Анна Джолос – Дом с черными тюльпанами (страница 88)
— Ну-ка села и успокоилась! — злится, наконец оторвавшись от своего дурацкого телефона.
Бью ладонями по решётке.
— Бог накажет вас за содеянное!
— Ага, непременно, — хмыкнув, кивает, и как только он это произносит, гаснет свет, которого итак тут не хватало.
Взволнованно замираю.
— Чё там, Кость? — доставая фонарь, спрашивает по рации человек без души и сердца. — Приём. Парни… Что происходит у вас?
Рация трещит. Бугай ещё несколько раз повторяет свой вопрос, а после…
Что-то случается.
Он матерится и роняет фонарь, которым подсвечивал окружающее пространство.
Не сразу понимаю почему… Но когда вижу бросившегося на него Марата, меня захлёстывают эмоции.
— Вот ключ! Нашла! Ася, ты где? — во всём этом сумбуре доносится до меня голос Мирославы.
— Я здесь, ребят! Здесь! — отзываюсь радостно, тарабаня по решёткам.
Мира возится с замком какое-то время, а потом она открывает дверь и помогает мне выбраться наружу.
— Ах ты падла!
Подбираю валяющийся на полу фонарь и направляю пучок света на борющихся мужчин.
Они ожесточённо дерутся и мне становится очень страшно, ведь у этого амбала есть оружие, которым он прямо сейчас собирается воспользоваться.
Да только не выходит у него ничегошеньки.
Парень оказывается на порядок ловчее.
Удар.
Захват.
И вот пистолет у него в руках.
— Откройте калитку! — тяжело дыша просит Марат и мы незамедлительно выполняем его команду.
— Э-э, парниша, поосторожнее! Это тебе не игрушка, — хромая, предостерегает горе-охранник.
— Зашёл туда! Быстро я сказал! Стрелять умею, будь уверен! — в подтверждение своих слов снимает пистолет с предохранителя.
— Тихо ты, тихо. Я иду!
— Шевелись, козёл!
Мой смотритель оказывается по ту сторону решётки.
— Долбанутая семейка.
— Закрывай его на хрен, Мир!
— Угу.
— Марат!
Едва раздаётся щелчок замка, бросаюсь к нему и обнимаю. Крепко-крепко.
— Аська…
Вцепившись в него намертво, зажмуриваюсь до мерцающих белых точек.
Как только ощущаю желанные объятия и горячие губы на своей щеке, прорывает платину.
Плачу безостановочно. Не то от ужаса, не то от радости.
Спасибо, Господи, что он здесь!
— Ты цела?
— Да.
— Идём отсюда.
Марат ведёт за собой, крепко сжимая мою ладонь своей.
Длинный коридор наконец заканчивается. Поднимаемся по ступенькам наверх. Ещё немного — и мы почти у выхода.
Едва оказываемся на улице, нас тут же пугает человек в маске, одетый во всё чёрное.
— Стоять! — направляет на Марата оружие и у меня перехватывает дыхание.
— Свои, — спешит скоординировать его парень. — Я Марат, а это внучки госпожи Немцовой, — поясняет спокойно, никак не реагируя на автомат, под прицелом которого стоит.
— Не стреляйте! Это правда! Мы внуки Эммы! Там в подвале один из этих, — тараторя, подключается к разговору испуганная Мирослава. — Они удерживали там Асю, но мы с братом освободили её, — рассказывает сумбурно.
— Здесь пока стоите, — командует человек в маске. — Два-пять, проверь подвальное помещение, — обращается к своему напарнику, появившемуся из-за угла.
— Принял.
— Два-семь, приём. Доложите обстановку.
— Кто это? — спрашиваю шёпотом.
— Всё нормально. Это спецподразделение полковника Волкова. Пришлось к давнему другу Багратовны обратиться, — объясняет он. — Сильно замёрзла?
Отрицательно качаю головой, а сама стучу зубами от холода.
— Где твоя куртка? — хмурится.
— Забрали. Твоя мать приказала.
— В смысле?
— Чтобы я была посговорчивей.
Чувствую, как напрягаются его челюсти, когда стискивает от злости зубы.
— Погоди. Давай хотя бы так, — снимает с себя худи и ловко накидывает её на меня, оставаясь в одной футболке.
— Зачем же? Ты ведь сам раздетый.
— Грейся, Ась. Заболеешь опять, — капюшон мне на голову накидывает, спасая от снега и мороза.
Прикрываю глаза и, уткнувшись носом в сильную шею, молюсь всем богам. Прошу лишь об одном: чтобы всё поскорее закончилось.
— Прости, что оставил тебя здесь и прости за то, что случилось в раздевалке.
— Ты не виноват.
— Виноват, — спорит упрямо.
Кто-то кричит.