце. – четко и громко проговорила она. – Я – некромант!

– Некромант? – не без интереса в голосе утонил учитель, на что получил кивок, полный ранее не наблюдавшегося достоинства. – Да не вопрос.

Я не поняла тогда, что он сделал, но вокруг вдруг похолодало – даже мое дыхание стало парком. Целую секунду ничего не происходило, я обернулась на учителя и успела увидеть предвкушение и даже удовлетворение на его лице, а потом снова послышался крик Галары.

На этот раз ее не наказывал учитель. Было ощущение, что ее терзают невидимые звери, рвут на части, заставляют кричать еще громче, на потеху себе.

– Пощадите! – взвизгнула Велия за нашими спинами и с топотом побежала к Галаре.

Учитель наказал ее едва ученица на корпус ушла вперед нас. Сильнее, чем обычно – Велия рухнула на землю сразу. И тут я, наконец, отмерла.

– Хватит! – не своим голосом рявкнула я и сделала шаг вперед.

Меня должны были наказать. Я точно знаю: учитель быстро научил нас смирению и послушанию. Но вместо этого, мир вокруг стал серым. Вокруг метались духи, в некоторых еще можно было распознать бывших людей. Галара виделась как золотистый сгусток и многие сущности пролетали сквозь нее, отрывая кусок от этого сгустка.

А совсем рядом стоял высокий и худой как жердь человек. Его лицо было будто не долепленное: на месте глаз небольшие провалы в коже, на месте носа – небольшой бугор, а на месте рта, словно заросшие кожей губы. Приглядевшись, я поняла, что его тело скрывает черный стелящийся дым. Место, где должно быть лицо, было направлено на меня, хотя агрессии в нем я не увидела – будто почувствовала.

– Помоги! – попросила я.

Он в ответ лишь развел руками. Еще миг – и мир снова стал цветным, духов я больше не видела, но они были, ведь Галара продолжала дергаться и кричать. Она рухнула на колени, а меня захлестнуло отчаянье. Темное марево на месте, где я видела «человека», осталось.

Я повернулась к учителю, тот уже не смотрел на девочек – только на меня.

– Хватит! – повторила не крик – требование, я.

Один удар сердца и наступила тишина. Велия стонала лежа там, где упала, но я метнулась к Галаре. Ее жизнь утекала из тела, срочно надо что-то сделать или она присоединится к духам.

– Ученица… – начал учитель, но я прервала.

– Как дать ей уйти? – спросила дрожащим голосов учителя.

– Она ведь – некромант, а не убийца. – бесцветно проговорил учитель.

– Дайте ее душе уйти на Путь! – взвизгнула я.

В ответ он махнул рукой. Галара замерла куклой. Я коснулась ее: будто замороженная.

– Если за неделю не найдешь способ дать ей дорогу на Путь, она останется здесь. – бросил учитель и ушел.

Я осела в пыль дороги рядом с Галарой и почувствовала, что по щекам катятся слезы. Не знаю, сколько просидела – в себя пришла только когда Велия на четвереньках подползла ко мне.

– Почему тебя не наказал? – прохрипела девочка.

– Не знаю. – голос все еще дрожал.

***

На следующее утро меня ждало серое льняное платье. Очень дорогое для моей семьи – у моей мамы такое было только то, в котором она за отца замуж шла, с той лишь разницей, что покрашенное в белый. Я перешла на четвертую ступень.

После завтрака я пришла в учебную комнату, но учитель Шо сказал, что ученицам четвертой ступени делать на его уроках нечего. Кемма сказала, что в учебное время надо учиться и я, оказавшись предоставленной сама себе, отправилась в комнату Галары, где мы оставили ее замершее во времени тело.

Марево того «человека» висело рядом с ней.

– Как тебе помочь? – тихо спросила я, но ответа, конечно, не получила.

***

Всю неделю учитель не обращал на меня внимания. Он ждал, что я отпущу душу на Путь, наверное. Кемма учила меня готовить, все учебное время я проводила около Галары, но так и не смогла ничего сделать, как не умоляла марево о помощи или пыталась вернуться тот серый мир без красок.

Утром восьмого дня учитель пришел ко мне до завтрака и велел следовать за ним. Он привел меня в запретную для нас часть дома и открыл дверь крошечной темной комнаты. Даже руки мне было не расставить.

Команда мне была не нужна – отец часто запирал меня в чулане в наказание, и я молча прошла в комнатку. Дверь закрылась, а я съехала спиной по стене и заплакала. Плакать громко было боязно, так что я, как могла тихо, всхлипывала и размазывала слезы по щекам.

Я не могла принять то, что не помогла Галаре. Должна была! И не смогла.

Сколько времени я просидела в темноте – не знаю. Вымотанная плачем и терзаниями я уснула, а проснулась от вопля мне в лицо. Дух вопил голосом Галары и в этом однотонном крике мне слышались обвинения.

Это было очень страшно, казалось, вот-вот сердце замрет. Когда мы начали кричать вдвоем, я не заметила, но я точно кричала не так равномерно, как дух.

***

Выпустили меня только через четыре дня. Об этом мне сказала Кемма, когда осматривала меня на предмет дополнительных повреждений по указу учителя.

Всё это бесконечно долгое время, дух вопил.

Когда я вышла из чулана, на меня обрушились звуки мира. Я поняла, что вопли стали привычным сопровождением: звук шагов Кеммы, бормотание Велии, шебуршание дворового пса – я воспринимала отдельно от вопля.

– Ты не нашла способа помочь Галаре. – проговорил учитель.

Он пришел в мою комнату, стило мне прикрыть за собой дверь. Я смотрела на него спокойно, как мне казалось. В основном потому что, я не винила его. И, по-прежнему, не боялась. Он поставил условие, которое я не выполнила. Сейчас, будучи взрослой, это осознание было первым взрослым, что я поняла: я не могу всего. Как было с Галарой.

– У всякого решения есть последствия, ученица. – веско бросил. – Последствия твоего – вопящий дух.

– Учитель… – начала было я просьбу о помощи.

– Мне не интересно. – отрезал Алаис. – Ты должна изучить эти книги. – он сгрузил стопку на тумбу. – Если к концу луны не закончишь, вернешься в чулан.

Я яростно закивала головой, но учитель этого не увидел. Он вышел сразу же, снова оставляя меня с Галарой наедине. Она вопила, а я, шепотом, умоляла ее перестать. Хотя бы на минуту.

***

Следующие месяцы я изучала книжки, а Велия занималась с духом.